Кейт Армстронг – Ночные птицы (страница 14)
Измельчить сухие ингредиенты. Размять ягоды руками (не забудьте надеть перчатки, чтобы руки не остались синими) и смешать их с порошком в котелке. Медленно помешивать на среднем огне против часовой стрелки до появления запаха забывчивости. После чего добавить сироп и воду, затем золу, затем слезы.
В большинстве книг по сонным зельям вы больше ничего не найдете. Но этот рецепт старинный и созданный для мечтаний и признаний. Пока размешиваете слезы, произнесите заклинание:
Глава 4
Все это золото
Матильда прогуливается по рынку Брайдвотэр. Раньше она приходила сюда с бабушкой и улыбалась продавцам, пока они не давали ей что-нибудь сладкое или блестящее. Они и сейчас улыбаются ей, но это, к сожалению, не успокаивает Матильду.
На рынке полно народу и стоит такая духота, что по ее спине струится пот, но она не обращает на это внимания. Она смогла ускользнуть из-под надзора матери. За прошедшие два дня с момента «катастрофы Леты» – как называет случившееся мама – Матильду впервые выпустили из дома. Сколько бы она ни повторяла, что тот фанатик мертв и не может сообщить, кто послал его, или раскрыть личности Ночных птиц, это никого не волнует. Все на грани нервного срыва.
Пришлось согласиться, что ее будут сопровождать два стражника дома Динатрис, которые сейчас следуют за ней на почтительном расстоянии. Хорошо, что, в отличие от мамы, они не будут отчитывать ее, когда Матильда ест сладости или громко смеется. Хотя ей и не хочется сейчас смеяться. Призраки следовали за ней по пятам с той ночи. Ради сестер она притворялась, что забыла о произошедшем, но ее мучили кошмары, в которых она снова видела того ужасного мужчину, напавшего на Сейер. В ее снах он хватался за маску Щегла и сдергивал с Матильды, открывая ее лицо.
Покачав головой, она переводит взгляд на прилавки, разглядывая разложенные на них сокровища: кружева из Стрейи, каменные безделушки из Тирска, ароматный чай из Каллистана, разноцветные специи и благовония из Дальнеземья. Но среди товаров нет ничего магического… конечно. Но она помнит, как выглядели рынки до запрета на магию, когда в лавках продавали зелья, которые отращивали густую бороду за один вечер или не давали промокнуть в дождливый вечер. Теперь такого не найти. Тот, кто рискнет торговать контрабандой, может лишиться всех товаров или попасть в руки инквизиции. Поэтому никто не осмелится открыто выставить что-то магическое.
Матильда останавливается у лавки, заставленной ведрами с цветами. В Симте почти нет парков и растения считаются символом статуса и роскоши. Она про себя перечисляет выставленные сорта: эстафлауэр, дельфиниум, крылатая лилия. Последний цветок – это символ ее Дома. Его бледные, напоминающие крылья лепестки прекрасны. Взяв один, Матильда вдыхает аромат. Но сквозь сладость пробивается другой запах. Жженые благовония, дым и сажа. Он напоминает ей что-то… Неприятное чувство скользит по спине.
Из-за неожиданного грохота Матильда подпрыгивает. Сердце бешено колотится.
– Поосторожнее, Базил!
Услышав знакомый голос, она оборачивается и видит Брикс Магну, которая хмуро смотрит на мальчика и упавшие пекарские противни. Самые обычные противни для выпечки. Ей приходится сделать глубокий вдох, чтобы немного успокоить нервы.
– Привет, Брикс.
Женщина расплывается в улыбке:
– Приятного утра, юная леди Динатрис. Вы с каждым днем становитесь все красивее.
Матильда делает вид, что позирует в своей шляпке клош.
– Осторожнее. Я ведь могу и забыть о скромности.
– Скромная? И вы? Ох, ну если вы в это верите.
Матильда улыбается.
– Сколько для вас сегодня? – спрашивает Брикс.
– Шесть, пожалуйста. Невозможно ограничиться одним кексом, если покупаешь его в самой замечательной пекарне Симты.
– Я выбираю лучшие, слушая вашу лесть, – подмигнув, говорит Брикс.
И протягивает Матильде коробку с желтыми кексами. Еще теплыми. Сквозь сахарную пудру видны завитки семян лабнума. Их еще называют «семенами удачи». Считается, что если хотя бы один застрянет между зубами, фортуна тебе улыбнется.
– За мой счет, – как всегда, говорит Брикс.
Но Матильда, как всегда, платит втрое больше, чем они стоят, и уверяет себя, что все хорошо, как и должно быть. Но как бы часто она ни лгала, ей не всегда удается поверить в собственный обман.
Дойдя до конца рынка, она заглядывает в Углы. Сердце города, центр власти. Углы – место, где пересекаются главные каналы Симты, разделяющие город на четыре квартала, которые названы в честь существ, когда-то летавших в небесах. Если верить легендам. За спиной Матильды остался квартал Пегаса, где она живет. Там расположен Торговый банк, где хранятся деньги большинства жителей Симты. Справа от нее – квартал Феникса и церковь Августейна со штаб-квартирой понтифика и его собратьев. По другую сторону канала – квартал Грифона, где сосредоточено то, чем славится Симта: лавки художников и мастеров, уличная музыка, нелегальные клубы и уличные банды. А слева от Матильды – квартал Дракона и Высокий дворец. Там живет сюзерен и проводятся важные собрания Совета. Матильда представляет, что именно там и пройдет голосование, сразу после летнего солнцестояния, до которого осталось примерно три недели.
Обычно ей нравится останавливаться здесь и наблюдать, как лодочники, проплывая на лодках с полными надежд и мечтаний пассажирами, обмениваются грубыми шутками и жестами. Но сегодня ее взгляд то и дело обращается к дворцу, а в голове вертится: «Там ли Деннан Хэйн? Обсуждает ли Щегла с сестрой?» Она сомневается. Но его предупреждение об Эпинин не выходит у Матильды из головы. После встречи Ночных птиц в гостиной Леты ей в голову пришла мысль, которая должна бы возникнуть раньше. Возможно ли, что фанатика, напавшего на Сейер, отправила сюзерен? Деннан сказал, что она хочет выкрасть их. А фанатик заявил, что его хорошо вознаградят, если он приведет Сейер. Но решилась бы Эпинин Вестен на такое? Это бы вызвало хаос среди Великих Домов. И вероятно, даже привело к открытому противостоянию. Несколько недель назад Матильда посмеялась бы над мыслью, что кто-то попытается украсть одну из Ночных птиц. Но после того как ей пришлось отбиваться кочергой от фанатика и прятать находящегося без сознания парня, это уже не кажется смешным.
Тем же вечером она рассказала бабушке о том, что сообщил ей Деннан Хэйн. Она вспоминает, как бабушка слушала, недовольно поджав губы. Матильда думала, что получит нагоняй. Но бабушка задала кучу вопросов, а потом бесконечно долго разглядывала вино в бокале. «Не бойся, дорогая, – наконец сказала она. – Я позабочусь об этом». Но что она сделает, ведь им почти ничего не известно?
Деннан Хэйн и его предупреждение, фанатик, напавший на Сейер, слегка свихнувшийся друг, лапающий Эйсу… Кажется, что между всем этим есть связь, будто трещины расползаются из невидимого центра. Но трещины можно… необходимо залатать. И тогда все снова будет так, как должно быть.
Матильда разворачивается и, не обращая внимания на стражников, идет назад по проспекту Пегасус – главной улице, разделяющей квартал. Здесь множество милых домов с изящными коваными ограждениями на балконах и горшками с вьюнками. Матильду всегда удивляло, как жители этих домов терпят то, что у них нет садов и их двери открываются прямо на улицу. Хотя, если подумать, у большинства горожан нет такого сада, как у нее. Она проходит мимо фонарщика, который метлой с длинной ручкой выметает из фонарей пламениц, оставшихся с прошлой ночи. Они быстро сгорают, но их крылья излучают ослепительное сияние.
Она сворачивает, затем еще, проходит мимо лавок портних и парфюмеров, работающих в основном для Великих Домов. Наконец, она добирается до ярко-желтого дома. Над входом висит большая вывеска: «Алхимический магазин Крастана Падано». Хотя все зовут владельца Желтым Алхимиком.
Стоит толкнуть дверь, как звенит колокольчик. Матильда переступает порог, зная, что стражники останутся ждать на улице. Они уверены, что здесь она в безопасности. Стеллажи за длинным прилавком заставлены баночками с травами, перьями и драгоценными камнями. На каминной полке сверкают черепа разных размеров. Из-за желтого стекла в большом окне все внутри приобретает золотистый оттенок. Даже копна темных кудрей Алеканда, ученика Крастана.
Матильда замирает, чтобы вдохнуть аромат сладостей и дыма. Если что-то и может успокоить ее нервы, так это поход к Крастану. Она в детстве приходила сюда с бабушкой и целый день болтала с Крастаном, пока он смешивал ингредиенты для отваров, а еще ругалась с Алеком из-за того, чья очередь помешивать их. Алек старательно растирает что-то в ступе, не поднимая глаз и делая вид, что не замечает Матильду. Рядом с ним, как всегда, стоит кружка с чаем феннет, который нужен ему, чтобы справляться с сахарной болезнью.
Медленно подойдя к прилавку, Матильда кладет на него кексы.