Кейт Андерсенн – Исмея. Все могут короли (страница 35)

Ну да, конечно. Того, другого мира. А еще «учьеный» и атаман горных разбойников. Беглецов с каторги, осужденных, мятежников, поддерживающих недавнее движение Странника.

— Сначала говорить по-человечески научись.

Она тоже отвернулась. К стене. Вот, довел… Ведет себя, как девчонка. Но что это… дирижабль, который… «льетает, Исмьея».

И она летает. Ведь правда… зависли над землей. Что за магия такая… И как она верила, что… всесильна.

Что никогда не посадит кого-то иного на трон. И тем более — Странника! Любовное письмо жене которого спасет ей жизнь…

Тьфу.

Тиль тогда сказала: «я знаю, что ничего не знаю» — вот чему научил меня маяк на краю света». Вот оно… как.

Но как императрица может признать, что ничего не знает?!. Это немыслимо! Это… «учьёным» можно, не монархам!

Монархи должны просто лучиться уверенностью. Даже когда совершенно нетвердо стоят на ногах.

И… «другой мир»… Тот, в который ушли Аврора и Фаррел?..

Или он не говорил о «другом»?.. Ну, почему, почему в голове такая путаница?.. Опираясь о подлокотники, Ис упрямо встала обратно, сделала шаг, припадая к подоконнику прямо перед носом Мира. И снова зависла над лесом. Быть не может.

Самые высокие ели — ниже… А горы — вровень… Безуспешно поискала глазами дыру пещеры на какой-нибудь из скал. Что теперь?.. Пролетевшая прямо перед носом черная ворона заставила отшатнуться.

И в который раз ухватиться неподвижного, как статуя, грубияна Мира, «сына короля».

В Стольном она бы отправила его на площадь Увядших Роз или в лечебницу Квиллы Мель. А здесь… дрожит.

Как мир — там, за окном… Точнее, ТОТ мир дрожит: ЭТОТ Мир тверд, как скала, разумеется.

Чтоб его!

— Знаешь, Исмьея — ты ведешь себя не как императрьица.

Упс. Оказалось, он своими зелеными плошками на нее пялится. Снисходительно так. Как сын короля.

И видит все ее замешательство и бешенство насквозь.

— А ты — не как сын короля, — совершенно последовательно, но неискренне отбрила Ис и осталась собой довольна. — И что дальше, Мир?

— В смислье? Ти говорьила, за тобой придьет… как его… — Мир щелкнул пальцами.

— Барти.

— Бартьи.

— И тебя на корпию порвет, — подтвердила Ис.

Ведь Тиль расскажут все деревья… Даже если трус Таурон так и прячется в лесу… А Барти не оставит в беде, даже если во всем остальном он — дурачина. Просто не его стиль.

Что оставалось делать? Ис прочертила линию гор на стекле пальцем.

— Ти правда из Стольного? Императрьица?

Ис с удивлением воззрилась на своего собеседника. Но он вполне серьезно ждал ответа. С каким-то… мальчишеским восторгом и недоверием, которые скрывал за идеальной придворной миной вежливости и превосходства.

Но она ведь всю жизнь училась различать эти оттенки.

Если бы не они — поддалась бы ощущению, будто Мир — умалишенный. Временно. Вроде Таурона.

Или с рождения.

Но… так ли это? Она попробует еще раз. Вода камень точит.

— Да, как я уже говорила. И еду к Аяну. А ты меня задерживаешь — как думаешь, Мир, сын короля, как это понравится королю Аяну?.. Кстати, не его ли ты сын?

И внутри все оборвалось. А что, если у Аяна Двенадцатого и правда взрослые дети?.. И сам он — дряхлый старик?.. Решивший… тряхнуть этой сединой на старости лет и жениться на «малышке» императрице?..

Фу.

Мир рассмеялся обидно и насмешливо. Ис надула губу и перестала за него держаться. Топнула ножкой, придерживаясь за оконную раму:

— Отведи меня обратно к пещере!

— Ти же хотьела льекарство.

Лекарство?.. Все же, версия умалишенного звучит куда правдоподобнее.

Но Ис снова взяла волю в кулак.

— Все равно у тебя его нет, судя по всему. Боль никуда не ушла.

— В Мирахане говорьят: льекарство — спать.

Исмея даже фыркнула. Ничего глупее придумать было нельзя. Вернее, конечно, можно, но… Но что такое… Мирахан?..

И «багрьянец», которого не найти в Мерчевиле. И дирижабль, парящий над лесом.

А топольского друида поймать он не смог.

— То есть… королевство за горами… тот мир… откуда ты пришел… — осторожно подбирая слова, уточнила пораженная Ис, — называется Мирахан?..

Мир с достоинством кивнул.

Съесть ей бальную туфлю… Мир и вправду гораздо больше, чем казалось… Тьфу, не это Мир, хотя этот — тоже немаленький! Она ему только до плеча и…

— А твое корольевство?

Вот что за дурень. Очередной дурень на ее голову.

— У меня империя — я уже говорила, — терпеливо разъяснила Ис. — Стольный город, где я живу, находится в Вестланде, это на запад отсюда. И я еду к Аяну…

— Чтоби не вьиходить за ньего замуж.

— Нет, чтобы… Но постой: раз так — ты-то сюда как попал? Ведь без подземных лабиринтов… Это невозможно?

По крайней мере, так утверждал посол Черного Тополя Дарек Оак. Топольцы надули Империю?..

— И разбойники, кстати? Они как попали сюда? И почему ты их атаман, если ты из этого… как ты говоришь…

— Мирахана.

— Да, Мирахана? И откуда знаешь наш язык — ведь он явно тебе не родной?

Или это Мирахан надул Тополь?..

Мир усмехнулся.

— Очьень много вопьросов, Исмьея. Смотрьи.

В пейзаже окна на снегу случились какие-то лишние точки. Они хаотично двигались, росли. Пока не стали походить… на людей! Исмея так и сцепила пальцы в немой замок, Мир тоже не сводил с увеличивающихся силуэтов пристального взгляда. Но не напряженного. Точнее… напряжение в его глазах застыло, но с людьми внизу вовсе не было связано.

Будто он принимал какое-то другое решение, а наблюдая… лишь забавлялся.

Какой он странный, опасный, непредсказуемый. И на сумасшедшего не похож. Или похож?..

— Барти! — радостно взвизгнула Ис, тыкая пальцем.

Да, было видно явно: это ее дознаватель! Кто бы сомневался? Да и кому тут еще бегать, в этих забытых Видящим горах?..