Кейт Кинг – Повелители охоты (страница 52)

– Почему?

Он драматично вздохнул и, словно я ничего не вешу, положил мне руки на талию, а затем приподнял на несколько дюймов над землей, будто я парю.

– Хватит двигать ногами.

Я заметила, как он сменил тему – очень неуклюже по сравнению с его обычными словесными ловушками, – но слишком отвлеклась, чтобы продолжать давить.

– Ты меня уронишь.

Он рассмеялся.

– Клянусь, не уроню.

Я удивилась, услышав искренность в его смехе, а не обычную мрачную снисходительность. И с горечью признала, что это прекрасный звук.

Я расслабилась, позволив Сайону удерживать меня, пока мы кружились по бальному залу. Мое сиреневое платье развевалось позади, отражая свет каждой мерцающей свечи, а музыка оркестра фейри завораживала, даже, пожалуй, гипнотизировала, но на этот раз это меня не беспокоило.

– Почему ты меня ненавидишь? – спросила я.

Он поднял темную бровь.

– У меня много причин ненавидеть тебя.

– Чудно. Но какие конкретно?

Он пошевелил рукой на моей талии.

– А что?

– Просто… я бы поняла, если бы ты злился на меня из-за дяди, но это явно не так. – Я заглянула в его серебряные глаза, ожидая увидеть хоть какую-то реакцию, но он лишь кивнул, позволяя мне продолжить: – Я бы поняла, если бы ты хотел вернуть корону, но тогда зачем ты позволил Баэлу убедить себя отказаться от участия в первой охоте? Или зачем вообще делать вид, что тебе нужно следовать правилам? Ты мог просто убить меня на месте в любой момент, начиная с прошлого года, и объявить себя королем, и никто бы не стал даже спрашивать, что произошло.

Он тихо рассмеялся, и на этот раз звук, казалось, прошел сквозь меня, обволакивая, будто ноты флейты фейри.

– Вижу, Баэл не удосужился рассказать тебе, как он убедил семью не участвовать в первой охоте. Позволь заверить тебя, мятежница, у нас не было выбора.

– И как же? – резко спросила я.

– Ну нет, – протянул он. – Я с нетерпением жду, когда ты наконец узнаешь все самостоятельно. А почему я просто не убил тебя в прошлом году? Да мне это не нужно. Не заблуждайся, думая, что я проявил доброту, оставив тебя в живых, что ты чем-то для меня полезна. Эта ситуация… – он метнул взгляд из стороны в сторону, – не то, чего я ожидал.

Я закусила губу, охваченная беспокойством. Столько новых вопросов. Так мало времени.

– Но почему ты меня ненавидишь?

– Не думаешь, что это связано с мятежом? – мрачно спросил он. – Ты вообще понимаешь, что я потратил годы, наблюдая, как города обращаются в пепел, потому что Эмброуз, мать его, Дуллахан думает, что он может править лучше нас, но при этом у него не хватает яиц, чтобы прийти и сразиться с нами? Вместо этого он насмехается над нами и убивает невинных, распространяя при этом ложь о лучшем мире.

Я моргнула, потрясенная обилием информации в этой обличительной речи.

– Ты ненавидишь Дуллахана, потому что он убивает невинных людей… как твой дядя? Или, может, он тоже бросает слуг в подземелья?

Сайон прошипел:

– Говоришь так, будто ты невиновна, мятежница.

Я глубоко вздохнула, пытаясь подавить раздражение. С его логикой явно было что-то не так.

– Так это единственная причина, по которой ты меня ненавидишь? Потому что думаешь, будто я мятежница? Похоже, ты пришел к этому выводу задолго до того, как я приблизилась к твоему дяде.

Он замолчал, пытаясь подобрать нужные слова. Гнев разрастался, пока я вспоминала встречи с принцами. Не только с Сайоном, но и с Баэлом, и, в меньшей степени, с Гвидионом.

Надо было больше уделить внимания тому, что они сказали в тот день. Я и не думала, что это имеет какое-то значение. Я вспомнила, как увидела Сайона и Баэла в лесу, а Калибан нет. Я вспомнила странную реакцию Сайона на меня и их уход… и свою благодарность за то, что они оставили меня в живых. А позже, на пиру, как они нацелились на меня еще до того, как сестра обернулась мятежницей.

Сердце забилось чаще. Может быть, за всем этим скрывается что-то большее? Меня часто замечали фейри, выбирали из толпы, но было ли это случайностью?

Мои ноги снова коснулись пола, и я глубоко вздохнула, понимая, что музыка утихла. Сайон опустил меня. Кожа горела под тканью платья везде, где он меня касался. Как будто на теле остались татуировки от одних его прикосновений.

– Нет, – сказал Сайон, возвращая мое внимание к нему. – Я не ненавижу тебя.

Его серебряный взгляд впился в меня, и в голове возникла пугающая мысль, что он может видеть меня насквозь. Может прочитать все мысли, и чувства, и желания и раздавить их в порошок под сапогами.

– Тогда почему…

– Но это не важно, – его голос был таким тихим, чтобы слышала только я, – потому что я все равно убью тебя.

А затем одним изящным движением он склонил голову и опустился на одно колено у моих ног.

Глава 52. Лонни

Вслед за Сайоном триста фейри опустились на колени. В мгновение ока я оказалась единственной, кто стоял в полный рост.

– Что происходит? – прошипела я.

Сайон продолжал стоять на коленях, но я видела, как его макушка трясется от негодования. Мгновение затянулось, и он наконец поднял глаза, встречаясь со мной взглядом. Его макушка была на уровне моего бедра, но почему-то я ощущала себя в невыгодном положении.

– Ты должна приказать нам подняться.

Я моргнула в ошеломлении.

– А что будет, если я не прикажу?

Он скривился, и я вздрогнула, когда внезапная искра боли лизнула пальцы ног, словно я стояла на раскаленных углях.

– Тогда, будь уверена, ты скоро в полной мере ощутишь наше коллективное недовольство.

Я посмотрела на Сайона и сжала зубы. В голове пронесся образ сотен фейри, врастающих в землю, словно небольшая армия коленопреклоненных статуй. Как мох и лианы оплетают блестящие темные волосы Сайона, а его насмешливое презрительное выражение лица со временем превращается в каменную маску.

Во имя Эшлин, что за темная мысль… и в то же время такая захватывающая.

Я стояла неподвижно, а жар покалывал пальцы и руки. Серебряный взгляд Сайона стал острым, а ноздри раздулись.

Не сводя с меня глаз, он понизил голос почти до шепота.

– Знаешь, о чем все они думают… моя королева?

Из его уст «моя королева» прозвучало как «мерзкая дрянь». Я качнула головой.

– Просвети же меня.

– Они гадают, когда же я убью тебя. Не если, а когда.

Я фыркнула от смеха. Ну конечно, о чем еще они могут думать? Это даже не угроза – так, констатация очевидного.

Если бы корона досталась другому фейри в Иноземье, то его семья стала бы королевским домом. Вечные были бы понижены до звания дворян и стояли бы наравне со всеми остальными в зале, но что касается меня… Что ж, никто не ожидал, что я переживу даже час, не говоря уже о первой охоте. Все они ждали, что Сайон перережет мне горло здесь и сейчас и объявит себя королем Иноземья.

– И? – прошептала я в ответ. – Ты что, на себя поставил? Ты это хотел мне сказать? Не хочешь потерять деньги?

Настала его очередь смеяться.

– Нет. Мне нет нужды делать ставки. Я уже и так все знаю.

Я прищурилась. Это было… до странности откровенное заявление, если учесть, что он не может лгать.

– Ты не знаешь этого, – возразила я. – Не можешь этого знать. Ты можешь желать этого. Планировать, но не можешь знать.

– Не могу? Я же уже говорил, мятежница: твоя судьба предрешена. Я собираюсь уничтожить тебя. Остается только посмотреть, как много успеешь уничтожить ты, прежде чем я это сделаю.

Я сжала губы в тонкую линию и окинула взглядом толпу Высших фейри, явно испытывающих нетерпение, пока я болтала о собственной смерти с их любимым принцем. Тем самым принцем, что запер меня в подземелье. Тем самым принцем, который хотел заставить меня лизать его сапоги.

Я слегка приподняла подол юбки, обнажая туфли. Он посмотрел на них, похоже, не понимая, что я собираюсь сделать.