Кейт Нанн – Доля ангела (страница 9)

– Филипп, прошу тебя, накорми нас! Мы умираем от голода, правда, ребята? – спросила она, посмотрев на Лео и Луизу, которые согласно закивали. – Так накупались сегодня, что теперь готовы съесть все что угодно. Хоть целого слона, правда, Луиза?

Малышка захихикала в ответ и вдруг посмотрела на Роуз с сомнением.

– Роузи, нам же не принесут с кухни слона, правда?

– Я шучу, солнышко. К тому же слоны, я думаю, очень плохо жуются, ты так не считаешь? У них такая жесткая кожа. Фу! – фыркнула она и театрально поежилась.

Заглядывать в меню Роуз не понадобилось, она знала: Филипп сейчас пришлет им на пробу вереницу разнообразных блюд с щедрыми порциями картофельной соломки, чтобы дети были при деле и счастливы.

Марк вручил Филиппу пару бутылок шираза «Тайная встреча», главной гордости винодельни Калкари.

– Откупори одну нам, пожалуйста, а вторую забери себе.

– Absolument, – ответил Филипп и поспешил обратно в кухню.

Когда они до отвала наелись наваристым, приправленным чесноком буйабесом, шатобрианом, целой горой frites[13] и пирожными-суфле с шоколадом и карамелью, приготовленными в миниатюрных медных сковородочках, стол превратился в разгромленное поле боя из пустых тарелок и смятых салфеток. Роуз поднесла бокал к губам, смакуя последние капли густого и сладковатого бордово-красного вина.

– Ну что, как думаешь, новый урожай сможет тягаться с этим? – спросила она, указывая на бокал. – Может, будет еще одна премия Джимми Уотсона?

– Не-ет, – отозвался Марк. – Такая премия достается только раз в жизни, но, возможно, в этом году мы будем к ней близки. Винограда вызрело меньше, но зато условия для вызревания были практически идеальные, и Джейк проделал просто невероятную работу по поддержанию виноградников, особенно в Тревелинс. Там виноград вырос такой, какого я еще ни разу не видел за все годы в долине.

– Генри будет доволен, – заметила Роуз.

Ее брат Генри владел виноградниками вокруг ресторана Роуз.

– Кстати, хорошо, что ты напомнила, я должен ему позвонить – сообщить новости. – Марк сверился с часами. – Наверное, в Англии сейчас как раз подходящее время. В любом случае пора идти, сонные головушки, – сказал он, обращаясь к детям. Луиза свернулась калачиком на диване и положила голову Роуз на колени, а Лео остекленевшими глазами таращился в айпад. Ранний отъезд, солнце, море и долгий день их совершенно изнурили.

– В этом возрасте с ними настолько проще, правда? – спросил он, влюбленно глядя на детей. – Как вспомню, какой был кошмар в их первые годы… По-моему, Лео до двух лет толком не спал по ночам… – Марк помотал головой, прогоняя страшное воспоминание. – И все же нам действительно пора идти.

Попрощавшись с Филиппом и другими членами команды «Рустики», Марк взял Луизу на руки, и они с Роуз пообещали до конца отпуска заглянуть еще.

Пока Марк укладывал детей в постель, Роуз сидела на балконе их квартиры с видом на океан и любовалась отражением полной луны на темной поверхности воды. Она с наслаждением вздохнула: идеальный день, вкусная еда и наконец-то свобода от призрака Изабеллы. Казалось, ей вообще не о чем тревожиться. Интересно, куда подевался Марк. Что-то он там закопался. Что он делает? Не может же быть, чтобы дети до сих пор не угомонились? Их пришлось буквально волочь на себе от «Рустики» до самого дома, оба свалились как подкошенные. Роуз уже собиралась пойти его искать, как тут Марк показался на пороге.

– Извини, что я так долго, – сказал он, мягко задвинул за собой балконную дверь и сел рядом с Роуз.

– Все нормально. Что-то случилось? – спросила она, заметив нехорошую тревожную морщину на лбу Марка.

Тот тяжело вздохнул.

– Говорил по телефону…

Было уже начало одиннадцатого вечера, но ему звонили в любое время дня и ночи, особенно когда начинали просыпаться его дистрибьюторы в Англии.

– Кто звонил? Неужели опять «Ченнингс»?..

«Ченнингс» был одной из крупнейших в Великобритании сетей супермаркетов и одним из главных покупателей вин Калкари: в большой степени именно они отвечали за прибыль, которую винодельня заработала в прошлом году. Ну и конечно же, из всех клиентов Марка эти были одними из самых требовательных.

– Нет, это насчет Тилли.

– Тилли?

– Да. Насчет нашей Матильды. Похоже, она каталась на лыжах в Швейцарии и попала под снежную лавину.

Роуз закрыла лицо руками.

– О боже, с ней все в порядке?

– Она жива, но дела не очень хорошо. Вывихнуто плечо, сломана нога и в придачу несколько ребер. Не говоря уже о подбитом глазе, – так говорит ее подруга, которая мне позвонила. А еще она говорит, что Тилли очень просит ничего не рассказывать маме и папе.

– О нет, что же она будет делать? Как жаль, что мы так далеко. Где она сейчас?

Роуз никогда не встречалась с сестрой Марка, но он часто и с большой нежностью о ней говорил и показывал Роуз альбомы фотографий, сделанных в те годы, когда они вместе росли на Лилибеллс, самой большой винодельне долины Шингл. Роуз видела размытые снимки маленькой бандитки с черными всклокоченными волосами и бутылочно-зелеными глазами точно такого же оттенка, как у Марка.

– Эта ее подруга, эм-м, кажется, она назвалась Карой, говорит, что Тилли по-прежнему в Швейцарии. Мне надо бы к ней слетать. Правда, еще эта поездка в Штаты, по поводу продаж. Отменять никак нельзя, мы несколько месяцев это планировали…

– Но ведь ты полетишь? Я имею в виду, к ней? После поездки в Штаты?

Марк запустил обе руки в волосы, глубоко задумавшись.

– Не поехать нельзя. Ну и потом, можно будет заодно сгонять повидаться с «Ченнингс», пока я там. Порадую их хоть этим.

– Порадуешь Алисию, ты хотел сказать, – поправила его Роуз.

Алисия отвечала за покупку вин для «Ченнингса», была по уши влюблена в Марка и вечно находила повод ему позвонить.

– Ну и это тоже, – ответил он.

Роуз посмотрела на него мрачно. Она знала о запланированной поездке Марка в США, но если он поедет еще и в Англию, они опять не скоро увидятся. Во время сбора урожая ей так его не хватало, а теперь он опять уедет, и бог знает на какой срок. С самого их знакомства Роуз знала, что Марк много путешествует, но это знание не мешало ей страшно скучать по нему, когда он уезжал.

Глава 7

Открыв глаза, Мэтти увидела знакомое лицо медбрата, который сопровождал ее во время перелета. Ее вырубили каким-то очень хорошим снотворным, и большую часть пути до Лондона она проспала – видимо, этому полагалось порадоваться, но Мэтти не испытывала практически никаких ощущений.

– Эй, соня, просыпайтесь, – сказал он. – Путешествие окончено. Вы в госпитале Святого Варфоломея и в надежных руках. Хотите чего-нибудь?

Взгляд Мэтти остановился на огромном букете цветов в вазе у кровати. Герберы. Ее самые нелюбимые. Чересчур идеальные – конкретных цветов и симметричной формы. Медбрат заметил, куда она смотрит, и подошел, чтобы прочесть подпись на карточке.

– От Джонни, – сказал он. – Ваш парень?

Мэтти закрыла глаза. Медбрат какое-то время шуршал пакетом, а потом все стихло. Она слегка приподняла ресницы.

– Может, телевизор? – предложил он. – Не уверен, что там сейчас много чего есть, но, может, что-нибудь найдете. Мне нравится этот тип, Филлип Шофилд, из «Сегодня утром», хотя он, конечно, теперь совсем седой. И Холли – она тоже классная.

Мэтти это было совершенно неинтересно, но она позволила ему включить телевизор, и ее тут же накрыло потоком бессмысленной болтовни.

– Вот и хорошо, так-то вам повеселее будет.

Мэтти в этом сильно сомневалась.

Прошло совсем немного времени, и в палату влетел ее новый врач в окружении отряда студентов-медиков в белых халатах.

– Ну, мисс Кэмерон, что тут у нас? Нехороший перелом малой берцовой и большой берцовой, а также передний вывих плеча. Кроме того, несколько сломанных ребер на левой стороне. Лавина, насколько мне известно? Вам крупно повезло, моя милая, – запросто могли погибнуть или, того хуже, повредить позвоночник.

Мэтти понимала, что ей крупно повезло, хотя в данный момент осознать это было непросто.

– Сколько я здесь пробуду? – спросила она.

– Ну, вообще-то это зависит от вас. А еще после больницы вам понадобится уход, кто-нибудь, кто бы приглядывал за вами несколько недель или, возможно, месяцев – кто-то такой, кто круглые сутки дома. По крайней мере, до тех пор, пока вы не начнете перемещаться на костылях. Как насчет родителей? Можете поехать к ним?

– Это вряд ли. Они в Австралии, – сказала она, внутренне поежившись от осознания, в каком безвыходном положении оказалась.

А просить маму приехать сюда и заботиться обо мне – ни за что, – подумала она. – Я даже говорить про несчастный случай им с папой не буду.

– Может, есть кто-нибудь поближе?

Мэтти подумала о Каре. Подруга настаивала, чтобы после больницы Мэтти пока переехала к ней.

– Даже не думай отказываться, – говорила она. – Я уже привела в порядок гостевую комнату. Мы отлично устроимся. Наконец-то у меня будет соседка по квартире!

Но Каре надо было работать, не говоря уже про ее бурную социальную жизнь, и как бы сильно Мэтти ни хотелось пожить у подруги, она догадывалась, что это не самое удачное решение, ведь у Кары ей придется часами оставаться одной, и неизвестно даже, сможет ли она без помощи допрыгать до туалета. А если упадет и некому будет помочь ей встать?

– Даже не знаю, – сказала она наконец. – Видимо, придется мне что-то изобретать.