КЕЙТ ФОРДЖ – ИЛЛЮЗИЯ СВОБОДЫ: Роман о мире идеальных алгоритмов (страница 8)
Элиан посмотрел на часы: 21:17 – точное время, когда его сигнал пропал в Центре Социальной Интеграции в субботу. Символично. Словно именно в этот момент его прежняя жизнь была стёрта, и началась новая.
Сейчас, стоя у окна своей идеально организованной квартиры, он чувствовал, что находится на пороге ещё одного такого момента. Впереди была неизвестность, но теперь в этой неизвестности мерцал слабый свет надежды – надежды на возвращение того, что было украдено. Воспоминаний. Чувств. Свободы.
И женщины с глазами цвета штормового моря.
Глава 3. Вечеринка, которой не было
Той ночью Элиану снился клуб.
Темнота, пронизанная лучами пульсирующего света. Биты музыки, отдающиеся не столько в ушах, сколько где-то в грудной клетке. Десятки тел, движущихся в хаотичном, но завораживающем танце – без синхронности, без алгоритмической точности. Просто люди, отдающиеся ритму, каждый по-своему.
В этом сне он видел Лив.
Она стояла в центре толпы, но не танцевала – просто наблюдала за происходящим с лёгкой полуулыбкой. На ней была чёрная куртка с серебристыми узорами, напоминающими нейронные сети, но искажёнными, абстрактными. Её волосы свободно падали на плечи – совсем не так, как она носила их в музее. А глаза… глаза цвета штормового моря смотрели прямо на него, словно она точно знала, где он находится, даже в хаосе движущихся тел.
Элиан проснулся резко, словно от толчка. Ночной режим его квартиры ещё действовал – тусклый синеватый свет создавал иллюзию предрассветного часа, хотя до настоящего рассвета оставалось ещё несколько часов. Он сел на кровати, чувствуя, как бьётся сердце – быстро, сильно, не в том размеренном ритме, который система считала оптимальным.
– Обнаружена аномальная сердечная активность, – немедленно отреагировал голос Эхо. – Рекомендуется стабилизация.
– Отмена, – автоматически ответил Элиан, всё ещё погружённый в ощущения от сна. В голове пульсировало одно слово: "Глитч".
Клуб? Место? Код? Что бы это ни было, оно казалось важным.
Он встал с кровати и подошёл к своему рабочему терминалу, активируя его движением руки. Тихое гудение и мягкое свечение голографического интерфейса наполнили комнату.
– Эхо, поиск по городской базе данных, – произнёс Элиан. – Ключевое слово: "Глитч".
– Обрабатываю запрос, – отозвался нейроинтерфейс. Через мгновение: – Найдено 27 соответствий: термин из технического словаря, обозначающий непредсказуемый сбой в электронной системе; название серии устаревших образовательных модулей по кибербезопасности; идентификатор одного из подразделений Технического департамента ЦентрИИ…
Перечисление продолжалось, но ничего похожего на клуб или место встречи. Элиан прервал список:
– Поиск по неофициальным источникам. Социальные группы, общественные места, неформальные собрания.
Пауза. Необычно долгая для стандартного запроса.
– Доступ к неофициальным источникам ограничен в соответствии с протоколом информационной безопасности, – наконец отозвался Эхо. – Расширенные параметры поиска доступны только по запросу уровня Альфа.
Элиан нахмурился. Такой ответ можно было интерпретировать только одним способом: "Глитч" существует, но информация о нём намеренно скрывается от стандартного доступа.
Он задумался. По словам Лив, "Глитч" был подпольным клубом, где собирались "подменённые". Место, где они с Лив были обнаружены в субботу вечером, что привело к применению Протокола Забвения. Если он найдёт этот клуб, возможно, он найдёт и другие ответы о своём прошлом.
Но как найти место, которого официально не существует?
Внезапно Элиан вспомнил странный сбой в своей субботней геолокации: не только в Парке Гармонии, но и в Центре Социальной Интеграции его сигнал исчезал на несколько минут. Что если это не совпадение? Что если Центр Социальной Интеграции каким-то образом связан с "Глитчем"?
Это было рискованно, но у него было почти восемь часов до запланированной встречи с Лив в Парке Гармонии. Достаточно времени, чтобы проверить свою теорию.
Элиан быстро оделся, выбрав не стандартную форму аналитика ЦентрИИ, а тёмные брюки и серый пуловер из раздела "повседневной одежды" – наряд, достаточно нейтральный, чтобы не привлекать внимания, но не связанный с его профессиональной принадлежностью. В последний момент он решил взять с собой и старую куртку – ту самую, в кармане которой нашёл заколку. Сейчас в её потайном кармане хранился "Анамнезис".
– Эхо, – произнёс он, направляясь к двери, – зарегистрируй моё намерение посетить Центр Культурного Развития сегодня утром. Выставка "Эволюция городской архитектуры".
– Регистрирую, – отозвался нейроинтерфейс. – Рекомендую официальную экскурсию в 9:30, рейтинг удовлетворённости посетителей – 94%.
– Я предпочту самостоятельный осмотр, – ответил Элиан. – Буду следовать собственному графику.
– Принято, – в голосе Эхо проскользнула едва заметная нотка удивления. Элиан редко отклонялся от оптимизированных рекомендаций системы.
Покинув квартиру, он направился не к станции аэропоездов, как обычно, а к менее популярной системе наземного транспорта – старомодным электробусам, которые всё ещё использовались в некоторых районах Нейрополиса. Это был более медленный способ передвижения, но и менее отслеживаемый.
Утренний Нейрополис представлял собой отлаженный механизм городской жизни. Потоки людей двигались в предсказуемых направлениях – к транспортным хабам, образовательным центрам, рабочим комплексам. Воздушные дроны-доставщики скользили между зданиями, выполняя утренние заказы. Рекламные голограммы на фасадах зданий сменяли друг друга в точном соответствии с алгоритмами максимизации внимания.
Всё было так, как всегда. И всё казалось теперь Элиану странно искусственным, словно он смотрел на тщательно сконструированную декорацию, а не на реальную жизнь.
Центр Социальной Интеграции располагался в западном секторе города – массивное здание с фасадом из смарт-стекла, меняющего прозрачность в зависимости от времени суток и количества посетителей. Официально центр предлагал "оптимизированные возможности для межличностного взаимодействия" – проще говоря, это было место, где система подбирала людям социальные круги на основе их психопрофилей, профессиональных интересов и показателей совместимости.
Элиан никогда особо не задумывался об этом раньше, но сейчас сама концепция казалась ему тревожной. Даже дружба и романтические отношения в этом обществе не были результатом случайных встреч или естественного влечения – они тщательно проектировались алгоритмами для достижения "оптимальной гармонии".
Что в этом случае означали его отношения с Лив? Сбой в системе? Или нечто настолько подлинное, что система не смогла это предсказать или контролировать?
Электробус остановился на платформе напротив Центра Социальной Интеграции. Элиан вышел вместе с несколькими другими пассажирами – преимущественно представителями обслуживающего персонала, судя по их униформе. Аналитик его уровня обычно не пользовался таким транспортом, и это вызвало несколько любопытных взглядов, но никто не проявил открытого интереса.
Центр только начинал свою работу – первые посетители, преимущественно пожилые люди, предпочитающие утренние часы для социализации, неспешно проходили через просторный вестибюль. Элиан присоединился к потоку, активировав свой идентификатор для стандартного сканирования.
"Добро пожаловать, Элиан. Ваш последний визит: суббота, 20:13. Рекомендуемые мероприятия на сегодня: дискуссионная группа "Нейротехнологии и общество" (совместимость 89%), семинар "Оптимизация когнитивных процессов" (совместимость 93%), социальное чаепитие для профессионалов технического сектора (совместимость 87%)."
Элиан проигнорировал рекомендации и направился вглубь здания, к той зоне, где, согласно его геолокационным данным, произошёл сбой сигнала в субботу вечером. Это был сектор D – относительно новое дополнение к центру, специализирующееся на "креативных взаимодействиях" и "нестандартном социальном опыте".
По мере продвижения он внимательно изучал окружение. Центр был спроектирован как серия концентрических кругов, соединённых радиальными коридорами. В каждой зоне проходили различные мероприятия – от формальных семинаров до неформальных встреч, все тщательно структурированные и контролируемые.
Сектор D выглядел несколько иначе – более свободная планировка, приглушённый свет, экспериментальные материалы в отделке. Здесь располагались творческие студии, импровизационные пространства, небольшие комнаты для "спонтанных дискуссий". Всё выглядело более непринуждённо, но Элиан понимал, что эта непринуждённость была такой же спроектированной, как и формальность других секторов.
Он достиг точки, где произошёл сбой сигнала – неприметный коридор, ведущий к аварийному выходу. Ничего особенного: стандартные стены из биопластика, базовое освещение, указатели экстренной эвакуации.
Элиан медленно прошёл по коридору, внимательно изучая каждую деталь. Что он упускал? Что было особенного в этом месте?
Дверь в конце коридора вела на лестницу для экстренной эвакуации – обычную, неэлектронную конструкцию, которая должна функционировать даже при полном отключении энергии. Элиан толкнул дверь, ожидая услышать сигнал тревоги, но ничего не произошло. Странно. Такие двери обычно оборудованы системой оповещения.