Кейт Армстронг – Ночные птицы (страница 37)

– Останься. Я приказываю.

Возможно, ей надо послушаться… она не давала обязательств защищать сестер. Но Сейер не может бросить их на произвол судьбы.

Интересно, любимая, ты хоть раз раздумывала над теми старинными историями, которые я нашел много лет назад? Про Огненных птиц? Знаю, ты хочешь защитить Матильду, рассказывая ей, что она может лишь передавать свою магию другим. Но так ты делаешь ее слабой, Фрей. Какой была ты, когда бросила меня. Ты подрезаешь ей крылья, не давая летать.

Глава 11

Маски сорваны

Эйса наблюдает за Матильдой и леди Фрей из окна своей спальни, когда в сад врываются какие-то люди. На них серые мантии с эмблемами на груди, которые ей не удается разглядеть. У многих в руках арбалеты. От вида оружия у Эйсы скручивает желудок.

Кто-то хватает ее за руку. Это Оура, мать Матильды.

– Сиди здесь, – шепчет она. – А если они направятся к дому, сразу прячься.

Сердце Эйсы бешено колотится.

– Кто это?

Оура поджимает губы, отчего они превращаются в тонкую, будто выведенную карандашом, линию.

– Не самые хорошие люди, – бросает она и выбегает в коридор.

Немного подождав, Эйса следует за ней и спускается по парадной лестнице в комнату для завтраков. Большие окна открыты в ночь. Эйса прячется за занавеской. Выглянув из-за рамы, она видит, как Оура, сжав кулаки, выходит на веранду.

– Это незаконное вторжение, – говорит леди Фрей. – Уходите, или у вас будут неприятности.

– Мы подчиняемся Маррену и Эшамэйну, – говорит стоящий впереди мужчина глубоким и холодным голосом, – а не вам.

Он старше остальных, его лицо испещрено шрамами и измазано красной краской. Словно кто-то опустил руку в кровь, а потом прижал ладонь к его щеке.

По коже Эйсы расползаются мурашки. Она видела это лицо раньше во снах… или в подобии снов. Кажется, ее худший кошмар становится реальностью.

Самсон с растрепанными волосами выходит на веранду и встает рядом с матерью.

– Что все это значит? Кто вы такие?

– Я Красная Рука Маррена, – говорит мужчина. – Мы его слуги, Огненные клинки.

Эйса крепко сжимает занавеску. Леди Фрей и Матильда медленно приближаются к веранде, но люди в сером кружат вокруг них, как рыбаки, пытающиеся заманить рыбу в сети.

– И что вы здесь забыли? – усмехается Самсон.

– Я пришел за ведьмой, – отвечает Красная Рука и указывает на Матильду.

С губ Самсона слетает сдавленный смешок.

– Ты свихнулся?

Леди Фрей смотрит на мужчину сверху вниз.

– Это опасное обвинение.

– Это создание опасно. – Его голос завораживает, как волны в прилив. – То, чем она пользуется, не принадлежит ей. Она украла это у Источника. Пришло время ответить за преступления.

– Моя дочь не совершала никаких преступлений, – яростно возражает Оура. – Кто вы такой, чтобы так говорить?

– Не смотритель, это уж точно, – спокойно говорит леди Фрей. – У вас нет законного права находиться здесь.

– Верно. – Самсон спускается по лестнице, проталкивается между Огненными клинками и, дойдя до фонтана, останавливается перед Красной Рукой. – Послушай, это мой дом. Убирайся отсюда, или я позабочусь, чтобы ты пожалел об этом.

– Мы очищающее пламя, – оскалившись, заявляет он. – Твои угрозы не остановят пожар.

Он поднимает палец вверх, и раздается свист. Стрела. Она пронзает правое плечо Самсона. Он падает на землю, а Оура, закричав, слетает в сад по ступеням веранды, чтобы помочь сыну. Матильда устремляется за ней.

Красная Рука бросается к девушке и хватается за ремешок расшитой бисером сумки. Эйса не видит ее лица, но чувствует страх.

– Не смей меня трогать.

Ее слова сопровождает странный рев.

– Матильда, нет! – кричит леди Фрей.

Красная Рука отшатывается назад, и Эйса вдруг понимает, что Матильда держит что-то в руке. Это напоминает детский мяч, но он светится. Нет… горит.

Люди в сером защищают себя знаком Эшамэйна. В их наполненных благоговейным страхом глазах отражаются всполохи огненного шара.

– Дом Динатрис не потерпит вторжения, – с диким видом говорит Матильда. – Вам лучше уйти, если не хотите, чтобы я спалила вас дотла.

Все замирают. На лице Красной Руки читается странный восторг.

– Взять ее, – вдруг командует он.

Несколько парней посмелее делают шаг в ее сторону. Матильда бросает в них огненный шар. Один начинает кричать, когда пламя цепляется за его одежду. Второй пытается сбить огонь, пока он не распространился. А Матильда уже бросает следующий. Откуда она их берет? Ткань ее ночной рубашки местами опалилась и почернела. Но пламя не обжигает ее кожу, а только ласкает.

Еще несколько парней пытаются добраться до Матильды, окружая. Похоже, они хотят захватить ее, а не убить. Но Эйса знает, что случится, потому что уже видела происходящее во сне: Красная Рука, складки его серого балахона, искаженное шрамами лицо, что-то сверкающее в свете огненных шаров Матильды.

Океан вздымается в груди Эйсы.

– Матильда, берегись!

Она выскакивает в окно и раскидывает руки. Магия струится сквозь них дрожащей волной. Вода в фонтане переливается через край, разливается по саду и, добравшись по Матильды, окружает ее, словно стена. Нож Красной Руки летит к цели, но застревает во льду, в который превратилась вода. Сквозь него Матильда с удивлением смотрит на Эйсу.

Нос щекочет морской бриз, уши наполняет шум прилива. Эйса ощущает себя шелдар. Да помогут ей боги, ей это нравится.

Красная Рука поднимает взгляд, наполненный яростью.

– Еще одна! – рычит он. – Схватить ее!

Несколько парней в сером бросаются к Эйсе с поднятыми арбалетами. Она могла бы скрыться в доме, но Матильда застряла в ловушке изо льда, а Фрей с Оурой у фонтана пытаются помочь Самсону. Она не может их бросить.

– Если уйдете с нами добровольно, больше никто не пострадает за ваши грехи, – говорит Красная Рука.

При слове «грехи» Эйса вздрагивает и невольно опускает руки. Ледяная стена начинает трескаться и таять, а по траве расползаются тонкие ручейки. Фанатики медленно подходят ближе, готовясь их схватить. Эйса чувствует, как к горлу подступают рыдания.

Неожиданно сад заполняют резкий свист и порывы ветра. Красная Рука падает на землю. Парни в сером валятся с ног, один хватается за живот, второй вцепляется себе в горло. А третий замахивается на что-то невидимое, а затем оказывается на земле, словно его ударили. Арбалеты вылетают из их рук и теряются среди кустов. В воздухе что-то клубится, будто извивающиеся тени. Стоит Эйсе слегка прищуриться, как она видит…

Милостивые боги. Это Сейер?

Вместе с ней два человека в масках, которые разоружают Огненных клинков, пока те пытаются понять, что происходит. Откуда они взялись? На одном – маска лисы, на втором – барсука. У барсука что-то в руке… стеклянный шар. Когда двое фанатиков бросаются на него, он швыряет шар об землю, и тот разбивается на осколки. Из вырвавшегося наружу дыма появляются птицы. Они кружат по саду и пикируют на парней. Те отбиваются, но происходящее настолько пугает их, что они кричат от ужаса.

Не обращая внимания на царящий вокруг хаос, Эйса бежит к Матильде. И они вместе, спотыкаясь, добираются до фонтана, где собрались Динатрис. Им надо идти к дому, но Самсон не может стоять на ногах, к тому же вокруг много стрелков, желающих выпустить стрелу во все, что движется.

Рядом кто-то кричит, и перед ними появляется Сейер в маске тигрен. Ее друг в маске барсука спотыкается об арбалет и, упав, катится по земле. Лис грациозно уворачивается от стрелы и, сжимая нож, поворачивается к Руке. Фанатик бросается на барсука, но Сейер вскидывает руку, стискивает кулак, и тот хватается за горло, словно не может дышать.

– Остановись, – рычит Красная Рука. – Или мы начнем стрелять.

Сейер опускает руку, и парень жадно глотает воздух. Она вместе с друзьями в масках отходит к фонтану. Несколько Огненных клинков все еще кричат и отмахиваются от птиц из дыма, но большинство обступило Эйсу и остальных. Им некуда бежать.

– Понтифик просил привести ему хотя бы одну девушку в качестве доказательства, – шепчет Красная Рука. – А я доставлю ему вас троих. Вы яд, скрывающийся на виду у всех.

Парни в сером прижимают кулаки к груди и бормочут: «Очищающее пламя, чтобы очистить мир». На их лицах написано такое отвращение, что Эйса невольно ощущает стыд.

Голову заполняют мысли: «Что подумает мама, услышав об этом? Что скажет отец?» А еще она думает о Виллане, который обещал вернуться к ней. Он сказал, что дал клятву защищать ее. Но теперь слишком поздно.

Матильда сжимает ее руку. А другой лезет в сумку и достает оттуда… темный бутылек.

– Ты ищешь яд? – кричит она. – Так получай.

Бутылек разбивается вдребезги о выложенное плиткой основание фонтана. Клубится черный густой дым. Нет, это не просто дым, это… тьма. Боги, глаза Эйсы невыносимо жжет. Она слышит, как фанатики кричат и кашляют, но не видит их.