Кэйго Хигасино – Детектив Галилей (страница 36)

— Хорошо.

Юкава поднялся со стула и вскинул подбородок, приглашая Кусанаги подойти.

На столе стояла жестянка из-под леденцов, наполненная водой.

Юкава взял с другого стола кулёк из промасленной бумаги и вынул из него нечто, словно присыпанное белым порошком.

— Отойди немного.

Кусанаги послушно отступил на несколько шагов назад.

Юкава приблизился к банке и быстрым движением бросил туда белый предмет. Затем быстро отошёл от стола.

Реакция была мгновенной. Из банки взвилось пламя, та с грохотом подскочила. Вода брызнула во все стороны. Некоторые капли долетели даже до Кусанаги.

— Вот это да! — воскликнул Кусанаги, доставая платок.

— Потрясающая мощь. И так мало надо.

— Что это?

— Натрий, — сказал Юкава. — Причина взрыва на пляже.

— Мацуда сказал мне, но, честно говоря, как-то не верилось, — Кусанаги опасливо заглянул в банку, буря в ней уже улеглась. — Не думал, что всё так просто. Конечно, я много раз слышал слово «натрий», но что это такое — толком не знаю. Впрочем, про гидроксид натрия или хлорид натрия мне кое-что известно.

— Натрий — это металл. Но в естественных условиях он не может сохраняться в чистом виде. Как ты только что упомянул, он существует в качестве каких-то химических соединений. Даже если взять тот натрий, который я только что бросил в воду, то его поверхность, соприкоснувшись с воздухом, мгновенно окислилась.

— И этот металл может взрываться?

— Взрывается не сам натрий. Как я уже сказал, натрий легко вступает в химическую реакцию. В частности, вступая в реакцию с водой, он, выделяя тепло, превращается в гидроксид натрия и одновременно образует водород. Этот водород, смешиваясь с воздухом, и производит взрыв.

— Вместо спичек и взрывчатки — вода и натрий, так, что ли?

— После реакции остаётся только гидроксид натрия. Но он легко растворяется в воде. Ничего удивительного, что в море не нашли никаких следов взрывчатого вещества.

— Однако, судя по эксперименту, который ты только что провёл, едва попав в воду, натрий мгновенно взрывается. Как же в таком случае преступник, Фудзикава, успел отплыть?

— Хороший вопрос. Устраивая взрыв с помощью натрия, можно использовать одну хитрость, чтобы немного отсрочить его, — установить некий таймер, который к тому же не оставляет следов.

— Каким образом?

— Существует способ покрыть металлический натрий слоем карбида натрия в качестве защитной оболочки. Однако карбид натрия тоже легко растворяется в воде.

— И что тогда происходит?

— При попадании в воду карбид натрия не даёт воде и натрию соприкоснуться, поэтому реакция не происходит. Но через какое-то время углерод натрия растворяется. Находящийся под ним натрий соприкасается с водой, и тогда…

— Бабах! — Кусанаги взмахнул руками, изображая взрыв.

— Фудзикава принёс на пляж подготовленный таким образом натрий и подплыл к Рёко Умэдзато. Затем опустил его в воду поблизости от неё. Или же, поскольку, как я слышал, она плавала на надувном матрасе, каким-то образом прикрепил натрий к матрасу.

Кусанаги понимающе кивнул. Теперь даже для него, полного профана в физике, всё прояснилось. Впрочем, поскольку преступник был мёртв, убедиться, что всё было именно так, как сказал Юкава, уже не представлялось возможным.

— По словам Мацуды, натрий был украден в середине августа, как раз тогда заходил Фудзикава, — сказал Кусанаги, вновь присаживаясь.

Мацуда проводил исследования теплообменных систем с помощью жидкого натрия. Для Фудзикавы, когда-то занимавшегося в той же лаборатории, украсть натрий не составляло труда.

— Интересно, о чём они тогда говорили — Мацуда и Фудзикава? — пробормотал Юкава, присев на край стола.

— По словам Мацуды, Фудзикава жаловался на свою судьбу. Мол, всё в его жизни происходит против его желания — и то, что он в студенческие годы попал в лабораторию профессора Ёкомори, и то, что помогал Мацуде в его исследованиях, и то, что поступил в компанию «Нисина инжиниринг». Последней каплей стало то, что в фирме его перевели на работу, которая его абсолютно не интересовала.

Юкава покачал головой:

— Как глубоко уходят корни…

— Глубоко. Сказать по правде, я ещё не всё до конца ухватил, — признался Кусанаги и раскрыл блокнот. Он хотел посоветоваться с Юкавой не только по поводу натрия, но и об обстоятельствах убийства.

По рассказу Мацуды, Фудзикава мечтал поступить в лабораторию профессора Кисимы. Однако его желанию не суждено было сбыться из-за того, что у него не оказалось необходимого для этого балла, а именно — он не прослушал спецкурс профессора Кисимы.

— Причина была весьма тривиальной: он забыл записаться в учебной части. А когда спохватился, было уже поздно, срок подачи заявлений истёк. Фудзикава поспешил в учебную часть, чтобы исправить свою оплошность, но…

— Ему не позволили, — прервал Юкава. — Мне жаловались студенты, что наша учебная часть в этом отношении необычайно сурова. Я и сам в своё время имел с этим проблемы.

— А отказала ему не кто иная, как Рёко Умэдзато.

— Понятно, — сказал Юкава.

— Тогда Фудзикава обратился с просьбой непосредственно к профессору Кисиме. Если бы профессор согласился, задним числом его могли бы включить в группу.

— И что профессор?

— Отказал, — сказал Кусанаги. — По какой причине — этого Мацуда не знает.

Юкава слегка склонил голову набок.

— Мне кажется, я знаю причину.

— И какова же она?

— Об этом после. Так как же поступил Фудзикава?

— А что он мог сделать? Он пропустил важнейший лекционный курс. В результате не смог, как мечтал, попасть в лабораторию профессора Кисимы. Волей-неволей пришлось идти к профессору Ёкомори.

— В итоге против желания учился, против желания поступил на фирму, против желания выполнял работу… И всё, получается, из-за этих двух…

— Да. Из-за Рёко Умэдзато и профессора Кисимы, — Кусанаги почесал голову. — Но из-за этого — убивать? Мацуда считает, что у него начался своего рода невроз.

— Это сказал Мацуда? — Юкава широко раскрыл глаза. — Что у Фудзикавы был невроз?

— Да.

Юкава поднял глаза к потолку. Судя по выражению лица, что-то обдумывая.

— Что с тобой?

— Нет, ничего, — Юкава потряс головой. — А что он говорит об убийстве Фудзикавы?

— По словам Мацуды, когда он узнал про то, что произошло на пляже, он по характеру взрыва и по имени жертвы догадался, что преступник не кто иной, как Фудзикава. Он тщательно осмотрел лабораторию и обнаружил, что количество натрия уменьшилось.

Мацуда тотчас отправился на квартиру Фудзикавы. Хотел убедиться в своей правоте.

Фудзикава не стал отпираться. Признался, что взрыв устроил он. Мало того, заявил, что планирует убить ещё одного человека. На этот раз — профессора Кисиму.

— В этом месте показания Мацуды становятся не вполне понятны, — продолжал Кусанаги, нахмурившись. — Якобы Фудзикава сказал ему, что теперь и вам всем крышка, а он вспылил и убил его. Почему «всем крышка», почему Мацуда пришёл в такую ярость, что совершил убийство, — это всё ещё не ясно.

— Теперь понимаю, — Юкава, поднявшись, подошёл к окну.

— Есть какие-то соображения?

— Кое-какие есть. Но ничего экстраординарного. Такое случается сплошь и рядом.

— Выкладывай, — Кусанаги повернулся вместе со стулом в его сторону.

Юкава, скрестив на груди руки, стоял у окна. Его лица не было видно.

— Для начала надо сказать несколько слов о прошлом энергетического отделения. Раньше оно называлось отделением атомной энергетики.

«Теперь понятно, чем они там занимаются!» — подумал Кусанаги.