Кейт Листер – Удивительная история секса. Взгляд сквозь века на одну из самых табуированных тем человечества (страница 19)

«…часто пыталась найти место на половых органах упомянутого Николаса руками, когда она лежала в постели с указанным Николасом, и он спал, и что она не могла ни гладить, ни найти чего-то там, и что место, где должны быть половые органы Николаса, было гладким, как ладонь мужчины».

В 1292 году двенадцать женщин «хорошей репутации» свидетельствовали, что «мужской член» Уолтера де Фонте был совершенно «бесполезен». В 1433 году, когда рассматривалось дело Джона из Йорка, дело пошло не так, когда одна матрона:

«…выставила свои обнаженные груди и руками, согретыми у упомянутого очага, взяла и стала растирать пенис и яички Джона. Она обняла и часто целовала упомянутого Джона и подняла его так, чтобы показать его мужество и мужскую силу. И она стыдила и увещевала его, что он должен проявить себя и доказать, что он мужчина. Будучи тщательно допрошенной, она показала, что все это время указанный пенис был не более трех дюймов длиной».

В каждом из этих случаев браки были аннулированы, и жены получили разрешение искать мужчин, которые смогут «лучше служить и удовлетворять их».

Средневековый канонический закон признавал два типа импотенции: постоянная импотенция, вызванная физической неспособностью заниматься сексом, и временная импотенция, причиной которой считалось ведьмовство. Было хорошо известно, что импотенция часто вызывается магией, а вовсе не какими-то личными слабостями.

Об этом епископ Вормса Буркард писал в уложении о наказаниях XI века:

«Делала ли ты то, что привыкли делать распутные женщины? Когда они впервые узнают, что их любовники хотят взять себе законных жен, они подавляют желание мужчин неким магическим искусством так, чтобы те не могли быть полезны законным женам и иметь сношение с ними. Если ты делала это или учила других, ты должна каяться сорок дней на хлебе и воде».

Как мы уже говорили, Генрих Крамер и Якоб Шпренгер в своем печально известном труде «Молот ведьм» (1486) много внимания уделили импотенции. Целая глава была посвящена тому, как ведьмы «подавляли силу творения». С помощью темных сил ведьмы могли иссушить запас мужской спермы или наложить проклятие, чтобы «магически повредить силе творения — чтобы мужчина не мог иметь сношение». Более того, по Крамеру и Шпренгеру, ведьма могла не просто проклясть «смешанные внутренности» (1890) мужчины, но и вообще лишить его пениса. Могли они проклясть и сам «молоток» (1944), и тогда «злой дух скрыл бы его под иллюзией так, чтобы его невозможно было увидеть или коснуться». Крамер и Шпренгер пересказывали распространенный слух о том, что некоторые ведьмы крадут «фамильную драгоценность» (1911) и прячут в деревьях, гнездах или ящиках:

«Что нужно думать о тех ведьмах, которые такие члены в большом количестве, до двадцати или тридцати членов зараз, скрывают в птичьем гнезде или ящике, где они движутся, как живые, и принимают пищу, что многие видели и что повсеместно известно?»

Крамер и Шпренгер считали, что ведьмы заставляют своих жертв галлюцинировать и вовсе не хранят «членики» (1836) в деревьях. Учитывая увлеченность ведьм проклятиями, насылаемыми на члены, неудивительно, что именно магические манипуляции считались основным источником импотенции.

Когда архиепископа Реймса Гинкмара (806–882) попросили помочь королю Францию Лотару развестись с королевой Теутбергой, тот написал трактат «О разводе короля Лотара и королевы Теутберги». В трактате Гинкмар писал, что любовница короля, Вальдрада, околдовала его и он больше не мог заниматься сексом с женой. Гинкмар был уверен, что «колдуньи и волшебницы… по наущению дьявола» могли сделать мужчину бессильным и помешать свершению брака. Гинкмар советовал супругам «исповедаться во всех своих грехах Господу и священнику с добрым сердцем и смиренным духом»:

«Со многими слезами и очень щедрой милостыней, с молитвами и постом, они должны покаяться перед Господом, кто по их заслугам и нежеланию лишил их благословения, дарованного Господом прародителям нашим в раю до грехопадения».

Одно из самых известных дел о магически насланной импотенции — дело короля Франции Филиппа Августа (1180–1223), который утверждал, что не смог свершить свой брак с Ингеборгой Датской из-за колдовства. По всем документам, король желал жениться на Ингеборге, но через день после свадьбы потребовал аннулировать брак. Через три месяца после свадьбы совет Филиппа составил генеалогическое древо, чтобы доказать, что король и Ингеборга приходятся друг другу родственниками и, следовательно, не могут вступить в брак. Ингеборга с этим не согласилась, и тогда король объявил, что его импотенция была вызвана колдовством. Позже он напрямую обвинил Ингеборгу в ведьмовстве и в том, что она его прокляла. Впрочем, все это не убедило папу Иннокентия III, и Филиппу было приказано сохранить брак. В ответ на это Филипп заточил Ингеборгу в замке Этамп и в 1196 году женился на Агнессе Меранской. Папа пришел в ярость. Он не только отказался признать этот брак, но и распорядился закрыть на девять месяцев все французские церкви, а всех детей, рожденных в это время, считать незаконнорожденными. После этого скандала папа Иннокентий III постановил, что магическим образом насланная импотенция не может более считаться причиной аннуляции брака.

Жены продолжали пытаться аннулировать браки по причине импотенции вплоть до XVIII века, хотя практика конгрессов была забыта уже в XVI веке. Однако пенильное унижение оставалось частью судебного развода в XVIII веке, поскольку судебные документы нередко печатали как эротическую литературу. Нечистоплотные издатели, такие как Эдмунд Керлл и Джордж Эббот, распространяли компиляции скандальных судебных дел: «Дело об импотенции», «Дела о разводах по разным причинам в 1714 году», «Дела об импотенции, рассмотренные в Англии в 1719 году». «Мудрые матроны» более не обследовали «мужской член», но в таких текстах все детали сексуальной дисфункции мужчины становились достоянием публики.

В 2018 году виагре исполнилось двадцать, и эту дату стоит отметить. Успешное лечение эректильной дисфункции позволило миллионам людей вернуть свое моджо. Вспомним же тех, кто на протяжении веков не имел доступа к подобному лечению, учитывая, насколько важна сексуальная функция для благополучия человека. Если вы когда-нибудь соберетесь принять голубую таблетку, не забудьте отсалютовать всем «бесполезным членам», которые вошли в исторические книги, потому что их обвиняли в неспособности войти во что-нибудь иное.

Секс и пища

Опора жизни

Секс и хлеб

Глупо отрицать очевидное: еда и секс — эти наслаждения неразрывно связаны в человеческой психике. Впрочем, если объединить их в буквальном смысле слова, счет из химчистки возрастет безмерно, а в салат-бар в Pizza Hut вас вряд ли еще когда-нибудь пустят. Тем не менее смысл ясен: пища сексуальна. В описаниях сексуального акта мы постоянно наталкиваемся на пищевые метафоры: «съесть киску», «сосать» член, «попробовать» или «сожрать» любовника и т. п. Каждый год в День святого Валентина влюбленные дарят друг другу вкусовые ощущения (шоколад, вино, устрицы), а секс-богиня Найджелла Лоусон сделала себе имя на фелляции масляным пастернаком.

Во время еды мы используем те же чувства, что и во время секса: зрение, обоняние, вкус, осязание и т. п. И еда, и секс приносят ощущение комфорта и любви — и одновременно вины и стыда. Переедание и недоедание связаны с сексуальной фрустрацией и сексуальной травмой. И, конечно же, еда и секс — это приятные занятия, которые можно разделить с кем-то или насладиться ими в одиночестве. Как сказано в Притчах 9:17: «воды краденые сладки, и утаенный хлеб приятен».

Некоторые виды продуктов весьма сексуальны. Шампанское и икра гораздо соблазнительнее банки консервов, хотя вы можете со мной и не согласиться. Хлеб мало кто считает эротическим, но у опоры жизни есть удивительно пикантные секреты. Для начала скажу, что процесс приготовления хлеба полон намеков. Сначала его грубо месят, а потом ставят в горячую печь, где он набухает и поднимается. И в конце концов его покрывают липкой глазурью.

Убедительная связь между поднимающимся тестом и поднимающимся пенисом, горячей печью и горячей вульвой уходит корнями в 79 год н. э. Отправимся в римский город Помпеи. Во время раскопок древнего города над печью пекарни была обнаружена терракотовая пластина с изображением пениса и надписью «hic habitat felicitas» («здесь живет счастье»).

Один человек замешивает тесто, а другой разжигает огонь в печи. На столах и полках разложен хлеб, корзины сложены одна в другую. Цветная гравюра XVI века

Потенциал увеличения объема теста не остался незамеченным и у англосаксов. Клирики составили Эксетерскую книгу в Х веке, и в ней немало весьма пикантных загадок — например, загадка номер 45:

«Вот что-то растет в углу, раздувается и стонет, поднимает свое покрывало. Надменная девица, дочь князя, мнет его и ломает, своим платьем накрывает, и там оно распухает еще больше».

Ответ, конечно, очень прост: это хлебное тесто. Хлеб был не просто предметом для подобных шуток, но ему нередко придавали весьма откровенные формы. Римский поэт Марциал (40–104) не раз писал в эпиграммах о дилдо из хлеба, заявляя, что можно удовлетворить сексуальное желание, просто пощипывая такой хлеб в форме пениса: