Кевин Андерсон – Герцог Каладана (страница 58)

– Я не знаю где; я не знаю кто.

Кровь бросилась в голову Шаддаму, но Мохайем поспешно наклонилась к его уху и зашептала:

– Он не лжет вам, сир. Такова его проекция на самом деле. Но он не может объяснить, как пришел к такому выводу.

Император посмотрел на старую Вещающую Истину, одетую в традиционную черную накидку, потом обернулся к Фенрингу, обдумывая только что услышанное. Прежде чем заговорить, Император тяжело вздохнул.

– Хасимир, ты мой наблюдатель за операциями со специей. Найди ответы. Возвращайся на Арракис и копай глубже. – Голос его стал мягче. – В этом деле я не могу положиться ни на кого, кроме тебя, мой старый друг.

После ухода графа и его эксцентричного ментата Шаддам попытался провести следующую встречу, на которой выступил посредником в переговорах двух враждующих аристократов. Оба были его союзниками, но Император был сильно возбужден и отослал их, отказавшись выслушивать какие-либо аргументы. Выйдя из аудиенц-зала, он решил вернуться в свои покои.

Мохайем осталась в пустом зале одна. Ей было о чем подумать и что взвесить. В каком-то смысле она чувствовала себя как тот странный ментат, очутившийся перед лицом множества необъяснимых фактов.

Сейчас, однако, она нашла отдушину, погрузившись в привычные интриги и хитросплетения имперской политики. Но Верховная Мать Харишка дала ей задание совершенно иного рода. Здесь, при дворе, она попытается найти подход к упрямому молодому виконту Джандро Туллу в надежде восстановить хоть какое-то влияние Бинэ Гессерит на этот важный аристократический Дом.

Но все же основные ее мысли касались дел на Уаллахе IX. Верховная Мать Харишка отправила на Каладан экстренный вызов, требуя прибытия Джессики в школу Матерей для встречи с Лезией.

В чем заключался смертоносный интерес этой безумной старухи к тайной дочери Мохайем?

От главы Великого Дома ожидают, что он будет проводником имперских законов, представителем не только своей планеты, но и всей Империи. Он – вершитель правосудия и должен выступать судьей своего народа, потому что Император не может присутствовать на его планете лично. Более того, никаким своим решением, никаким своим действием не должен правитель разочаровать Императора, нанести урон его чести.

После того как Якссон Ару исчез в толпе гуляющих возле статуй маяка, Сафир Хават и силы безопасности Дома Атрейдесов прочесали мыс и парк, обследовали статуи и частым гребнем прошлись по Кала-Сити. Ментат был сильно расстроен этой неудачей и имел весьма смущенный вид, когда докладывал герцогу о результатах поиска.

В руке он держал массивный металлический цилиндр.

– Вы попросили меня искать, милорд. Мы нашли сюрприз, оставленный Якссоном для вас, но это… совсем не то, что мы рассчитывали найти.

Лето почувствовал, как на лбу у него выступил пот. Он не мог отвести взгляда от цилиндра.

– Это одна из бомб?

– В некотором смысле да. – С этими словами Хават растянул цилиндр и обнажил клапан на его поверхности.

Лето напрягся.

– Вы его дезактивировали?

– Сначала мы не могли их обнаружить, сир, потому что в них нет взрывчатки. Эти предметы не представляют физической опасности для людей. – Хават раскрыл цилиндр и вытянул оттуда полоску бумаги. – Мы нашли семь таких цилиндров. В каждом оказалось одно и то же послание.

Лето взял бумагу и прочел слова, написанные террористом.

Я никогда не причиню вреда Вашему народу, герцог Лето. Я никогда не совершу такого достойного осуждения акта насилия. Я искренен и откровенен в моих усилиях привлечь Вас к делу Содружества благородных. Я просто хотел поговорить с Вами, попытаться переубедить Вас, склонить на нашу сторону. Прошу Вас, обдумайте то, что я Вам сказал, и помните, что истинными злодеями являются Коррино. У Каладана есть достойный уважения герцог, и планета нуждается только в нем, а не в деспоте-Императоре. Я желаю только процветания Вам, Вашей планете и Вашему народу.

Лето прочел это обращение вслух, смял бумагу и отложил в сторону.

– Это была всего лишь угроза. Якссон Ару показал, что сможет навредить нам в любой момент, когда это будет ему угодно, если я откажусь сотрудничать.

– А вы откажетесь? – Ментат вскинул свои кустистые брови.

– Молчание будет моим единственным – и самым безопасным – ответом.

Вечером того же дня четыре бомбардировщика военно-воздушных сил Атрейдесов, готовые к вылету, стояли на военном аэродроме в окрестностях Кала-Сити. Самолеты были нагружены зажигательными бомбами и готовы отправиться на бомбардировку папоротниковых плантаций. У машин были бронированные корпуса, а на фюзеляжах красовался ястреб – гордая хищная птица, герб Дома Атрейдесов. После того как будут уничтожены обнаруженные плантации, в леса отправятся новые поисковые команды для возможного обнаружения других полей. Герцог был уверен, что ему удастся искоренить заразу, уничтожить все плантации, на которых выращивали источник смертоносного наркотика.

Лето с гордостью и восхищением смотрел на боевые машины; прохладный бриз овевал лицо герцога. Складчатые крылья помогали машинам быстро летать на бреющем полете, а форсированные двигатели позволяли ускоряться и совершать быстрые маневры в воздухе. Рядом с герцогом стояли Пол, Сафир Хават и Гарни Холлик.

– Мы уничтожим их, милорд, – сказал Рисон, офицер в безукоризненно отутюженной форме со знаками различия, блестевшими на кителе. У капитана Рисона были рыжеватые волосы, резко контрастировавшие с оливково-смуглым цветом кожи. Верхнюю губу оттеняли аккуратно подстриженные усы. Рядом с Рисоном стояли еще три пилота в летной форме.

– Уничтожьте поля и сожгите источник айлара, – сказал Лето. – Я хочу искоренить черный рынок этого каладанского наркотика.

Хават окинул взглядом строй боевых машин и обратился к четверым пилотам:

– У вас имеются координаты известного поля, но будет полезно предположить, что есть и другие плантации папоротника барра вблизи от того, что мы обнаружили. Операции, которые мы раскрыли на рыбном предприятии, их масштаб позволяют с уверенностью сказать, что мы имеем дело с большими плантациями культивируемого папоротника. Количество собранного и обработанного наркотика намного превосходит то количество, которое можно собрать с одной этой маленькой плантации.

– Их почистят наземные команды, возможно, им удастся выследить и схватить Чена Марека, – сказал Лето. – Но сегодня мы нанесем первый удар.

– Мы знаем, что искать, сир, – отчеканил Рисон, и остальные пилоты кивнули, подтверждая его слова. – Маскировочные сети – хитрая штука, но такая локальная операция посреди глухой чащобы не может оказаться слишком сложной.

– Нет, может, – скептически отозвался Хават. – Мы же не знаем, как давно работают эти люди.

– Неважно, сколько времени они работают, мы покончим с ними сегодня, – сказал Лето, с трудом сдерживая гнев. – Каладан не будет источником смертоносного вещества, которое наносит вред моему народу и расползается по всей Империи.

Дункан Айдахо самоуверенно оглядел четыре боевые машины, готовые к вылету.

– Милорд, вы не хотите послать на это дело и меня – в качестве пилота? Операция может потребовать неожиданных маневров.

Пол подошел к Дункану и встал рядом. Глаза его горели.

– Я могу полететь с ним. Дункан меня учил.

– Иногда меня очень тревожит то, чему тебя учит Дункан, – с притворным недовольством проворчал Лето. – Наверное, мне придется нанять другого пилота, чтобы он научил тебя элементарным правилам безопасности.

Дункан сделал вид, что обижен.

– Я готовлю вашего сына к сложным ситуациям, милорд. Он должен быть готов к реальной жизни. – Было заметно, что он ни в малейшей степени не чувствует за собой вины. – Я с удовольствием возьму его как второго пилота. Мы будем частью атакующей эскадрильи.

Пока капитан Рисон и остальные пилоты ожидали приказа на взлет, Пол формально обратился к отцу:

– Я и в самом деле хочу принять участие в атаке, сэр. Я был там, когда мы нашли плантацию барра, и я должен быть там, когда мы его уничтожим.

Лето заколебался.

– Что думаете, капитан?

Офицер смутился.

– Это наше задание, сир. Оно может быть опасным. Мы не хотим подвергать опасности молодого мастера.

Лето усмехнулся.

– Пол, мы должны доверить нашим войскам выполнение хотя бы каких-то действий по защите Дома Атрейдесов. – Он понизил голос и доверительно добавил: – Я слышал, что произошло, когда вы с Дунканом попали в шторм с элекранами.

Пол вспыхнул от смущения, которое, впрочем, сразу же сменилось гордостью. Четыре пилота рассмеялись; обстановка разрядилась сама собой. Лето снова заговорил:

– Ты будешь находиться рядом со мной на командном пункте. Будешь помогать мне исполнять обязанности герцога.

Хават озабоченно заметил:

– Когда они сбросят зажигательные бомбы, сир, помните, что это может вызвать потери и разрушения, могут погибнуть некоторые рабочие ферм. Надеюсь, вы к этому готовы?

Выражение лица Лето стало жестким.

– Если эти рабочие выращивают смертоносный папоротник, то и они несут ответственность за зависимость и гибель множества людей. – Он вдохнул холодный воздух. – Я не считаю их невинными жертвами.

Пилоты пошли к машинам. Рисон высунул руку из кабины, хлопнул ладонью по гербу Атрейдесов и закрыл кабину.

Лето и его спутники отступили назад, когда взревели двигатели боевых машин, взметнув за собой вихрь горячего воздуха. Включились гравидвигатели. Крылья раскрылись, словно нехотя потягиваясь, а затем пришли в головокружительно быстрое движение. Машины оторвались от земли. Построившись в боевой порядок, четыре бомбардировщика полетели прочь, как свирепые хищные птицы. Лето, прикрыв глаза ладонью, проводил их взглядом.