Кея Сирион – Вкус вина на кончике языка (страница 34)

Лудд противиться ей не может. Несколько достаточно грубых толчков, и сперма с неким измененным составом оказывается в нужном месте. Но Ноа ещё немного хочет побыть внутри Ады.

— Ходи голой… — хрипло произносит брюнет, — Всегда…

— Так мало попросишь взамен? А как же лишние взгляды? — шутит она, поглаживая его по щекам. — Можно хотя бы только при тебе? Или на улицу тоже… Без одежды.

— Дома… Только дома… — снова ее кусает, делая два глотка и отстраняется от нее. Садится на зад, усаживает ее на себя снова и рычит только громче, и больше изменений груди намного.

— Люблю… — придерживает ее за спинку, второй рукой ведя по позвоночнику.

— На новый заход? Или… Мне тебя уложить спать? — с улыбкой произносит вампирша. Надо же, получила ведь что хотела. Конечно, только время покажет, совместимы ли они. Но попытаться стоило.

— Ты можешь уложить? — с какой-то детской наивностью смотрит он на нее, но продолжает насаживать на каменный орган. Настолько твердый, что каждую венку ощутить можно.

Девушка снова прикрывает глаза, кусает свои губы и сладко мычит.

— Да… Я могла бы… Но… Чуть позже… Время еще совсем детское…

Ноа начинает толкаться вместе с тем, что насаживает ее на себя вручную. Он издает поистине животные звуки, пока целует ее грубовато в области шеи. Оставляет следы после себя, но его это сейчас не заботит.

— Люблю… Люблю тебя, мой ласковый и нежный зверь… — шутит она так, называя его, гладит по волосам, и сама поддается ему навстречу, лишь бы вновь и вновь ощущать в себе.

Длинные пальцы разрывают тонкую ткань наряда вампирши. А губы прилипают к упругой груди, кусая ее, целуя ее с толчками вместе.

— И я тебя… Моя… — рычит мужчина внутриутробно.

— Твоя… — отвечает она ему, — на целом свете мне другого не нужно…

Почти всю ночь Ноа с маленькими перерывами овладевал раз за разом Адой. Он хоть и сдерживался, но на девушке все же оставались отметины. То от укусов, то от поцелуев. Вампир не выпускал ее из объятий, и на вторые сутки все повторилось.

Глава 40

Прошла быть может неделя, а может и чуть больше. Ноа готовил завтрак Аде, как и делал до этого. Он все время раньше нее просыпается, и постоянно радует чем-то вкусным. Хоть и вампиры не особо расположены к обычной еде, но факт чего-то приятного остается.

Девушка подорвалась с постели раньше, чем тот успел войти в комнату с тарелкой. От запахов человеческой пищи стало не по себе.

— Убери! Убери! Тошнить нечем, но ощущение остается….

Ноа смотрит на тарелку и нюхает ее, чуть нахмурившись. Он выходит из комнаты и относит поднос на кухню, а затем входит обратно.

— Так и знал, что Ремьер подсунул просроченную кровь… Подлый кровосос, — подходит мужчина ближе к кровати. — Поедем в больницу? От вампирского отравления у меня ничего нет.

— Это не отравление… Думаю… Но если тебе будет спокойнее, тогда поехали…

Пара собралась в медицинское учреждение. Лудд и правда не понимал, что могло влиять так на Адуа. Он ведь не знает, вернее не помнит, что ее оплодотворил.

— Не спрашивайте, куда нам. Нам весь медосмотр, — кладет тот наличные на стол и получает бумажку, которую вручает девушке, пока держит ее пальто. — Та-ак… Невролог… И на кой черт он еще существует? Пойдем, нам на третий.

— Слушай… Давай ты тут подождешь, м? — предложила девушка, забирая из его рук листок, — А то еще ненароком нападешь на врача за то, что посмотрел не так или потрогал не там.

— М…? Не делай из меня монстра. Ну… Ладно, посижу здесь, — пожал он плечами и прошел к автомату с кофе, а после уселся на стул в комнате ожидания. Детишки бегают, кричат, мамки их успокаивают, какой-то мужик кряхтит от боли в спине. Эти часы будут веселыми для Лудда.

Маленький мальчик подошел к Ноа, протянув конфету.

— Угощайтесь… А то выглядите грустным! — произнес тот. Определенно не человеческий ребенок, кожа бледная, глаза яркие, под ними темные круги.

Мужчина забирает конфету с ладошки парнишки и кивает ему, говоря "спасибо". Что ж ему, обижать ребенка?

— Мама ругать не будет? Или поиграем в шпионов? — хмыкнул старший.

— Я здесь с тетей… У меня нет мамы… — произнес тот, кивнув на медсестру, что что-то рассказывала очередной мамашке, указывая на листок.

— У меня тоже нет мамы.

— А вы здесь с кем?

— А я здесь с любимой женщиной, — отвечает тот ему и в глазки смотрит. — Не хочешь чего-нибудь сладкого? — кивает тот на автомат со сладостями.

Мальчик помотал головой.

— Ваша любимая женщина… Ваша жена? Она болеет?

— Пока еще не жена. Чтобы стала, мне нужно кое-что сделать, — потрепал он его по тёмным волосам. — И не то чтобы болеет. Скорее, просто плохо. Но я не знаю, что с ней.

— Шон! Хватит докучать посетителям! — ругает мальчика молодая женщина, подходя ближе. — Прошу прощения, он такой любопытный, что порой не угнаться…

— Нормальный парень. Мы просто болтаем, — отвечает Лудд, отпивая затем кофе, и поправляет лежащее на бедрах пальто Ады.

— Шон… — зовёт его сестра. Мальчик посмотрел на Лудда, глаза сверкнули и тот произнёс:

— У вас очень красивая дочь… Надеюсь, когда-нибудь мы подружимся. До свидания, дяденька… — он приложил руку к губам, выплевывая кровь, — Тётя… Есть салфетка?

— Боги… Идем….

— Сто-оп, — вскакивает мужчина со стула и подходит к двоим, протягивая сложенный платок. — Он сказал «дочь»… Он видит будущее?

— Иногда… — ответила женщина, передавая мальчику салфетки, — Использует его крайне редко, потому что…

— У всего есть цена, тетушка… — ответил мальчик, вытирая губы, — Мне показалось, что он был очень грустным… Я хотел его приободрить…

— Я могу помочь в лечении. Есть клиника, правда в Японии. Но там помогут. И если говорю о помощи, то о деньгах не переживайте, — всунул он в руку мальчика свой платок.

— Мне это не нужно… — ответил мальчик.

— Вы добрый… Видно. Но это не поддаётся лечению.

— То, что дано от рождения… Должно оставаться. Если избавлюсь… Буду болеть как вы, так что, какая разница? Тётя… Таблеточки пациентам сами себя не отнесут, идемте…

Женщина улыбнулась Ноа, а после они ушли. Лудд остался в этой части комнаты уже один. Переваривал слова о дочери и репу чесал. Если он ее увидел, значит, она будет? И будет здоровой?

— Черт… Нужно провериться во всех дырах!

Ада вернулась через час с лёгкой улыбкой на губах.

— Все… Здорова, как бык. Наверное, просто несварение…

— Вот и отлично. Слушай, здесь был парень, мальчик такой… Он видит будущее. Сказал, что у меня красивая дочь. Вот думаю… Может, и мне пройти сейчас обследование? Ну, прям… Полное и задротское… Чтобы прямо везде глянули и всё…

— З-зачем? — удивлённо спросила она, даже чуть заикнувшись.

— Как зачем? Чтобы дочь эта родилась. Не думаю, что ребенок тот врал, — помогает он девушке надеть на себя пальто. Поправляет его и берет ее под руку, направляясь на выход из комнаты.

— Кхм… Не нужно обследований… Это лишнее. Слушай, я тут подумала, может… Поедем куда-нибудь отдохнуть? Ну, знаешь, море, песок…

— Поедем. А чего не нужно? Не ты ли хотела малыша? — тычет он пальцем в животик блондинки. — Понимаю, что это не генетическое заболевание, но не хотелось бы осложнений у вампиреныша.

— Не будет никаких осложнений и вообще… На какое море поедем? Хочу куда-нибудь, где тепло.

Он смотрит на нее косо, а после выводит в коридор, а там и на улицу. Открыв ей двери машины, мужчина проходит к своему месту и усаживается, заводя машину.

— Марокко. Очень даже ничего. Там солнце конечно палит, но если снять виллу в тени, то сможем отдохнуть спокойно.

— И… Три… Два… — ведёт она обратный отсчёт. До Ноа никогда не доходит сразу, потому она и дала ему пару минут, пока идут в авто, чтобы обдумал.

— Раз, — продолжает вампир и смеётся, — Что ты считаешь? Телефон в руки и заказывай билеты. Будто мы ещё собираться неделями будем.

— Два… Один… Неужели в секундах просчиталась? — спрашивает девушка саму себя, смотря куда-то вперёд, пока цепляет ремень безопасности

Ноа посмотрел на нее с непониманием, и дал газу, нажав на педаль внизу. Только те заехали на участок, как Лудда осенило. Странно конечно, что так поздно и с малым количеством фактов. Если эти причины недуга можно так назвать.