Кейт Мосс – Огненные палаты (страница 80)

Ко второму вечеру они были уже в Мирпуа, где благодаря деньгам, которыми снабдила их Мину, нашли уютную гостиницу. В ней двое родственников остановились на несколько дней, чтобы поджили раны и синяки тетушки Буссе. На третье утро она проснулась раньше его, и вдруг оказалось, что она остроумная и занятная собеседница. Он даже выучил ее фокусу Пита с ножом. К тому времени, когда они снова пустились в путь, – хотя он сам ни за что не согласился бы это признать, – Эмерик начал получать удовольствие от ее общества.

– В таком случае, племянник, – заявила мадам Буссе, – давай-ка сходим и поинтересуемся, каким образом у этого достойного господина оказалась лошадь твоего отца.

Они прошли по улице и постучались в дверь белого домишки, стоявшего рядом с общественным лугом. На стук никто не открыл, поэтому мадам Буссе перешла к соседнему дому и громко забарабанила в дверь.

– Ага. И как же вас зовут?

Эмерик мог лишь предполагать, что хозяин так изумился, обнаружив в десять часов утра у себя на пороге столь изысканно одетую даму, что безропотно назвал свое имя.

– Ашиль Лизье, мадама.

– Доброе утро, Лизье. Это мой племянник, Эмерик Жубер. А теперь я хотела бы узнать, каким образом к вам попала кобыла моего зятя.

– Caval? Та лошадь, Канигу?

– Я же вам говорил! – воскликнул Эмерик.

– Да, она самая, – подтвердила мадам Буссе. – Она принадлежит моему зятю.

– Жубер?! – послышался откуда-то из глубины дома возглас, и на пороге появился юноша в форме замковой стражи. Семейное сходство было очевидным. – «Жубер» вы сказали?

– А вы кто такой? – осведомилась она.

– Прошу прощения, мадама. Это мой племянник, Гильом. Он служит в гарнизоне, в замке, хотя я всегда был против этого.

– Дядя, – пробормотал Гильом по-окситански.

Мадам Буссе не обратила внимания на заминку.

– Вам знакомо имя Жубер? Откуда?

– Он очень похож на нее, – заметил Гильом, указывая на Эмерика.

– На кого это я похож?

– Дама приехала сюда не затем, чтобы слушать твои россказни, племянник, – вмешался Лизье, – она спрашивает про лошадь. Мадама, клянусь, кобыла попала ко мне совершенно законно. Несколько недель тому как, еще до того, как толком наступила весна, к нам в деревню приехал один человек. Он искал повитуху.

– Повитуху, – эхом отозвалась мадам Буссе, совершенно озадаченная.

– Старую Анну Габиньо, которую несколько месяцев тому как убили. Так вот, тот господин попросил меня приглядеть за его лошадкой день-другой. Куда идет – не сказал, но обещал вернуться. И все, пропал с концами, уже шесть недель тому как. А кобылка-то по нему тоскует.

– Ты мне ничего об этом не говорил, – заметил Гильом.

– Так а когда было говорить-то, племянник? Тебя и дома-то нет никогда.

– Я не могу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится, дядюшка, ты ведь знаешь.

Эмерик решительно выступил вперед:

– Что вы имели в виду, когда сказали, что я похож на нее? Она – это кто?

Гильом кивнул в сторону замка:

– На одну маленькую девочку вот оттуда. С такой же шапкой черных кудрей, как у тебя.

– Примерно семи лет от роду? Вот такого роста?

– Я бы сказал – она повыше будет, но я и видал-то ее только издали. Но волосы у нее в точности такие. Аптекарь видел ее, когда его вызвали к госпоже Бланш с неделю назад.

– А ты ничего не говорил мне об этом, – вновь вмешался Лизье, – так что мы с тобой квиты.

– Лизье, пожалуйста, – сказала мадам Буссе. – Дайте Гильому договорить.

– Кордье считает, что малышка спасла своей хозяйке жизнь, хотя никакой благодарности за это не получила.

– Кордье! – воскликнул Эмерик. – Так же звали в девичестве мадам Ну…

– Так вот, – упрямо продолжал Гильом, – она сказала аптекарю Кордье, что ее зовут Жубер, Алис Жубер. Он говорит – бойкая девчушка. Пыталась уговорить его забрать ее с собой, когда он уходил из замка.

– Это она! – сказал Эмерик, поворачиваясь к тетке. – Алис здесь.

– Не спеши, племянник, – пробормотала та, потом вновь устремила взгляд на старика. – Послушайте, Лизье, мне очень не хотелось бы отнимать у вас время – и у тебя тоже, Гильом, – но не могли бы мы продолжить этот разговор с глазу на глаз? Похоже, тут есть что обсудить.

– Мину, просыпайся!

Она ощутила прикосновение его руки к своему плечу. Последнее, что она помнила, – это как вернулась с реки и обнаружила, что Пит все еще спит в амбаре. Она решила прилечь рядышком с ним, всего на минутку.

– Который теперь час? – спросила она, торопливо усаживаясь.

– Уже за полдень, – сказал Пит. – Ты была такая уставшая, что у меня рука не поднялась тебя разбудить.

– Ох нет. – Мину сделала попытку подняться. – Мы должны были уйти на рассвете. Мы пообещали.

– Не волнуйся, Жанетта знает, что мы все еще здесь. Ее отец не против. К нему заглядывала парочка солдат, и он отправил их восвояси.

– И все равно, надо было выйти раньше.

– Это и к лучшему, что мы задержались. Жанетта говорит: замок, как и следовало ожидать, стоит на самом высоком холме, откуда вся долина видна как на ладони. С северной стороны к холму подступает лес. Если мы хотим подойти незамеченными, придется ждать сумерек.

– Незамеченными? Но у меня с собой письмо с приглашением в Пивер! Нас должны беспрепятственно пропустить.

– И ты называешь это приглашением?! – Пит издал негромкий смешок. – Да это письмо – именно та причина, по которой мы должны попасть в замок незамеченными.

Мину покачала головой:

– Мне нужно к Алис. Я не могу задерживаться.

Пит положил руки ей на плечи.

– Ты, похоже, считаешь, что Бланш де Брюйер будет вести себя по законам чести. И что, как только ты ей представишься, она немедленно отдаст тебе Алис и отпустит вас обеих на все четыре стороны. Только с чего вдруг ей так поступать, Мину? Женщина, которая похищает ребенка и держит его в заложниках, не имеет о чести никакого понятия. Ей нельзя доверять. Если ты появишься в замке без защиты, где гарантия, что она не прикажет бросить в тюрьму и тебя тоже? Или еще что-нибудь похуже? Мы должны найти способ выкрасть Алис, пока Бланш не узнала, что мы здесь поблизости.

– Я же не дура. – Мину повела плечами, выворачиваясь из его объятий. – Я понимаю, что это опасно, но я не могу подвергать Алис риску. Если я предложу себя вместо сестры, есть шанс, что ее отпустят. Бланш нужна я, и никто другой.

– Я прошу тебя хорошенько подумать, Мину.

– Я должна попытаться.

– Хотя бы выслушай меня. Мы отправимся прямиком в Пивер. Жанетта говорит: в деревне хозяйку замка ненавидят, как и ее покойного мужа, так что могут найтись люди, готовые нам помочь, но мы должны быть осторожны. Ее солдаты регулярно патрулируют владения в поисках еретиков и браконьеров, и они славятся своей жестокостью.

– Но чего мы добьемся…

– Еще Жанетта сказала, что, возможно, ее жених, Гильом, сможет помочь, в зависимости от того, кто из солдат будет дежурить в замке. Он служит в гарнизоне и говорит, что среди них есть более верные своей хозяйке, а есть менее. Но прежде чем мы что-либо предпримем, я произведу рекогносцировку и выясню, где держат Алис.

Мину приложила пальцы к его губам:

– Пит, пожалуйста. Все, что ты говоришь, правильно, но у меня нет выбора. Мысль о том, что Алис там, совсем одна, не дает мне покоя. Я не могу не думать о том, что у нее может не быть лекарства, что ее содержат в ужасных условиях. Но хуже всего думать, что она считает, что я ее бросила.

– Я не могу поверить, чтобы она могла так подумать.

– Мне все равно, что будет со мной, если она будет в безопасности.

Пит вздохнул. Сил спорить у него не было.

– А как же я, Мину? Мне не все равно, что с тобой будет. Разве это не в счет?

Мину погладила его по щеке:

– Конечно в счет, но она же совсем ребенок. Я ей нужна.