Кейт Андерсенн – Исмея. Все могут короли (страница 26)
Ро всплеснула руками.
— Мой, конечно! Но есть разные страны… Сам поучишь потом. Сейчас не буду тебя грузить.
— Расскажешь мне вечером.
Опять двадцать пять!
— Не буду ничего рассказывать. Лежи и лечись! Мышечную дистрофию лечить дорого, тебе повезло, что Звездочет нашел какого-то энтузиаста, вот этого самого Лаусса… Другие выбросили бы на улицу. И что Тильдин дядя вообще тебе помогает, тоже чудо — ты ведь его на площадь Роз бы отправил. Без заступничества Костика бы ничего не вышло.
— Тоже мне, заступник… Выпью зелья и все пройдет.
— Здесь тебе не Объединенные Королевства! И зелий у нас нет. Выгоришь, и останется написать на твоей могиле: «он дошел» и рыдать. Так что не смей!
Ро погрозила кулаком в камеру.
— К тому же, с документами в нашем мире все серьезно, это не на корабль сел и поплыл. Как я — видишь? Меня теперь постоянно проверяют, никуда ли я не сбежала, просто потому, что я была в чужой стране дольше положенного, — добавила торопливо: — но это не тюрьма, не переживай, и спасать меня не надо. Без паспорта, который у Эйдана, тебе тоже никуда нельзя, а то будет плохо, — Ро правда боялась, что он сейчас встанет и пойдет пешком. Через Альпы. Ведь Фарр может! И она взмолилась: — Ты же любишь правила! У нас совсем другие порядки, и мы можем к ним приспособиться. Успеем увидеться, как только доктор разрешит. Или меня пустят в Шенген. А пока — вот, есть видеосвязь.
Фарр слабо откинулся на подушку, но упрямо продолжал сжимать телефон, экран дергался все сильней в его уставших пальцах. Пора заканчивать… А как же не хочется…
— Ты правда будешь рыдать? — пробормотал он.
Аврора фыркнула. От Кастеллета прохиндейству научился. А еще ворчит на беднягу-официанта.
— Нет. Ведь ты будешь послушно лечиться и изучать мой мир.
Фарр цокнул языком и покачал головой. Он понимал, что она права, удерживая его в постели, но и смириться с этим было тяжело. С тем, что сейчас его удел — постель.
— Аврора Бореалис… воспитывали тебя мало. Вот приеду…
— Воспитывают меня папа с мамой, много и до сих пор. Не переживай — приедешь, и тебя будут.
— Твои… родители?!
Он как-то упустил тот момент, что у Авроры Бореалис в ее мире есть родители, и теперь им придется представляться. Доказывать, что он достоин их дочери, а ведь они о нем ничего не знают! И если этот их мир полон такого количества странных слов и предметов… и он теперь — больной беженец, который едва в состоянии встать с кресла на колесах…
Фаррел потер дрожащей рукой лоб. Несмотря на странную комнату с прохладным ветром из ящика над дверью, ему было жарко. И руки снова дрожали. Из телефона, который выпал из пальцев на одеяло, раздался ее голос:
— Ну… мы ведь семья… Да?
Фарр подгреб блестящую коробочку обратно, развернул ее лицом к себе. Аврора явно ждала ответа и нервно покусывала нижнюю губу.
— Ты передумал брать меня замуж?..
Он дернул носом: чесался, но тронуть его рукой было невозможно, вдруг снова волшебная коробочка-телефон в пальцах не удержится.
Она такая скользкая. Вопрос звучал странно — раз она ему не снилась, то и бракосочетание на «Искателе» — тоже?..
— Так ведь как бы… взял уже. Или нет?
Он всерьез побоялся, что повредился головой кроме ног и рук. И если… Но Ро его успокоила:
— Они же этого пока не знают, да и местным законом этого никто не регистрировал. Для всех я была на Лампедузе. Про другой мир, знаешь… немного странно объяснять. Даже родителям. Жалко их, подумают ведь, что я совсем… того. Все же, я им дочка. Еще надо придумать, что скажем.
Фарр кивнул, но уже совсем вяло. Это не должно быть трудно… Он возьмется и сделает. Как всегда. Только… завтра.
Аврора спохватилась.
— Знаешь, мне уже пора… — не переживет ведь, если скажет, что на покойника похож. — Давай так: ты можешь звонить мне в любое время, я никуда не денусь.
— Ты не исчезнешь? Честно? — вырвалось у него.
Куда там! Теперь уже ни один из них. Потому что… он взял ее замуж на палубе «Искателя Зари» где-то в Белом Шепоте. И как это объяснить папе с мамой, знакомым?..
И где жить? И как жить?.. И что дальше?..
Они точно придумают. Предотвратили развал империи и не сгинула на краю света, так неужто теперь оплошают?..
— Не исчезну, — во все тридцать два улыбнулась Аврора. — Пока у нас есть вот эта штука… — она шутливо щелкнула по корпусу мобильного, — это в принципе сложно. Тут и звонить можно, и следить… Я тебе отправлю свою локализацию. И ты нажми «отправить в ответ». Но даже если бы в мире не было телефонов. Я не отпущу тебя, Фарр — я говорила. Пока живу.
— Ты говорила не так. «Умрешь ты, умру и я».
Педантом был, педантом и остался.
— Но мы ведь не будем умирать, правда?
— Правда… Но я уже выгляжу… будто мертв.
У Авроры сжалось сердце. Но ответила она бодро:
— Ничего не мертв. Сейчас поспи. Потом прими душ. С каким-нибудь душистым шампунем. Чистые волосы — половина успеха. И тренировка. Слушайся мсье Лаусса и наслаждайся покоем. Учти — я позвоню и проверю! Ты нажмешь зеленую кнопку и…
— Хорошо.
Так просто. И так устало.
Аврора коснулась губ пальцами и сделала ими жест в камеру.
— Целую.
Отключилась первой. И пошла в тень парка. Кружиться от счастья.
видеоистория к спешлу на тг канале ❤️
Глава 9. О пещере в сердце гор, допросе госпожи Мель и народных героях
Барти оказался хорошим товарищем. Как любому буканбуржцу, ему и прежде был чужд официоз, и он умудрялся при этом и сохранять дистанцию, и подтрунивать над ней, но теперь, поработав под его началом, Ис оценила своего дознавателя. Да, загадки и интриги — не по его части, зато бесхитростная преданность и открытая мужественность, дружеское плечо, знание механики…
Она впервые не сравнила его с Фаррелом, и тоска по другу детства не впилась тупой болью в грудь. Просто было легко и уютно, как-то… правильно. Это было совершенно новое чувство, и Ис… понравилось.
— Ну, — Барти протянул ей обрывок тряпицы обтереть лицо и руки, сам взял себе такой же, — вот и готово. Можем ехать.
Он уже смирился с фактом, что императрица не передумает.
Ее прошила легкая дрожь непонятного свойства, когда его пальцы соприкоснулись с ее. А он… будто и не заметил ничего особенного. Знай, вытирает ладони и оценивает стену управления, морща грязный лоб так сосредоточенно, будто судьбу империи решает.
Друид так и не очнулся, но вот Ниргаве с самым умным видом подошла к стене шестеренок. Барти она стойко не нравилась, и, кажется, это было взаимно.
Проверила что-то, покрутила… Блэквинг хотел было ей запретить, но Ис удержала его за плечо.
— Нет, пусть… она обещала помогать.
— А если она обманула? Друиды — скользкие, Ис.
Покровительственный тон?!.
— А Я ей верю, — тут же нахмурилась Исмея и сложила руки на груди с видом начальника.
Ей совсем не к месту захотелось вывести Барти из себя. А чего это он раскомандовался?!. Но Блэквинг-младший лишь махнул рукой и пошел собирать кристаллы Квиллы, разбросанные по земляному полу. Заряжать станцию.
Негодяй! Ис показалось, что у нее запылали щеки. Но по привычке императрица взяла себя в руки, направилась к сумке, отыскала зеркало и принялась стирать черные пятна смазки с лица. Зато терла со всей силой, на какую была способна.
Ниргаве что-то переключила на стене и, когда Блэквинг подошел, выбрала из его горсти две ларипетры и три мигмара.
— Этого хватит, — расщедрилась и ответила на его немой вопрос. — Можно садиться.
— Но… — начал было Барти.