Кейт Андерсенн – Исмея. Все могут короли (страница 106)
— Ужье запьисал в кальендарь. Мьежду посьещьением Тангари и откритием тоннелья Бассов. Подойдьет?
Он еще спрашивает. Да какие календари, хоть здесь и сейчас. Тем не менее — Исмея чинно сложила руки на груди и поинтересовалась:
— А согласием моего отца заручиться не забыл?
Чисто из вредности.
Фрида Блэк волновалась. Она первый раз была на балу. Не как девушка, что танцует в фонтане, не как пробравшийся тайком репортер «Вестника», а как… почти как придворная дама. Гувернантка принцессы Иери Раг-Астельмар. Которая снова куда-то запропастилась, стоило взяться за овощную тарталетку с «мазилкой»!
Кружат сплетни, будто это сама императрица готовила. И что она не раскрывает секрет рецепта никому, даже дворцовому повару. Фрида как раз пыталась распробовать вкус до мелочей, чтобы решить, стоит ли посвящать этому статью и — на тебе, опять двадцать пять.
Это тебе не за новорожденным сыном Теноров присматривать… Фрида угрюмо побрела вдоль столов с угощениями, заглядывая под скатерти. Наверняка своенравная девчонка забралась под стол, куда протащила Лиона Эскада.
Пару лет назад она тоже бы попыталась протащить Бимсу. Друг уже сто раз обзавидовался, что она во дворце Чудесного Источника в длинном взрослом платье, и что он ее такой не увидит. В последнее время его взгляды иногда становятся неожиданно тоскливыми, как у подколодки после дождя. Это напрягает, так что даже хорошо.
Фрида передернула плечами и, не обнаружив никого под этим столом, отправилась к следующему.
— Опять сестрицу потеряла, эрлита Блэк?
Льериель. Фрида сжала кулаки. Заносчивая принцесска из-за гор. Ее брат-король мог все их семейство отправить в полную опалу, а отправил… в Империю. Ей в печенки.
Обернулась. Медленно. Льериель стояла под ручку с кавалером. Судя по выправке и минимуму финтифлюшек — буканбуржцу. А тут на праздник Благодарения в Стольный кого только не понаехало.
— Ого! — удивился спутник Льериель, заметив ее руку. — Так ты с Гудру?
Фрида досадливо одернула рукав, но заслонял татуировку он только до локтя. Просила ведь главную фрейлину — выдавайте мне платья с рукавами, гудруитянские узоры привлекают ненужное внимание. И фрейлина Тия бы и рада, да вот императрица приказала не прятать. Толерантность, чтоб ее. Если бы народ таким и был. А ведь лезут.
— Позволь представить тебе, Годфри, — пропела зануда Льериель, — Фрида Блэк, дочка матроса и шаманки с острова Гудру. Двор называет ее эрлитой авансом, все же — она присматривает за моей сестренкой.
«Сестренкой»! Надо было видеть, каким восторгом полыхнули глаза Годфри от показной нежности в ее голосе, если вообще было возможно еще больше восторгаться. Бедняга пират был счастлив вообще гулять под ручку с принцессой, и ни разу ему это не светило прежде, а тут еще такая милая девушка.
Эта милая девушка раз выдрала клок волос своей сестренке, когда обе взбесились из-за чего-то своего дикого мираханского и полезли в драку не хуже островитян. Иери объяснять гувернантке причину не захотела и мариновалась в углу кушетки два дня. Лион тогда уломал Фриду слазить в пустующие временно покои тайной канцелярии и тем принцессу и вернули к прежней жизнерадостности. Императрица вроде про шалость не прознала, а они обнаружили обезвреженные ловушки прежнего дознавателя и тайный ход — весело ведь!.. Теперь детки уговаривают ее исследовать, куда он ведет.
Фрида вскинула голову, одергивая желание броситься в драку. Ей уже шестнадцать, она дама двора и подает пример принцессе, что, возможно, из-под скатерти наблюдает сейчас.
— Ваше высочество, — изобразила она небрежный книксен, — господин Годфри… Как вам понравилась опера вчера?
Задавака Льериель тут же спала с лица. Фрида торжествующе подняла один лишь уголок губ.
— Я был впервые, — не понял ничего простофиля Годфри, — не думал, что песнями можно истории рассказывать. Но драконов в Зеркальном море я непременно посмотрю. Вы их видели, ваше высочество?
— Каждый вечер они приплывали под окна моей спальни, — буркнула Льериель, отворачиваясь.
Фрида знала — ее отец был тираном и погиб в ту ночь Алых Рубах случайно, но все же — он был ее отцом. У нее тоже была… есть мать. Которая поила ее желтым туманом, чтоб внушить свое… Фрида мотнула головой — она не любила вспоминать, хоть и знала, что просто трусливо сбежала, и однажды придется встретить боль лицом к лицу, просто… не сейчас.
— Мне жаль, Льериель, — тем не менее, в искреннем порыве коснулась она руки принцессы, позабыв про место и время и титулы. — Прости меня.
Глаза принцессы вспыхнули, когда она взметнула взгляд на гувернантку сестры. Что за фамильярность, что за сочувствие, что за… все считали ее неправой в этой скорби, а он был… отцом, что ее любил. Правда. Она ведь чувствовала… Губы ее дрогнули, а рука отпустила локоть Годфри.
Буканбуржец вдруг вытянулся по струнке:
— Командор Блэквинг!
Дознаватель… По полуобнаженной спине пробежались мурашки, хотя Фрида и знала, что Бартоломью Блэквинг куда мягче своего предшественника Фаррела Вайда, да и вообще он последние четыре месяца выполняет службу в районе добычи ларипетры в горах.
А все же — вдруг прознал про их вылазку в тайную канцелярию?..
Иери. А если они решили под шумок бала пройтись по тайному ходу?! Это ведь идеальный момент, никто туда и не заглянет…
— Ваше высочества, Фрида…
Голосок Коры Мельверн. Девушки из лесов Мирахана, фрейлины, горячо влюбленной в дознавателя, который честно не знает, что с ней делать. Однажды он обнаружит, что они женаты, и, может, тогда дойдет.
Фрида едва не хихикнула, оборачиваясь и снова делая книксен. Кора ей поможет. Коре она нравится. И Кора с первого дня встает на ее сторону, когда фрейлины или принцесса пытаются унижать Фриду.
А еще у Коры Мельварн волосы такого похожего на ее медный цвета. Ей плевать, что двор смеется над ее происхождением, потому как ей благоволит сама императрица. И она позволяет себе даже обращаться к Исмее Басс на «ты».
— Эрлита Мельварн, — поприветствовала ее Фрида.
Дознавателю, если что, она тоже Фриду в обиду не даст… Дознаватель взирал на них всех безмятежно и с доброй улыбкой. А на Кору — с обожаемым неверием.
Почему-то платья и прически заставляют мужчин смотреть так. Что Бимсу, что Годфри, что сам Бартоломью Блэквинг. Даже король Раг-Астельмар так смотрит на императрицу.
Хотя она всегда элегантна и неповторимо прекрасна. Король Мирахана приехал с помпой на день Благодарения, чтобы к ней посвататься официально. Прямо на площади Увядших Роз после ее речи.
Руки чешутся написать заметку в завтрашнюю газету, и это все же важнее рецепта мазилки, а тут бал и еще побег принцессы. Снова придется сидеть до рассвета и пить цитрусовое, и оправдываться за круги под глазами, как говорит дядя ШурИк — «седьмой и восьмой по Данте». Он так и остался дядей, пусть и работодатель. Слишком у нее много работ…, но ведь все так интересно!
В том числе — куда ведет потайной ход из башни канцелярии. И точно ли Иери с Лионом не прячутся под тем последним столом.
Точно нет. Она на из месте уже давно бы или лезла в дыру в книжном шкафу башни Вайда, или активировала его обезвреженные ловушки.
— Ваше превосходительство… — все не мог прийти в себя от счастья ухажер Льериель, — говорить с вами — это настоящая честь для меня!
— Годфри, — рассмеялся командор Блэквинг, — я пока лишь дознаватель, не «превосходительство».
— Но о вашей доблести и службе Империи ходит столько легенд! — возразил Годфри.
— Сегодня императрица награждает командора медалью за доблесть, — довольно сообщила Кора.
И взглядом словно спросила Фриду: «ты в порядке? не обижают?». И Фрида рассеянно улыбнулась в ответ. Детям было просто, но как улизнуть в башню ей?..
Сбоку вмешался тихий голос:
— Ваша история достойна сюжета следующей премьеры, командор.
Принц Флик, брат Льериель. Он умел улыбаться открыто, хотя и был жутко бледен. Упрашивал не отправлять его в лечебницу, пока не закончится праздник. Еще фейерверк и представление в фонтане в полночь…
Подколодка ее укуси, а ведь едва не забыла — танец!
— Ваше вы…
— Король Черного Тополя, его величество Аян Двенадцатый! — тем временем, прервал все разговоры и приветствия в Первой бальной зале распорядитель бала, советник Тиа.
Никто не ожидал такого поворота. Король Черного Тополя?!
— Король Аян?! — почти с отвращением воскликнула Кора Мельварн.
Фрида вытянула шею, как и Флик Раг-Астельмар, как и Годфри Пока-Бесфамильный, как и сама принцесса Льериель и весь зал едва ли не поголовно.
— Никогда его не видела… — пробормотала принцесса.
Высокая фигура, рыжеватые волосы, не такие медные, как ее или Коры, скорее — как красное дерево, накидка… Эх, это сенсация…
Но и отличный момент сбежать в башню. Только бы успеть до полночи…
— Как он посмел… — шипела Кора, но командор Блэквинг одернул спутницу и потянул к трону: туда, куда направлялся легендарный король Тополя.
И Фрида скользнула бочком прочь. По дороге заглянула под последнюю скатерть, чисто для галочки, и — уже опуская угол, чтобы бежать дальше… не поверила своим глазам.
Снова подняла край.
Иери и Лион спешно ползли на четвереньках прочь.
— Ах вы!!!
В сердцах гувернантка с острова Гудру так и полезла под стол за улепетывающими детьми. Она едва онемение крови не схватила, как отец от укуса сирены! А эти сорванцы легендарную имперскую мазилку жрут!