Кейт Андерсенн – Исмея. Все могут короли (страница 52)
— Вы ведь погибли… когда отправились сочетаться узами брака с принцессой Тангары Лирой восемь лет назад… В Зеркальном море…
Миразан все это время вольготно восседал нога на ногу в экипаже, будто он тут хозяин барин, а стрельба по ту сторону не случалась никогда. Подстрекательные речи — тем более.
Одним плавным движением он стек по ступеням на мостовую. И как ему это удалось?.. Ступенек-то было три.
А мостовая тоже блестела золотом.
— Мой дарогой Урьбонум, как вьидишь — вполнье сибье жив и здоров. Прьиехал провьедать мать с отцом, по случаю — импьератрицу вам прьивез из-за гор, можьешь сибье прьедставить? — и хлопнул беднягу по плечу так крепко, что тот покачнулся. — Хнор оказалсья прав.
И только облачко пробежало на безмятежном челе принца, когда он назвал это имя. Значит, отца его первой любви звали Хнор.
Любопытно, а как звали ее?..
— Так это… — пробормотал Урбонум, — ересь ведь, ваше… высочество.
— Льюди за горами? — Миразан поднял свои черные брови. — Смотрьи, как би импьератрица не рассьердилас на тибья за такие рьечи. У нее характьер тьяжелий.
И покачал головой, цокая языком с упреком. Позер. Ну, мерчевилец чистой воды…
Злость? Его сюда привела злость? И покажите, где же она? Абсолютный прожигатель. Никакого идеалиста. Никакого бунтовщика. Никакого лидера.
Кто же ты, Мир?..
— Вашью ручку, импьератрьица… Вьеди нас к отцу, Урбонум. Я ужье и не помьню, где тут у вас тронний зал.
Ха. Роль сыграна на ура. Только… зачем?
А она зачем играет каждый раз?.. Ради сохранения шаткой позиции. От неуверенности. Из... привычки побеждать страх и боль в одиночку.
Глава 16. О переговорах, сумасшедших и искусстве расставления вилок
Исмея умела не падать в грязь лицом. Но никогда ей не приходилось столько переживать за один день. И — так или иначе — говорят, что дома и стены лечат. А в Мирахане их не наблюдалось.
Сейчас же… она так смертельно устала. И опиралась на руку Миразана во всей полноте этого слова. Он — будто чувствовал — держался камнем.
Куда они сунулись?.. Зачем?.. Какой во всем этом смысл?..
Бесконечные светлые золотые залы… И наконец — вот он, тронный.
Король Даризан встречал их сидя, развалившись, но и так было заметно, что он высок. Подтянут. По-серому сед. Морщины были, но не портили. Гордая осанка, холодный взгляд.
Только такой сын и мог у него родиться. Тоже зеленоглазый, хотя в зелени королевских глаз плещутся не рыбки, а колючие льдинки. Если уж сравнивать.
— Принц Миразан.
Король процедил это и еще несколько непонятных для Исмеи слов, не сходя с трона.
— Придьется тибье перейтьи на топольскьий, коль хочьешь поговорьить с гостьей, отьец.
Мир держался подчеркнуто вежливо. Настолько подчеркнуто, что аж насмешливо, а в голосе его полно яда. Он нарывается?
— Маё почтеньие, — склонил голову король в ее сторону чересчур насмешливо, так и не шелохнувшись из своей расслабленной позы. А потом вдруг вернулся к мираханским гласным, и звучало это резко и грозно, и король даже выровнялся на троне.
Взорвался. Надо же — как быстро. Его так легко вывести из себя?.. Непобедимого безжалостного Даризана?..
Ис набрала было полные легкие, чтобы обозначить свои непререкаемые права, но Мир уже приказывал, не сводя кинжального взора с разъяренного отца.
— Урбонум, перьеводи. Или я нье буду йему отвьечать.
Старичок в белом замер, переводя перепуганный взгляд с короля на принца и обратно. Кого из них слушать?.. Он определенно не знал. И это тоже было странно.
— И нье надо! — громыхнул Даризан, стукнув кулаком по подлокотнику, уступая. — В другом мьесте отвьетишь!
То, как он сощурился, не предвещало ничего хорошего. Ни сыну, ни, вероятно, ей.
— Урбонум?
Мир лишь поднял бровь в сторону несчастного советника. Совершенно не тронутый мрачными перспективами «других мест». Гнул свою линию.
Смелый до безрассудства. И даже интриги у него… прямолинейные, что ли.
«Да, я хитрю и играю. Но попробуй пойми, в чем».
Непредсказуемый. Взрывоопасный. Буквально. Вместе со своим квиксилом и планом народного восстания. Она его не раскусила. Но смогла остановить. Королю Даризану не удалось ни того, ни другого. Причем, уже не впервые.
Ничего удивительного, что он бесится.
И так в этом похож и непохож на ее отца.
Исмея была вынуждена молчаливо ждать. Сейчас влезать нечего.
Король скрипел зубами, Мир плескал рыбками в неуместно веселых глазах, а советник сдался.
— Он… его величество спросил… «откуда привез девчонку на сей раз?»…
Голосок его, и так надтреснутый годами, дрожал.
«Девчонку»?!. Ладно свои «малышкой Ис» величают, но уж чужаки… Исмея сжала кулаки.
— Как вам, вашье импьерское вьеличество, такой прием? — провокационно обернулся к ней Мир. — Я говорьил вам.
Что за фарс. Даже для пера Тенора это дурновато. Покончить с этим быстро и эффективно.
Но Мир снова ей не позволил. Раскланялся как шут, продолжая провоцировать короля. Впрочем, тот уже взял себя в руки.
— Позвйоль прьедставьить, отьец — импьератрица Исмьея Басс. Ти вьедь и так знаешь — тибье не могльи не доложьить. Она отправльяется на свадьбу с Аяном Двьенадцатим, которая сосьтоицца в дьень солнцьестояния.
Вот обязательно про свадьбу было?.. Хотя эта информация… это дает ей статус и защиту. Одно дело — стереть с лица земли не то самозванку, не то монарха государства, существование которого тебе выгоднее отрицать. Другое дело — невеста могущественного союзника. И все же — не хотелось объявлять столь публично столь нежеланное и столь неочевидное. Будто было в том нечто унизительное.
Даризан заинтересованно наклонился вперед, на сей раз сводя кончики пальцев рук на уровне мощной груди:
— Ето тьак?
Ис преисполнилась достоинства, отвечала холодно и небрежно:
— Верно — Аян ко мне посватался, но я обещала дать ответ при личной встрече. А вот дороге оказалось, что на карте нашей общей земли существует королевство, о котором мой будущий муж не счел нужным сказать. И я теперь думаю.
— Ну, ми тожье о вас не слишали. Поймьите мойо недоверьие.
— О, ваше величество, насколько мне известно, ВЫ все же слышали. Из легенды про носителя вот этого герба. Мир, покажи ему. Хотя я, разумеется, понимаю и не осуждаю ваше недоверие.
Мир зыркнул недовольно — ах да, у вас вырвали нить разговора, простите уж, безумный принц — но молча вытащил из нагрудного кармана письмо и протянул королю. Ис тем временем подтащила кресло от стены на середину зала и села.
Чистой воды хамство — сесть без позволения местного государя — но она сама государыня. Ей нужно заявить о себе чем увереннее, тем лучше. Она не боится. Ни капельки.
— Это герб моего первого советника, знаете ли, — сделала она небрежный жест, сознательно игнорируя вновь взметнувшееся бешенство льдинок в глазах короля. Мир остался молча стоять. — По совместительству. Говорят, у вас очень много чего слышали об этом его предке. У нас он тоже таких дел натворил, что… И предок, и потомок… — Исмея играла расслабленную леность и уверенность. И почти верила в одно и другое. Если король не верит в себя, то кто станет верить в него?.. — Правда вы, кажется… не хотели слышать? Или предпочитали не верить в сплетни и слухи? И ограждали народ он опасных веяний легенд? Как же я вас понимаю! Мои тоже вечно что-то да учудят… И ведь сражаться за это готовы, дворцы равнять с землей!
В холодной зелени глаз Даризана зажглась искра интереса. Да, монарх, нам выгоднее играть на одной стороне, и хорошо, если ты тоже это почувствуешь.
— Только вот что за ирония судьбы — когда легенды оказываются правдой! — Ис даже всплеснула руками, почти совершенно не играя. — И прав оказывается народ, а не монарх… Тяжелый удар — солидарна с вами. Игнорировать его невозможно. Проявить слабость и признать?.. Или обернуть все себе на пользу?.. Открывается такой веер вариантов… — Повела глазами, небрежно взмахивая пятерней. — Надеюсь… я не найду у вас дурного приема от того, что одно мое существование поставило под удар вашу гордость монарха? И мы сумеем извлечь взаимную выгоду из досадного недоразумения?
Это была искусная ловушка. Вилка. В которой ему придется выбрать одно из двух и забыть о возможности третьего.
Даризан посмотрел на гостью задумчиво, снова пробежал глазами письмо, потом, будто что-то решил, изысканно и тепло заулыбался — принял навязанную игру:
— Ну, что ви, вашье импьерское вельичество! Право, ето такая неожьиданность…