Кэтрин Вайс – Я больше не играю (страница 8)

Главное без случайных встреч добраться до крыла персонала, и миссия будет выполнена.

Иду по коридору, никого, далее спускаюсь на первый этаж, тоже никого.

Фух.

Остаётся преодолеть несчастные пятнадцать метров и я на своей территории.

Делаю несколько шагов и вдруг слышу голоса, доносящиеся из–за приоткрытой двери гостиной.

Хочу продолжить путь, но любопытство заставляет остановиться и навострить уши.

– Подожди, я не ослышалась? – с нотками восторга в голосе переспрашивает Алевтина Матвеевна.

– Нет, мам, не ослышалась. Я хочу устроить приём, – спокойно говорит мужчина.

Удивительно, как быстро он сменил пренебрежительный тон на лоснящийся голос. Прямо чудеса, ей–богу.

– У меня? В моём доме? – продолжает восклицать женщина.

– Конечно, у тебя. Где я найду такое же роскошное место и бесплатно? Ты не против?

Откажись! Пожалуйста, пожалуйста, откажись!

– Я? Да я руками и ногами "за"! – ещё чуть–чуть и Алевтина Матвеевна начнёт визжать от удовольствия. Даже стоя на приличном расстоянии, слышна радость в хозяйском голосе.

Чёрт. Согласилась. Мои молитвы остались не услышанными.

И появилась уверенность, что Силаев сто процентов специально придумал этот дурацкий приём. До нашей встречи он здесь ни разу не появился, а теперь строит глобальные планы. Продуман, блин!

– Прекрасно. Три дня хватит на подготовку? – спрашивает мистер Продуман.

– Конечно. Придётся, правда, поторопиться, но у меня достаточно прислуги. Справимся, – уверенно заявляет Силаева и я понимаю, что следующие трое суток станут адовым.

В голове сразу прикинула, сколько предстоит подготовки. Это и еда, и уборка, и украшения, и, возможно, развлечения, для которых надо подготовить подобие сцены и так далее. Короче, мягко говоря, жопонька.

Уровень приёма, естественно, будет гораздо выше среднего, а значит, придётся пахать за двоих.

Пока я мысленно страдаю, из гостиной опять доносится голос мистера Говнючело:

– Вот и славненько. Порешали. А теперь прости, мне надо бежать. Дела сами себя не сделают.

– Конечно–конечно, Мишенька, иди, – не сопротивляется женщина, и мои уши улавливают твёрдые шаги.

Блин, блин, блин! Меня в мгновение ока охватывает паника. Я стою на видном месте, и если Силаев сейчас выйдет, то я не останусь не замеченной.

Добежать до крыла персонала чисто физически не успею.

Быстро оглядываюсь по сторонам и ищу укрытие.

Ничего лучше, чем спрятаться за лестницей не придумала, поэтому, прихватив весь свой скарб, ломанулась туда.

Мужчина появился в холле, через секунду после моего побега, сделал несколько шагов к выходу и вдруг остановился.

Сижу и практически не дышу. Мне ничего не видно и от этого жутко страшно.

Почему–то в голове всплыли картинки, как Михаил заглядывает под лестницу, его глаза победно сверкают и дальше мы словно одержимые целуемся и предаёмся разврату, прямо здесь на полу.

Фу–фу–фу, пошлячка! И откуда среди извилин такие фантазии? Ну–ка, кыш!

Усиленно трясу головой, прогоняя навязчивые картинки.

И пока ругаю себя за мысленные извращения, в холле вновь раздаются шаги.

О, уходит, слава богу.

– Миша? – вдруг окликает Алевтина Матвеевна. Мужчина замирает.

– Да? – чётко представила, как он обернулся, мускулы перекатились под пиджаком, а губы изогнулись в приветливой улыбке.

Да, что за фантазии? Это такая реакция мозга на стресс?

– Выход там, – говорит женщина. – А ты направляешься в крыло персонала, – добавляет.

– Действительно, – задумчиво произносит Силаев. – Замечтался, наверное.

– Ты же не собирался терроризировать мой персонал, правда?

– Конечно, нет, – хмыкает мистер Говнючело. – Ладно, ушёл. Пока, мам.

– До скорых встреч, сынок, – наконец семья прощается.

По хлопнувшей входной двери и звучанию каблуков по лестнице поняла, что холл опустел.

Михаил ушёл, а Алевтина Матвеевна поднялась на второй этаж.

Фух. Можно вдохнуть полной грудью.

В моём положении необходимо спокойствие, а я, понимаете ли, в прятки играю.

Выбираюсь из укрытия и шагаю в административный кабинет. Сейчас либо пойду в погреб, либо Силаева уже дала первые распоряжения насчёт банкета, и Алина отправит на начальные пункты подготовки помещений.

Как же я не хочу присутствовать на этом приёме! Вот просто до тошноты и трясущихся пальцев.

Мало того что здесь целый вечер будет находиться мистер Продуман, так ещё и куча влиятельных людей соберётся. Вероятность попасть в хозяйскую немилость взлетает до невиданных высот, а мне, напомню, жизненно необходима работа.

О! В голове всплывает гениальная идея. А что, если попросить выходной?

Я уже больше недели отработала, ни разу не отлучившись из особняка. Мне было совершенно незачем, здесь вкусно кормят, предоставляют жильё, обеспечивают одеждой и книгами. Днём я посвящаю себя уборке, а вечером – учёбе, чтению книг по этикету и другим нюансам профессии. Грустить и маяться от безделья мне совершенно некогда.

По–моему, из меня вышел отличный, исполнительный работник. Так, может, настало время прогулять один рабочий день?

Перед дверью Алины непроизвольно перекрестилась.

– Господи, пожалуйста, пусть мне дадут один–единственный выходной…

Глава 11

Отгул мне, естественно, никто не одобрил. Сказали, ближайшие три дня нет, а вот после, пожалуйста.

А после–то уже и не надо будет.

Я, конечно, расстроилась, но выбора у меня нет, пришлось быстро забыть личные проблемы и вливаться в процесс, который, кстати, оказался капец каким суматошным и выматывающим.

Убирать надо было не просто тщательно, а досконально. В хирургическом отделении, мне кажется, больше пыли, чем в особняке Силаевой.

Алевтина Матвеевна проверяла каждую деталь в белых перчатках и, не дай бог, встречала мусоринку. Проще провалиться сквозь землю, чем выдержать нагоняй от женщины.

Я к своему огромному счастью не попала под горячую руку, но легче от этого точно не стало. Атмосфера напряжённая в доме. Каждый работник пашет практически без перерывов. Мне с одной стороны, повезло, что живу по месту, было больше времени на отдых, но с другой стороны, меня же могли вызвать, если что–то разлилось или запачкалось.

Иногда даже приходилось менять направление обязанностей, потому что многие не справлялись. То закупщикам помоги, то Алина просит проконтролировать садовника или прачку. Хотя все выкладывались на полную, но всё же не успевали. Будто мы готовились к приёму президента, а не обычных людей. Ну уровень подготовки так точно заоблачный. Короче говоря, три дня стали адом на земле, для всех, кто работает на Алевтину Матвеевну.

И вот, наконец, настал день икс.

В доме кристально чисто, фуршетный стол накрыт, музыканты на месте, официанты в боевой готовности, горничные, в числе которых и я, построились у дальней стены на всякий случай. Как только, большая часть гостей явится на торжество, нам можно будет уйти в тень (оно же подсобное помещение вблизи гостиной), только один или двое будут дежурить, вдруг что–то разольётся или рассыпется, а пока стоим для престижа.

– Женька, ты чего такая бледная? – шепчет Ксюша, справа от меня.

Алевтина Матвеевна тем временем встречает первых друзей на входе. Знать перекидывается парой дежурных фраз и проходит в зал.