Кейси Уэст – Возможно, на этот раз (страница 46)
– Твой отец что, собирается что-то жарить сегодня? – не веря своим глазам, спросила я.
– Кажется, мистер Уильямс готовил свои знаменитые сырные шарики. И хочет научить моего отца.
Я приподняла брови.
– Серьезно?
– Случались вещи и постраннее.
– Что ж, ты просто обязан их попробовать, – заявила я. – Они просто невероятно вкусные.
Мика подошла к нам; на ней были ковбойские сапоги точь-в-точь как у Эндрю. Она положила руку ему на плечо и спросила:
– Ну что, друзья, о чем судачим?
– О сырных шариках, – ответила я.
– У моего папы они самые лучшие, – сказала Мика.
– Мне уже об этом сообщили, – ответил Эндрю.
Я огляделась, окидывая взором просторы, расстилающиеся вокруг.
– Потом надо обязательно сходить вместе в лабиринт.
Мика посмотрела в сторону входа в лабиринт, видневшегося вдалеке.
– Надеюсь, я найду время. Сегодня у меня больше работы, чем у тебя.
– Это факт, – сказала я.
Она потрепала Эндрю по щеке.
– А Эндрю предстоит сделать много фотографий. – Она оглянулась через плечо. – Пойду-ка я. Папе нужна помощь.
– Увидимся позже, – сказала я.
Она вернулась в палатку к папе и Джетту и начала распаковывать огромные мешки сухарей.
– У вас как, все нормально? – спросил Эндрю, застав меня врасплох.
– Да… разве нет? – Я повернулась к нему. – Она что, сказала тебе что-то?
– Нет, не сказала. Просто на том вечере у вас…
– Ах да. – Я все время забывала, что он стал свидетелем нашей размолвки. – Мы уже помирились.
– Здорово.
– Юху-у-у! – раздался вдруг возглас за моей спиной. – Софи!
Я сделала глубокий вдох и обернулась. Мама шла нам навстречу и махала мне издалека. Ганнар ускорил шаг и побежал к нам, остановившись, только когда сделал пару кругов почета вокруг нас с Эндрю.
– Привет всем, – сказал он. – Мамуля сказала, что сегодня мне можно сделать только четыре вещи, поэтому я собираюсь половить яблоки, поучаствовать в конкурсе на съедение пирога, в перетягивании каната и, конечно, сходить в лабиринт. Мамуля сказала, что раз мне уже одиннадцать, в этом году я могу пойти туда один.
Лабиринт был просто огромным – акров пять земли, не меньше.
– Ты так сказала? – спросила я, когда мама подошла ближе.
– Что я сказала? – спросила она, по очереди приподнимая ноги, чтобы стряхнуть грязь с каблуков. Я не понимала, зачем она решила надеть каблуки на осенний фестиваль. Раньше она так никогда не делала.
– Ты сказала, что Ганнар может пройти лабиринт один.
– Ему одиннадцать, – ответила мама. – Конечно, он уже справится один.
– Рекомендуемый возраст для одиночного прохождения – четырнадцать лет.
– Рекомендуемый возраст? – Мама высунула язык. – С каких это пор? Сейчас все так боятся нести ответственность, что пишут везде какую-то ерунду. Он разберется.
Я поняла, что маме – во всем ее каблучном блеске – в этом году просто не хотелось гулять по пятиакровому лабиринту вместе с Ганнаром.
– Я пойду с ним, – сказала я.
– Да, ты можешь пойти со мной, – подтвердил Ганнар. Значит, мама поставила ему ультиматум: если ему хотелось пойти в лабиринт в этом году, он должен был идти один.
– Нельзя все время нянчиться с ним, – заявила мама.
– Я и сама собиралась туда пойти, – ответила я.
– А ты тоже с нами пойдешь? – спросил Ганнар Эндрю.
– Разумеется, – ответил тот.
– Ура! – От восторга Ганнар несколько раз подпрыгнул на месте.
– Ты не обязан, – сказала я Эндрю. Я вспомнила слова Мики о том, что ему нужно делать фотографии.
– Я хочу.
– Софи, – перебила нас мама. – У меня новости.
Я снова повернулась к ней.
– Окей… какие?
Она расправила плечи и вытащила из заднего кармана джинсов конверт с порванным краем.
– Ты получила стипендию!
Я моргнула, ничего не понимая.
– Что? Какую стипендию?
– Мистера Вашингтона. – Она всучила мне конверт.
Я все еще ничего не понимала.
– Но я не подавала заявку
– Это я подала! – сообщила мама, улыбаясь во весь рот. – Поздравляю!
– Но… но я не хочу учиться в Алабаме. – Я таращилась на конверт во все глаза. – Эта стипендия действует только в вузах Алабамы.
Мама раздраженно вздохнула.
– Теперь у тебя есть варианты. – Она ткнула пальцем в сторону палатки мистера Уильямса. – О, там Мика! Пойду поздороваюсь.
Я проводила ее взглядом, потом снова посмотрела на конверт, адресованный мне, но уже открытый. В груди у меня стало тесно.
– Мне нужно принести еще пять букетов, – быстро сказала я. – Увидимся позже.
Он кивнул, вытащил телефон и присоединился к быстро прибывающей толпе.
Когда я вернулась к цветочному фургону, пытаясь проглотить разочарование, меня уже ждала Кэролайн.
– Ты отлично справилась, – сказала она, указывая на букеты, с которыми возилась. – Я рада, что мы реализовали твою идею.
Я улыбнулась, на мгновение забыв про маму и стипендию. На этом мероприятии я впервые подала голос. Впервые предложила свою идею перед мероприятием. Полевые цветы.