Кейт Армстронг – Ночные птицы (страница 25)
Матильда выгибает бровь:
– Что именно ты рассказала дорогой подруге?
Чувства мелькают в золотистых глазах Сейер, превращая их в расплавленный мед, но через мгновение ее взгляд вновь становится непроницаемым.
– Ничего особенного. Я спросила, слышала ли она о секте, которая поклоняется Маррену. Она сказала, что они называют себя
– Фен говорит, что их лидер – безумный церковник, который называет себя Красной Рукой, – продолжает Сейер. – Он набирает беспризорников, чтобы вырастить из них бойцов.
– Зачем ему бойцы? – побледнев еще сильнее, спрашивает Эйса.
Сейер поджимает губы:
– Для войны с теми, кто использует магию.
Матильда вздрагивает:
– В том числе с девушками, обладающими магией.
В карете наступает тишина, а воздух почти раскаляется от незаданных вопросов.
– Думаешь, Красная Рука послал фанатика? – не выдержав, спрашивает Матильда.
Сейер откидывается на спинку сиденья.
– Скорее всего, фанатик решил проявить инициативу. Ведь он говорил, что приведет меня как доказательство существования ведьм. Возможно, для Красной Руки. Скорее всего, секта вообще не знает о нас.
Получается, Красная Рука может знать о существовании Ночных птиц, но не знать, как их найти. Пока. Она вспоминает слова Алека и Крастана. Что Крастан сказал о рейдах смотрителей?
– Ты рассказала Лете? – спрашивает Эйса.
– Да, – вздохнув, отвечает Сейер. – Но пришлось признаться, как я получила эту информацию. Теперь она постоянно следит за мной. И готова сопровождать меня даже в туалет.
Матильда скрещивает руки на груди:
– Что она сказала на это?
Сейер хмурится:
– Велела мне сидеть тихо, как мышка, пока она не узнает больше.
«Сидите тихо, не высовывайтесь и храните тайну», – кажется, это все, что они слышат в последнее время. Они, как птицы, должны сложить крылья и прикрыть глаза. Интересно, таким образом матроны хотят защитить их от волнения или пытаются, чтобы девушки не узнали, что они и сами далеки от ответов?
– Теперь ты, – говорит Сейер. – Раскрывай секрет.
На мгновение у Матильды возникает желание отшутиться – как она привыкла поступать. Но ей нужно раскрыть некоторые карты.
– Деннан Хэйн пришел к Щеглу не за поцелуем, – признается она, – а чтобы предупредить меня кое о чем.
Она рассказывает о визите Деннана: о шатком положении Эпинин Вестен и ее плане похитить Ночных птиц. Когда она заканчивает, девушки смотрят на нее с открытыми ртами.
– Принц-бастард пришел предупредить тебя, что сюзерен планирует нас украсть, – говорит Сейер, – и в тот же вечер фанатик пытается сделать именно это?
Матильда кивает.
– Согласна. Это не выглядит простым совпадением.
Секта изгоев, сюзерен, молчание матрон. Они внутри паутины, дерни за ниточку – и все придет в движение.
– Я думаю, не стала ли Эпинин поддерживать секту. Может, она хочет, чтобы они сделали всю грязную работу. – Матильда тяжело вздыхает. – Вот почему я хочу поговорить с Деннаном Хэйном. Сегодня вечером.
Эйса с Сейер застывают.
– Ты хочешь встретиться с братом сюзерена, пока мы… что мы будем делать? – интересуется Сейер. – Играть роль твоих компаньонок?
– Примерно так, – отвечает Матильда. – А еще отвлекать Самсона. Не хочу, чтобы он таскался за мной.
В зеленых глазах Эйсы появляется такое выражение, которого Матильда у нее раньше не замечала. Словно она пытается разглядеть то, что Матильда предпочла бы не видеть.
– И как ты собираешься расспрашивать его, не раскрывая, что ты Ночная птица?
Матильда сглатывает. Если бы они сейчас играли в креллен, это была бы ее самая крупная ставка – карта, которая изменит всю игру.
– Он уже знает. Причем давно.
Девушки снова застывают, лишившись дара речи.
– Я случайно передала ему магию несколько лет назад, еще до того, как научилась ею управлять. Тогда я решила, что он ничего не понял. Но стало очевидно, что я ошиблась, когда Деннан появился в комнате Щегла.
Их потрясенное молчание говорит о многом. Матильда изо всех сил борется с румянцем, поднимающимся по шее.
– Лета знала? – спрашивает Сейер. – Когда впустила его?
– Нет, знает только бабушка. Обо всем.
Они поругались из-за желания Матильды встретиться с Деннаном. «Держись от него подальше, – сказала бабушка, – пока мы не будем уверены, что он ничем нам не угрожает». Но Матильда не собиралась все лето сидеть сложа руки.
– Ты доверяешь Деннану Хэйну? – уточняет Эйса.
– Если бы он хотел отдать меня сестре, уже давно бы это сделал.
– Орущие коты, Динатрис, – ругается Сейер. – Он же Вестен. С чего ты взяла, что он не разыгрывает долгую партию?
Матильда вспоминает, как серьезно и убедительно он говорил. Его слова, когда она сказала, что правила защищают Ночных птиц: «Но эти же правила оставляют вас в неведении».
Сложив руки на груди, она старается выглядеть уверенной.
– Он хранил мой секрет несколько лет. И у него есть разногласия с Эпинин. Он может знать, связана ли сюзерен с этой сектой. И помочь нам разобраться с угрозой.
Сейер откидывается назад, отчего ее повязка сверкает в свете фонарей.
– Что он попросит взамен? Свободный доступ к тебе или к нам троим?
– Деннан бы этого не сделал, – нахмурившись, отвечает Матильда.
– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты считаешь, что люди, рожденные в Великих Домах, придерживаются кодекса чести. Но поверь, каждый из них жаждет власти, как любой кулик, и так же коварен. Нож остается ножом, даже если его рукоять сделана из золота и ее украшают драгоценности.
Эйса с упреком смотрит на Матильду.
– Тебе следовало раньше рассказать нам о своем плане.
– Сомневаюсь, что вы поехали бы со мной, если бы знали об этом, – выпаливает Матильда. – Мне не справиться без вас. Я не смогу провернуть все в одиночку.
В ее голосе слышится искренность.
– Разве вам не надоело сидеть дома и ждать, пока другие позаботятся о нашей безопасности? – пробует Матильда снова. – Поэтому я и прошу вас помочь.
Их молчание тянется так долго, что становится болезненным.
– Так какой у тебя план? – скрестив руки на груди, наконец говорит Сейер.
Матильда сдерживает вздох облегчения.
А затем рассказывает, как планировала провести вечер. Как приятно наконец объединиться с сестрами – Ночными птицами. Бабушка бы лопнула от злости, если бы увидела их сейчас. Но Матильда устала сидеть под замком, пытаясь не обращать внимания на растущее беспокойство. Ей хочется действовать.
Сегодня вечером они отправятся в свободный полет.