Кейт Армстронг – Ночные птицы (страница 77)

– Но ради меня, ради тех, кто прячется внизу, ты должна хотя бы попытаться.

Она оглядывается на Виллана, который с серьезным и решительным видом сжимает руль. На лестницу, ведущую в трюм, где прячутся девушки. Фен сказала ей: «Не позволяй никому вставать у тебя на пути». Она не станет просто смотреть на происходящее. Эйса поднимает руки, закрывает глаза и сосредотачивается. Почувствовав, что ее больше не ограничивают, магия окутывает ее, наполняет каждую косточку в теле, а затем переливается через край волнами света.

Частичка души Эйсы – та, что заставляла подчиниться понтифику и Красной Руке, – съеживается от отвращения и страха, что магия – яд.

Дедушка всегда говорил ей: «В тебе песня шелдар. Тебе нужно лишь услышать ее и набраться смелости, чтобы ответить». Возможно, смелость – это то, что можно выбрать, как дружбу. Главное – довериться внутреннему голосу.

Вода шепчет ее имя. Эйса чувствует ее не как лодка, а как рыба в толще океана. Вода ждет, когда Эйса заговорит. Но что ей сказать?

Еще одна молния, ярким пятном в темноте, летит к ним. Волны бурлят и пенятся вокруг корпуса корабля. Вода поднимает волну. Высокую, узкую. Нет… Это огромная и гладкая голова. Когда она поворачивается к Эйсе в лунном свете, сверкают водянистые зубы. Голова перехватывает молнию в воздухе, словно мячик.

Кто-то кричит. Но Эйса не может обернуться, иначе потеряет концентрацию.

Она приказывает водяному змею защищать их корабль и перехватывать все молнии. Она сама становится змеем и смотрит на мир водянистыми глазами, чувствует, как молнии тают на языке. Но этого мало… их путь преграждает военный корабль.

Змей устремляется к нему, становясь крупнее и свирепее с каждым нырком в воду. Его глазами Эйса видит, как моряки в ужасе указывают на него и кричат. Сейчас змей врежется в борт и потопит корабль вместе с ними.

Нет. Она больше не хочет никого убивать, но и остановить змея не может. Магия управляет ею. Но она чувствует других девушек, напоминающих, что ее тело стоит на палубе, Виллана, который прижимает руку к ее спине, чтобы поддержать.

Эйса делает вдох и опускается глубже в воду, в океан, в ее истинную сущность. Ей хочется набраться смелости и спасать, а не разрушать.

Стон срывается с ее губ, когда змей ныряет под военный корабль. На мгновение повисает напряженная тишина, а затем судно поднимается на огромной волне. Тяжело дыша, Эйса заставляет змея держать корабль так, чтобы он не опрокинулся. Если она сможет поднять его достаточно высоко…

– У тебя получается, – выдыхает Виллан. – Держись, Эйса.

Она велит змею подняться выше, словно гора, пронзающая темные небеса. С каждым вздохом он все выше, почти равняясь с утесами. Но это так тяжело – о боги. Эйса чувствует, как что-то надламывается внутри. Джасинта хватает ее руку и крепко сжимает.

Змей покачивается и покрывается пеной, она отдает ему все силы. Молит океан и саму себя продержаться еще чуть-чуть.

Корабль с треском ударяется о скалы под сторожевой башней. Палуба приваливается к камню, но теперь она не соскользнет с этой высоты.

– Получилось, Эйса! – кричит кто-то. – Получилось.

Чьи-то руки обхватывают ее талию, когда она соскальзывает на палубу. Но душа Эйсы больше не связана с телом. Она вселилась в змея, скрывающегося в глубине. Она ныряет и наслаждается водой, которая ласкает и размягчает ее чешую. А затем она растворяется и становится частью океана.

Очарованные сиянием друг друга, пламеницы сбиваются в большие стаи. Но их влечет не инстинкт размножения, а стремление к общению. Они всегда горят ярче, когда сбиваются вместе.

Глава 35

Свет во тьме

Матильда чувствует, как ее тащат через облако едкой тьмы, а потом за занавес сцены. Как только они выбираются на свет, она видит перед собой парня в ливрее Вестенов. Ее спас один из слуг Деннана? Но затем она поднимает глаза.

– Алек?

Конечно. Ведь «Плащ Тьмы» окутал бальный зал.

– Что, проклятие тебя подери, ты творишь… – выдыхает она, едва успокоив колотящееся сердце.

– А ты как думаешь? – огрызается он. – Вытаскиваю тебя отсюда.

Ее мысли путаются, будто она перебрала вина.

– Но…

Алек крепче стискивает ее руку.

– Нужно бежать, Тильда.

Он тянет ее за собой вниз по винтовой лестнице. Добравшись до нижней площадки, они оказываются в пустынном коридоре, вдоль которого тянутся полки с кастрюлями и сковородками… видимо, где-то рядом дворцовая кухня. Она понимает, что Алек ее друг и пришел, чтобы спасти ее, но Матильда устала, что все вечно решают за нее.

– Алек, подожди.

Но он продолжает вести ее вперед:

– Корабль скоро отчалит. Я не знаю, сколько у нас осталось времени. Нужно…

– Проклятие, Алек.

Она затаскивает его в открытую дверь, и они оказываются в узкой комнате со стеллажами и корзинами. Похоже, это кладовая. На табурете ярко горит фонарь с пламеницами.

Матильда смотрит на Алека. Его глаза сияют, а грудь вздымается от тяжелого дыхания. Обвив руками его шею, она вдыхает его запах. От него, как всегда, пахнет травами и феннетом. Но сейчас к этому аромату добавляется легкая горечь.

– Мы не можем останавливаться, – обнимая ее, говорит он. – Нужно добраться до корабля как можно быстрее. Девушки из Подполья уже ждут нас.

– Что за корабль? – Мысли Матильды мечутся как бешеные. – Куда он плывет?

– Из Симты. Туда, где безопасно. Фен отправилась в Корневую тюрьму, чтобы вытащить Эйсу и Джасинту. Если все прошло хорошо, они уже должны быть там.

Сердце Матильды сжимается, когда она понимает, что Эйса все это время провела в Корневой тюрьме. Но сейчас нет времени переживать об этом.

– Но Сейер не там, – говорит она. – Я только что видела ее.

Она вспоминает, как Сейер стояла посреди толпы, вскинув руки и вызывая ветер, чтобы спасти Матильду от понтифика. Как она показала всей Симте, что тоже обладает магией.

– Она встретит нас на улице, – говорит он. – Нужно уходить, Тильда. Прямо сейчас.

– Но Эпинин закрыла порт. У нас ничего не получится.

– Мы должны воспользоваться этим шансом.

Он хочет, чтобы они снова пустились в бега, как преступники. Прятались в тени… но она уже показала всем свое истинное лицо.

– Я не могу, – говорит Матильда. – Не могу уехать из Симты.

– Что? Почему?

– Потому что здесь моя семья. И я им нужна.

– Твоя семья хотела бы, чтобы ты была в безопасности.

– Неужели ты не понимаешь? – взрывается она. – Я устала убегать, Алек.

От ее крика мотыльки начинают метаться в фонаре, и вспыхнувший свет озаряет лицо Алека, придавая ему безумные черты.

– Если я сейчас убегу, это покажет всем, что понтифик прав. Что мы опасны. Он представит в искаженном свете все наши поступки. Настроит людей против нас. Если я убегу сейчас, придется прятаться вечно.

На лице Алека отражается замешательство.

– И что ты предлагаешь? Хочешь остаться здесь… с Деннаном Хэйном?

Матильда застывает:

– Я остаюсь не с ним. Дело не в нем.

Она больше не доверяет Деннану. Но, возможно, она сможет повлиять на него и Совет.

Как там говорил Деннан? «Мы не можем зацикливаться на том, что осталось в прошлом. Нужно двигаться вперед». Пришло время строить будущее, которое она хочет для себя. Но для этого придется остаться здесь. В гуще событий. Стать игроком в этой игре.

– Ты сам говорил, что хочешь перемен. Ты… Крастан. – Она старается не поддаваться захлестнувшим ее эмоциям. – Ты хотел, чтобы я выглянула за калитку своего сада. А я за нее вышла, Алек. И теперь все знают, что девушки, обладающие магией, существуют. Но у меня есть возможность изменить законы для всех нас. Исправить все.

– Ты хочешь этого добиться, чтобы сделать жизнь лучше? – возмущенно всплеснув руками, спрашивает Алек. – Или чтобы стать королевой?

Как он может так думать? Ей хочется прижаться к нему и выплакать все, что терзает ее. Рассказать обо всем, что произошло. Но в его усталых глазах плещется презрение.

Он упирается руками в полку по обе стороны от нее, окутывая ароматом трав и дыма.

– Тильда, Крастан умер, – шепчет он. – Лавки больше нет. Ты нужна мне.

Она нежно касается его щеки: