Кейт Армстронг – Ночные птицы (страница 34)
– Так и случится, как только ты снимешь груз с души.
Тенни так и делает.
Глава 10
Приколотые крылья
Сад у дома Матильды все так же прекрасен. Уже за полночь, и бабушкины крылатые лилии распустили лепестки. Сидя под деревом, Матильда чувствует их насыщенный сладковатый аромат, который обычно дарит успокоение. Но сейчас ее ум мечется в попытках осознать невозможное.
То, что произошло несколько часов назад в «Клубе лжецов», противоречит всему, что ей рассказывали о магии. Во-первых, она невидима… и хоть сильна, но неосязаема. Во-вторых, Ночные птицы не могут использовать свой дар. Но она помимо того, что изменила свою внешность, еще и управляла огнем. Хотя «управляла» не совсем правильное слово… Она не контролировала магию. Скорее это ощущалось так, словно в каждом горящем пламени находилась частичка Матильды, пульсируя в едином ритме с ее сердцем. Но подобной магией обладали лишь Огненные птицы.
Матильда вспоминает, что сказал Крастан: «В последнее время я часто думаю, исчезла ли древняя магия. Или лишь уснула. И однажды вернется».
Матильда однажды пыталась обменяться дарами с прошлыми Ночными птицами. Они выпили вина и поцеловались. Но хотя губы и покалывало от магии, ничего не произошло, как бабушка и говорила. Ночные птицы не могут передавать дары друг другу. Тогда почему кажется, что силы Сейер и Эйсы влияют на нее? Каждый раз, когда они касаются друг друга, ее магия вспыхивает и разрастается. Словно то, что они проводят время вместе, пробуждает что-то в Матильде.
Она вздыхает. Почему это происходит только с Сейер и Эйсой? С девушками, которые не хотят дружить с ней и сводят с ума. Слова Сейер снова слышатся у нее в голове: «Ты рассказываешь, что мы должны следовать правилам, которые соблюдать не собираешься, верно? Для тебя все это игра».
Конечно, сегодняшний вечер планировался как авантюра, но Матильда не предполагала, что все обернется катастрофой. Теперь все меняется… не только для нее. И Деннан, и Тенни знают об Эйсе. Матильда опускает голову на руки.
Пока Деннан вел их к задней двери, а затем усаживал в карету Динатрисов, чтобы никто не узнал, что они находились в клубе, Матильда продолжала думать о Тенни. Ей до сих пор не верится, что он так повел себя. А еще она не может забыть лица девушек, когда она рассказала им о своей ошибке: в глазах Эйсы читалась печаль, а Сейер посчитала, что ее предали.
Что-то врезается в пальму, растущую рядом с фонтаном. Матильда вскакивает на ноги, замечая, как что-то черное трепещет среди листьев. Птичка дважды подпрыгивает на листе, расправляет крылья и, подлетев к ней, почти падает в ладонь. Несмотря на мрачное настроение, Матильде не терпится посмотреть, что принесла эта малышка.
– Привет, – шепчет она. – Что ты мне расскажешь?
Она отправила металлическую птицу Деннану несколько часов назад, чтобы узнать, что с Тенни и чем закончилась проверка в «Клубе лжецов». Белый листочек бумаги, торчащий из грудки птицы, скорее всего, расскажет об этом. Матильда аккуратно вынимает записку и изучает сообщение, написанное мелким наклонным почерком. Она узнает символы несложного кода, который они придумали много лет назад: «Смотрители обыскали клуб. Они нашли несколько алхимических препаратов, хотя явно искали что-то посущественнее. Клиенты уже пересказывают друг другу слухи и небылицы. Не думаю, что они понимают, что именно произошло. И мне очень хотелось бы это знать».
Матильда закрывает глаза. Конечно, ему хочется. Он зашел в комнату и увидел свою точную копию. А потом завороженно наблюдал, как она избавлялась от этого образа. Матильда сама с волнением и легкой тревогой наблюдала, как растворяются мозоли и сквозь его сильные ладони проявляются ее.
Ей следовало бы радоваться. Разве она не хотела хоть раз применить дар Щегла на себе? Но в животе у нее свинцовая тяжесть, тянущая к земле. Почему все вышло из-под контроля? Матильда поднимает листок и продолжает читать: «Что касается Тенни, он выбрался из моей комнаты, пока я провожал вас к карете. Я не смог найти его, но обязательно отыщу, и как можно скорее. Твой ДХ».
Проклятие. Где сейчас Тенни? Может, он пошел к лорду-отцу, который поддерживает запрет на магию, и все ему рассказал? А может, как и угрожал, собирается надавить на ее семью, чтобы стать мужем Матильды?
Она трет глаза. Нужно разбудить бабушку, чтобы рассказать ей о случившемся. Матильда боится ее реакции, но они с Летой найдут способ все исправить.
– Почему ты сидишь здесь в темноте?
Бабушка спускается по ступенькам веранды в сад, тихо шурша элегантным серым халатом. Матильда быстро прячет птичку и записку Деннана в сумочку.
– Просто… размышляла.
– Размышления. – Бабушка улыбается. – Опасное занятие.
– Дедушка часто так говорил.
– Думаю, он так считал потому, что каждый раз мои размышления доставляли ему неприятности.
Бабушка прогуливается по саду, касаясь листьев и что-то нашептывая цветам. Здесь она выглядит более свободной и молодой. А ведь у нее могли сохраниться остатки магии Ночной птицы.
– У меня только что состоялся довольно интересный разговор с твоим братом.
У Матильды перехватывает дыхание.
– Ох, правда?
Бабушка опускается на скамейку и похлопывает по месту рядом с ней.
– Правда. И теперь я хочу услышать рассказ о сегодняшнем вечере от тебя.
Матильда уже выслушала нотации от мамы, которая перечислила все ее проступки. Во-первых, она привела Эйсу домой очень поздно, да еще и пьяной. Во-вторых, они провели вечер в клубе для джентльменов. В-третьих, она вела себя невоспитанно и непростительно. Но предстоящий разговор будет намного хуже.
Подбирая слова и собираясь с силами, Матильда садится на скамейку, но, едва открывает рот, ее опережает бабушка:
– Самсон сказал, что в клубе произошел странный пожар.
Она постукивает двумя пальцами по тыльной стороне ладони Матильды, показывая знак Ночной птицы.
– Расскажи мне, дорогая. Он возник из-за тебя?
Сердце Матильды бешено колотится. Как бабушка узнала? Или догадалась?
– Я… – Слова застревают в горле. – Я не хотела.
Бабушка вздыхает:
– Расскажи, как все произошло.
Матильде инстинктивно хочется солгать. Но еще больше хочется узнать ответы, ее даже не пугает возможная взбучка. Поэтому она рассказывает обо всем, что сказала Тенни на приеме у Леты. А затем то, что произошло в «Клубе лжецов». Но когда доходит до встречи с Деннаном, что-то останавливает ее. Она и так нарушила сегодня слишком много правил.
Когда Матильда заканчивает, воцаряется тишина. Она слышит, как плещет вода в канале по другую сторону каменной стены и доносящуюся издалека мелодию. Но сад остается ее маленьким миром. Стоит возникнуть этой мысли, как в памяти всплывают слова Алека: «Я бы хотел, чтобы ты выглянула из-за стены своего сада и увидела, что за ней происходит». Сейчас эти слова ранят сильнее, чем раньше.
– На самом деле мы мало что знаем о способностях Огненных птиц, – наконец говорит бабушка. – Многие летописи были сожжены или уничтожены отцами церкви. Истории спрятаны или утеряны. У нас остались лишь рассказы, передаваемые из поколения в поколение Великими Домами. И кто знает, сколько в них правды. Но если верить преданиям Динатрисов, Огненные птицы, от которых мы унаследовали дар, могли управлять огнем.
Матильда смотрит на руки. Зимними вечерами они с Самсоном засовывали пальцы в камин, чтобы проверить, кто из них сможет прикоснуться к пламени. Казалось, ей это давалось легче, чем ему. Неужели огонь, который она ощущает, всегда горел внутри и только ждал подходящего момента, чтобы проявиться?
– Говорят, все женщины, которых коснулся Источник, тянулись к какой-то стихии: земле, огню, воде, ветру, – продолжает бабушка. – И это стихии влияли на то, какую магию женщины могли вызывать. Думаю, и сейчас влияют. Даже если мы и не понимаем, как именно. Порой в некоторых Ночных птицах просыпалась частичка древней магии. Девушки могли замораживать воду кончиком пальца, призывать железо или согревать комнату.
– А ты умела делать что-то подобное, бабушка? – выпаливает Матильда. – Умела использовать свою магию?
Вновь повисает тишина.
– Магию стихий? Нет. Никогда.
– Какой дар ты передавала как Ночная птица?
Бабушка напрягается:
– А ты, Матильда? Ты смогла изменить внешность?
Матильда кивает:
– В клубе. Мое лицо, волосы, одежда, голос… все изменилось.
– А другие девушки? – продолжает допытываться бабушка. – У них получилось?
– Да, – выдыхает Матильда. – И у Сейер, и у Эйсы.
Матильда думала, что бабушка удивится, но по ее лицу этого не скажешь. Ее руки спокойно лежат на коленях. У Матильды учащается дыхание: события последних недель, бабушкины перешептывания с Летой. Крастан… вновь вспоминается их разговор.
«Вы же знаете, что я не могу управлять своей магией».
«Пока нет,
Он… они знали то, чего не знала она.
– Ты предполагала, что это может случиться, – выдыхает Матильда. – Ведь так?
– Ох, моя дорогая. – Бабушка прикрывает глаза. Она все еще красива, но сейчас выглядит уставшей. – Мне не стоило скрывать от тебя некоторые вещи.
– Так расскажи все сейчас.
Бабушка переводит взгляд на крылатые лилии. Их аромат сладкий, но теперь в нем ощущается нотка гнили.
– Моя магия Ночной птицы отличалась от твоей. Я передавала дар манакина, благодаря которому мои клиенты казались привлекательными для любого, к кому проявят внимание. Но в лето, когда мне исполнилось семнадцать, я отказалась принимать посетителей. На самом деле мы с тобой во многом похожи. Меня, как и тебя, приводила в ярость мысль выйти замуж за того, кого выберут родители. Стоило мне перестать отдавать свой дар, магия начала приходить по моему желанию. С ее помощью я подводила глаза, придавала блеск волосам и накладывала иллюзии на кожу. Чем дольше я отказывалась от работы Ночной птицы, тем больше становились мои возможности.