Кейт Лаумер – Межавторский цикл «Боло». Книги1-13 (страница 443)

— Так точно. Я не могу напрямую подтвердить эту гипотезу, и вполне возможно, что проблема уходит корнями в повреждения, полученные мной в битве при Крайсе. — Последовала краткая пауза. — Если в ближайшие минуты я не сумею увеличить темп стрельбы, то не смогу остановить все выпущенные по нам снаряды.

Джейми уже успел выбраться из кресла и теперь возился с одним из встроенных в переборку шкафчиков. Внутри, в ячейках перезарядки, покоилась шеренга энергетических винтовок Марк XIV. Он вытащил одну из них, проверил заряд и захлопнул дверцу. В соседнем шкафчике он нашел наголовный коммуникатор, пристроил его наушник в правом ухе и вытянул микрофон, прикрепив его к нижней губе.

— Проверка связи, — прошептал он.

— Слышу вас, командир, — послышался в ухе голос Гектора.

— Мне пойти с тобой? — спросила Алита.

Он покачал головой и показал на передатчик:

— Гектор подскажет мне, где надо свернуть. Оставайся с Шери.

— Будь осторожен, — предостерегла она. — Этих… этих паразитов убить нелегко.

— Поверь, я буду осторожен.

Наконец-то он мог хоть что-то сделать!

Дитер лежал на спине на дне кратера, наполовину погрузившись в мутную воду, в которой отражалось пламя, озарявшее небеса. Он был уже настолько оглушен непрестанными разрывами, что до него доходил только отдаленный рокот, но зато спиной он ощущал каждое сотрясение земли, возникавшее вследствие отдачи от ударов «Хеллбора». Воздух стал таким горячим, что при быстром вдохе обжигал легкие, и со стороны гавани дул воющий, раскаленный ветер. Повторявшиеся залпы «Хеллборов» перегревали атмосферу, создавая в Селесте чудовищно мощную искусственную зону высокого давления.

Современное поле боя, отметил он про себя, вовсе не место для беззащитных человеческих существ, — во всяком случае, не при огневой мощи в шесть мегатонн в секунду и не там, где используется оружие, которое швыряет в непредставимо далекие мишени крохотные кусочки звезды.

Глядя в небо, он вдруг заметил одинокую резкую вспышку света, длившуюся лишь мгновение, но ясно видимую на фоне темно-голубого неба. Потом вспыхнула еще одна… и, прерывистым каскадом, еще десяток. Через несколько секунд все небо оказалось усыпанным быстро гаснувшими огненными точками.

Оглушенный отупляюще-монотонным ритмом залпов «Хеллборов», он не сразу догадался, что это за вспышки и искры. Но потом его осенило. Если Боло разбивает с помощью своих главных орудий приближающиеся к планете метеоры !*!*!, от них должно оставаться множество пыли, капель расплавленного железа, песчинок и более крупных фрагментов. Даже испаренное, вещество одно-двухтонного метеора не может просто исчезнуть, и все его остатки будут по-прежнему лететь по тому же вектору, что и первоначальный снаряд, — немного рассеиваясь по большей части передней полусферы и сохраняя начальную скорость метеора. «Должно быть, — подумал Дитер, — эти вспышки отмечают вхождение в атмосферу песчинок и более мелких фрагментов, которые почти мгновенно сгорают, растрачивая свою кинетическую энергию на бриллиантово-яркие вспышки видимого излучения».

Из зенита ударило ослепительное копье сине-белого света, исчезнувшее в беззвучной вспышке на полпути к горизонту. Пляска метеоритных огней продолжалась, изредка нарушаясь вторжением более крупных обломков, которые прочерчивали в небе отчетливые огненные следы. Один из них исчез за восточным краем кратера, умчавшись куда-то в сторону Гриффенбурга, где над горизонтом поднялось тихое зарево. Через несколько секунд Дитер ощутил мощное сотрясение земли и услышал продолжительные далекие раскаты грома. Должно быть, сквозь огненный щит Гектора проскочил необычно крупный фрагмент. Большинство обломков сгорало при входе в верхние слои атмосферы Облака, но некоторые вполне могли проскочить дальше.

Дитер хотел надеяться, что Боло сможет сбить те из них, которые представляли непосредственную угрозу району гавани; впервые за довольно долгое время он понял, что вновь очень хочет жить.

Однако вряд ли у него был чересчур большой выбор под падавшими с неба камнями, укрыться от которых можно было лишь в кратере, оставленном метеором, что уничтожил Селесту.

Полковник Вэл Прескотт вовсе не собирался пропустить битву. Он встал на ноги, держа в здоровой руке металлическую змею щупальца «щелкунчика», которое он только что оторвал от упавшего на землю охранника !*!*!. Небо над головой пылало лилово-белым огнем, а землю сотрясали рокочущие колебания.

— Есть здесь солдаты? — крикнул Прескотт тонким голосом, тонувшим в грохоте залпов Боло. Но все же смысл его слов дошел до полусотни мужчин и женщин, лежавших в мелких лужах на дне ямы.

— Я! — воскликнул, вскакивая на ноги, голый бородатый мужчина без левого глаза.

Рядом с ним пролетел парящий глаз, и мужчина молниеносным движением руки схватил его. Прижимая к груди яростно жужжавшего пленника, он взломал его хрупкий панцирь и вытащил блестящую фасетчатую линзу его камеры.

— Это за мой глаз! — завопил он, размахивая блестевшим трофеем. — Отплатим им за все!

— Перевертыши! — крикнула какая-то женщина. — Мочи ублюдков охранников!

Толпа, лишь номинально возглавляемая Вэлом, преследуемая молниями и громовыми ударами, высыпала из ямы…

— На следующей развилке сверните вправо, — сказал у него в ухе голос Гектора. — Будьте осторожны. Я регистрирую движение и магнитную аномалию около двухсот двенадцати гаусс в коридоре, который ведет к энергостанции и где не должно быть ничего подобного.

— Понял, — ответил Джейми.

Он вскинул оружие, чувствуя в руках его успокаивающую тяжесть. «Позор, — подумал он, — что у Гектора нет внутренних камер наблюдения». Точнее, они существовали, но только у входов и шлюзов, потому что Боло, несмотря на все удобство их Боевых центров, не были предназначены для перевозки людей и для наблюдения за внутренними помещениями использовались приборы куда более чувствительные, чем видеокамеры.

— Значит, этот «щелкунчик» покинул твой регулятор и бродит вокруг?

— Ответ отрицательный. Я все еще регистрирую его воздействие на регулятор энергостанции. Однако он, вполне возможно, использует какие-нибудь дистанционно управляемые устройства, или же там может находиться больше одной машины !*!*!.

— Восхитительно!

Проход достигал почти трех метров в высоту, но в ширину не превышал одного метра, а стен было не видно под слоями энергетических кабелей и оптоволоконных узлов. Иногда из неровного пола вырастали массивные энергетические линии, уходившие в путаницу проводов над головой, и Джейми приходилось буквально протискиваться между ними.

Перед развилкой он остановился и осторожно глянул за угол, держа ружье наизготовку. Проход мягко освещался люминесцирующими полосами и казался округлым, почти что органическим, словно кишечник какого-то гигантского зверя.

— Вполне возможно также, что ко мне на борт проникли и другие вражеские механизмы, воспользовавшись тем же путем, что и вы, — с непробиваемым спокойствием продолжил Гектор. — Однако наиболее правдоподобное объяснение состоит в том, что !*!*! поместили свои устройства вблизи ключевых точек моих внутренних структур вскоре после того, как взяли меня под свой контроль и вмешались в функционирование моей операционной системы. Возможно, это было страховкой на тот случай, если программных методов окажется недостаточно.

— Тогда почему они не вставили в тебя ядерную бомбу или что-то еще? — поинтересовался Джейми. Ему нравилось слышать голос Гектора у себя в ухе и хотелось, чтобы Боло продолжал разговаривать. Так он чувствовал себя чуть менее одиноким и беззащитным…

— В каком-то смысле они так и сделали, — ответил Гектор. — За последние 2,71 минуты их устройство неоднократно пыталось инициировать перегрузку ядра моего основного реактора и вызвать термоядерный взрыв небольшой мощности. До сих пор мне удавалось блокировать все такие попытки.

— О…

Еще одно напоминание о том, что они с Алитой и Шери попросту бродят в дебрях конфликта куда более обширного, интенсивного и смертоносного, нежели тот, что доступен силам, чувствам и разуму обычного человека.

Пока он шел, сотрясения корпуса, вызванные отдачей выстрелов «Хеллборов» и раздававшиеся каждые несколько секунд, продолжали бить по его мозгу чудовищными звуковыми волнами. Здесь, вне мощных звуковых щитов, поглощавших сотрясения кокона Боевого центра, шум был гораздо громче. А один раз Джейми ощутил нечто вроде близкого взрыва, не похожего на залп «Хеллбора», и понял, что враг тоже еще в состоянии доставить им неприятности.

— Неразрешенные передвижения прекратились, — предупредил его Гектор. — Однако я регистрирую быстро пульсирующую магнитную аномалию. Ее источник, по-видимому, находится метрах в четырех перед вами.

— Четыре метра?

Значит, сразу за Т-образной развилкой коридора, чуть впереди. Должно быть, !*!*! притаился в засаде за углом.

— С какой стороны? Слева или справа?

— Слева от вас.

Джейми подстроил мощность ружья до луча толщиной с карандаш и шагнул вперед. Прежде чем он успел сделать второй шаг, в его поле зрения что-то мелькнуло: неразличимая серая масса, выскочившая из-за угла и бросившаяся вперед, выбивая из стены коридора искры бешено мелькавшими щупальцами.

Его палец конвульсивно нажал на спусковой крючок — чисто рефлекторная реакция, которая, возможно, и спасла ему жизнь. Луч ускоренных электронов прорезал корпус атакующей машины; из зигзагообразной пробоины в округлом панцире вырвалось слепящее белое пламя. Машина !*!*! прервала свою стремительную атаку и зависла в настороженном ожидании в двух метрах от человека: серебристо-серый овоид в два раза крупнее головы Джейми, с дюжиной извивавшихся, мелко сегментированных щупалец. Она попробовала развернуться, чтобы увести обгоревший сектор корпуса с линии огня, но Джейми повел луч следом и быстрым решительным движением ствола отрезал три щупальца.