Кэтрин Валенте – Аннигиляция (страница 9)

В любом случае никто и никогда не выходил в зону высокого давления с целью выяснить, как в действительности выглядят под всем этим волусы. Снаружи они выглядели более или менее крупными, толстыми и бесхвостыми прямоходящими барсуками. Респираторы на шлемах, словно старое радио, искажали их голоса до гнусавых всхлипов с металлическим призвуком. Но скафандр Ирит не похож на типичные костюмы волусов. Он у неё был изящный и стильный. От него веяло силой и таинственностью. Коричневые, чёрные, серые и белые орнаменты были объединены так элегантно, словно перья ралои. Сенна не мог оторвать взгляд. У него было полно других, куда более важных дел, но кварианец никогда ранее не видел столь красивого костюма у волуса. Он даже не предполагал, что они способны на такое. Но, очевидно, способны. Вот почему Ирит Нон была знаменита. Она была швеёй, если так можно выразиться. Самый богатый волус в галактике иссох и умер, пока ждал очереди в её клиентском списке, однако без всяких жалоб и недовольств, а лишь в кроткой надежде получить один из её индивидуально разработанных костюмов жизнеобеспечения. Эта хриплая представительница волусов была ближе всех к статусу знаменитости на «Кила Си'ях».

— Напомните ещё раз, зачем мы взяли с собой батарианцев? — прошипела она.

Сенна, для которого Битва за Цветочную Композицию случилась всего несколько дней, а не почти шестьсот лет назад, закатил глаза под шлемом и дважды ударил по стеклу кулаком в перчатке.

— Замолчите, все вы. Спасибо. Я понимаю, что вы сбиты с толку, нездоровы и раздражены, но у нас серьёзная проблема, и вы должны сосредоточиться на том, что я скажу, поскольку сейчас может возникнуть фактор времени. Если вас стошнит, постарайтесь не попасть на стекло. Ханара рвёт? Забудьте. Неважно. Всё нормально. Примерно четыре часа назад Йоррик, Анакс Терион и я были разбужены, чтобы разобраться с возникшей неисправностью в системе гибернации.

Розовая кожа Исса замерцала. Ирит Нон сосредоточилась. Даже Борбала выпрямила ноги и уселась ровно. Они могли дойти до драки из-за цветов и мальчишников или из-за того, заслуживает ли в действительности галактика Андромеды присутствия батарианцев, но системы гибернации были грозным противовесом. Всё, что касалось криокапсул, касалось их всех. Анакс Терион явно всполошилась в своём углу, но ничего не сказала.

Сенна продолжил:

— То, что мы обнаружили, гораздо хуже неисправности. По состоянию на пять часов тридцать минут мы имеем визуальное подтверждение гибели четырёхсот шестидесяти одного дрелла и двух ханаров в своих криокапсулах по неустановленным причинам.

Анакс, сжав кулак, потирала большой и указательный пальцы. Сенну это беспокоило. Она делала то же самое и в криоотсеке. Он знал о ней немного кроме того, что на родине у ханаров она была кем-то вроде детектива: видимо, поэтому корабль отнёс её к важному персоналу. У них возникнут проблемы? Детективы обычно плохо переносят отсутствие влияния. Но сейчас она, казалось, держалась за своё нынешнее положение.

— Они не были разбужены и не страдали, — произнёс Сенна, хотя уверенности в этом не было. Мёртвые, открытые, полные ужаса глаза Совал Раксиос всплыли в его памяти. Разве они не должны быть закрыты в глубоком криостазе? — Тем не менее капсулы продолжают сообщать, что пассажиры живы и их здоровью ничего не угрожает. Что ставит перед нами ряд серьёзных вопросов.

Ирит Нон перебила его:

— Вы хотите сказать, что до сих пор куча замороженных кусков мёртвой дрелльской говядины просто лежат посреди остальных? Никакого погребения? Никакого карантина? Дикость!

Борбала Феранк наклонила голову вправо. Сенна встречал одного или двоих батарианцев во время своего Паломничества на элкорской планете. Он знал значение этого жеста: батарианка считает себя гораздо выше того, кто осмелился заговорить с ней. Коммандер увидел, что Терион тоже заметила этот жест. По своему роду деятельности Анакс, вероятно, встречала гораздо больше батарианцев, нежели он. Ему нужно поговорить с ней. Наедине.

— Их души уже вознеслись сквозь глаза и покинули тела, — небрежно сказала Борбала. — То, что осталось, не важно. Бросьте их в шлюз, как пустые грузовые контейнеры. Чем они теперь и являются.

— С большой деликатностью и нерешительно: Нам, возможно, понадобятся эти тела, — ответил Йоррик.

Кварианский коммандер откашлялся.

— Конечно понадобятся. И вы либо не слушаете, либо все ещё слишком растеряны, чтобы сложить всё в логическую цепочку. Сканеры «Си'ях» не могут собственно «видеть» те или иные проблемы с капсулами. Конечно, строго говоря, они вообще не видят, это лишь условная формулировка. То, что мы имеем в виду, когда говорим «корабль видит», это комплексное устройство ввода-вывода, и пропускная способность…

— Сейчас не время для технических лекций, коммандер, — мягко заметила Анакс.

— Да, простите. Итак, проблема в том, что все системы считают каждого из четырёхсот шестидесяти трёх умерших живым и здоровым. Могу заверить вас: они в диаметрально противоположном состоянии. Даже когда мы извлекли несколько тел из капсул, корабельный медицинский сканер сообщил, что они полностью здоровы, готовы вскочить на ноги и пробежать пару кругов вокруг палубы физиотерапии. Сканирование бесполезно.

— Этот интересуется статусом другого ВИ на борту, — тихо пропел ханар. — На борту «Кила Си'ях» есть несколько независимых ВИ-систем: диагностический ВИ в медотсеке, навигационный ВИ на мостике, калибровочный ВИ в инженерном отсеке, образовательный ВИ в детской зоне. Этот также обозначает тему, которую никто больше не хочет обсуждать, его семья на родине назвала бы это «непросвещённым язычником в комнате». СЭМ. Этот почувствует огромное успокоение, если команда просто разбудит Первопроходцев и позволит им разрешить проблему.

— Наконец-то хорошая идея, — произнесла батарианка, хлопая в ладоши. — Эта медуза единственная из вас имеет мозги. Проблема решена.

— Проблема не решена, — настаивал Сенна.

В ночь, когда он принял предложение служить старпомом, Сенна и капитан поклялись друг другу над тарелками с питательной пастой, что будут относиться к каждому виду на борту одинаково, независимо от того, насколько плохой опыт у них мог быть с ними в прошлом. Теперь они были одним кораблём Мигрирующего флота. Все они были кварианцами. Так почему же, когда он рассчитывает на откровенность, батарианцы ведут себя так ужасно? Возможно, были среди них те, кто не являлся работорговцем, наркоторговцем, пиратом или ещё кем похуже, но Сенна никогда не встречал и не слышал о таких.

— Остальные ВИ спрятаны глубоко внутри, так как являются внутренними системами «Си'ях». Они подключались к массиву корабля в первую очередь, и их сканеры используют те же механизмы. Как говорится, если колодец отравлен, то и поселенцы тоже. Образно выражаясь, «Кила Си'ях» ослеп. Что касается СЭМа, я думал об этом. Первопроходцы не приписаны к командам Полуночников не просто так. Они гораздо важнее нас. Мы взаимозаменяемы. Они — нет. У них одна работа: найти нам дом. А это всё не входит в список их обязанностей. Прямо сейчас мы, вероятно, столкнулись с техническим сбоем — трагическим. Анакс, я не пытаюсь его преуменьшить. Но, возможно, мы сможем устранить этот сбой в течение нескольких часов. И если так случится, будет досадно нарушить протокол Первопроходцев, разбудить их, чтобы затем всё исправить самим. В противном случае… Феранк, в противном случае, если речь о заражении, мы не можем рисковать, привлекая Первопроходцев или СЭМов к тому, что инфицировало компьютерные системы корабля, чем бы оно ни было. Если эти смерти умышленны…

— Умышленны? — прервала его Борбала Феранк. Её голос стал предельно жёстким. — Я так понимаю, на нас напали?

— На «нас»? — холодно отозвалась Анакс. — Дреллы потеряли больше четырёх сотен. Если это нападение, оно, очевидно, направлено на мой народ. Сядь, торговка.

Ненависть вспыхнула в трёх здоровых глазах Борбалы. Вы не сможете оскорбить батарианца, унизительно отозвавшись о его внешности, происхождении или даже умственных способностях. Но намёк на низкий социальный статус был настоящим вызовом. До этого Сенна думал, что у Анакс более спокойный нрав. Ну, по крайней мере, она не назвала её попрошайкой.

— Если это умышленно, — Сенна повысил голос, при этом стараясь сохранить его спокойным и профессиональным, однако потерпел полное фиаско, — мы должны разобраться до прибытия. С системами корабля, которые делают, что хотят, или не делают, наши ниточки расследования обрываются прямо у нас в руках. Единственная причина, по которой мы сейчас знаем об этом, состоит в том, что «Си'ях» обнаружил небольшое несоответствие химического состава между медицинским отчётом и отчётом о состоянии среды. Мы здесь, потому что эти «куски дрелльской говядины», как вы дипломатично выразились, вскрыли тяжелый случай обморожения. В противном случае мы могли бы пришвартоваться к «Нексусу» кораблём мертвецов. Теперь Анакс, Йоррик и я составили план действий. Не волнуйтесь. Работы хватит на всех.

Мягкий голос ханара заскользил сквозь акустику Купола:

— Этот интересуется, зачем нужно было будить нас. Вы вполне способны совершить погребальные обряды и сохранить статистически значимое число умерших для диагностических целей. Позвольте мёртвым обрести мир в объятиях Вдохновителей. Этот смиренно предполагает, что, если произошла механическая авария, сейчас уже ничего нельзя поделать. Если убийца сделал своё дело внутри нашего святилища, то ужасный грех совершён, и другие вне опасности. Этот уверен, что на «Нексусе» будет много экспертов и устройств, чтобы отделить больных от здоровых. Что именно этот должен делать?