Кэтрин Валенте – Аннигиляция (страница 10)
Сенна вздохнул и обратился к кораблю напрямую:
— Ки, с момента начала разговора сколько ещё капсул показало замороженную некрозную задницу?
— Это ещё не конец, — угрюмо сказал кварианец. — Оно распространяется.
— Этот хочет спросить о природе явления, о котором вы так уверенно говорите, — протянул ханар. Бледные всполохи биолюминесценции скользили по его щупальцам снизу вверх.
— Никакой уверенности, — заговорила Анакс Терион, и Сенна почувствовал облегчение, позволив ей взяться за штурвал. Он согласился на предложение Кетси'Олам стать её старпомом, потому что согласился бы и выкинуть себя в шлюз, попроси она об этом, но в глубине души Сенна всегда был и будет техником. Говорить машинам, что делать, куда проще, чем людям. Машины точно исполняют инструкции. Люди всегда думают, что знают лучше.
Дреллка-детектив встала в своём уголке, расправив плечи в военной выправке.
— На данный момент вероятность причины произошедшего довольно равномерно распределена между непреднамеренным отравлением — например, неисправностью или утечкой ядовитых веществ в самой капсуле; умышленным отравлением, что, очевидно, требует наличия преступника на борту либо на станции; или, наконец, инфекционным заболеванием, опять же, приобретённым на борту или на «Гефесте». Совал была членом команды Полуночников «Жёлтые-9», и мы не можем исключить вероятность того, что она столкнулась с чем-то ещё на «Кила Си'ях» и занесла это нечто в систему криосна, когда вернулась в состояние гибернации около пятидесяти лет назад.
— Но криокапсулы не связаны, — возразила Ирит Нон сдавленным хрипом. — Они были спроектированы как полностью автономные системы именно для того, чтобы избежать такого рода каскадных эффектов при возникновении неисправности. Кто-то должен был вручную взаимодействовать с каждой капсулой, чтобы убить их обитателей. Это кажется очень маловероятным.
— Почему? — возразила Терион в ответ. — Осторожно, не исключайте версии только потому, что они кажутся невероятными. Люди невероятны. Технологии невероятны. Мы летим на пуле, выпущенной шестьсот лет назад в будущее. Вот что невероятно. На данном этапе преступно отвергать любую теорию. Учтите: что бы ни произошло, это случилось после последнего цикла «Жёлтых-9». Действительно ли невозможно, чтобы некто запрограммировал отдельную капсулу на пробуждение после завершения смены, а затем провёл последние пятьдесят лет в полной свободе на «Кила Си'ях», переходя от капсулы к капсуле? Некоторые из нас живут очень долго. Пятьдесят лет ничего не значат для элкора…
Голос Йоррика, словно сломанный тромбон, раздался над Терион:
— Оскорблённый протест: Ни один элкор не совершит подобного деяния. Гордое цитирование в ожидании тёплого взаимопонимания и признания первоисточника: «Как беспределен в своих способностях, обличьях и движениях! Как точен и чудесен в действии! Как он похож на ангела глубоким постижением! Как он похож на некоего бога! Краса Вселенной! Венец всего живущего!»
— Прости, ты сейчас процитировал «
— Защищаясь, маскируя задетое самолюбие: Элкорского «
— Ты же знаешь, что это о людях, не так ли? — пролаяла сквозь смех Борбала Феранк. — В любом случае это просто куча говна. Я всегда знала, что вы, элкоры, не такие большие, милые и невинные, как все думают.
Анакс Терион спокойно продолжала:
— Вы думаете, что всё так просто. Это лишь одна из возможностей. Есть ещё много других. Мы пытаемся определить причинно-следственную связь при почти полном отсутствии данных. Подумайте о версиях, как о разветвлённой реке. Самое большое ответвление — это вопрос: нарочно или случайно? От него расходится бесконечное количество вероятностей. Если — тогда. Если это произошло случайно, тогда нам не нужно бояться, мы лишь должны взять под контроль ущерб. Если же мы имеем дело с единичной точкой отказа, с отдельным диверсантом, то пятьдесят лет не совсем безрассудство и для ханара в том числе. Если бы они желали пожертвовать собой ради этого, любой дрелл, кварианец, волус или батарианец может быть тем, кто нам нужен, если кто-то единственный — любой — ответственен за всё. Мы могли запросто пропустить одну пустую криокапсулу среди тысяч других. Это может быть даже один из нас. Кто был разбужен последним среди тех, в ком мы можем быть абсолютно уверены, до того, как всё пошло не так?
— Ты кем себя возомнила, чёрт побери? — прорычала Борбала Феранк. — Я не стану терпеть обвинения какой-то ящерицы, облизывающей собственные глаза и при этом возомнившей себя разумной.
Анакс сделала глубокий, успокаивающий вдох.
— Я всего лишь простая служительница бога Амонкиры, Повелителя охотников. Но я не охочусь за мясом. Я охочусь за данными. И я никого не обвиняю. Я пытаюсь показать тебе, что мы даже не знаем того, чего не знаем. Например, ничто из сказанного мной не учитывает возможности безбилетных азари или крогана, для которых пятьдесят лет были бы весёлой шуткой. Если это азари или кроган, так же легко представить, что они сделали свою работу сто лет назад или больше. Что такое сто лет для крогана? И, естественно, какой-то процент всегда должен оставаться на то, о чём я ещё не думала, на то, что я упустила. Это может быть не один преступник. Это мог быть несчастный случай. И знание того, кто это сделал, если этот кто-то вообще существует, менее полезно для нас, чем занавески на саларианском дредноуте, если мы не знаем, что именно он сделал или как, учитывая, что корабль этому не помешал.
— Капсулы имеют более сложную систему фильтров, чем кварианские костюмы, — голос Ирит проскрипел через её воздушный фильтр. — Нет никакой вероятности, чтобы яд или болезнь не были обнаружены и немедленно уничтожены. Этого никогда ранее не случалось за всю историю криотехники!
Щупальца Исса замерцали.
— Этот с сожалением добавляет, что ни одно существо не покинуло свою смертную форму в криокапсуле за всё время существования криотехники, но всё же, видимо, это произошло. Почти пятьсот раз. Этот также смиренно просит объяснить, почему кварианцы не снимают свои костюмы, когда входят в стазис, если капсулы защищают от всех инфекций.
Сенна попытался ответить, но не успел.
— Не думаю, что вы понимаете, о чём я говорю, — возразила волуска. — Вы не инженер, вы аптекарь, что, как все мы знаем, означает контрабандист спиртного, а не учёный. Вы не понимаете, как всё устроено. Даже если вы вошли в стазис больным, а первоначальное медицинское сканирование не обнаружило проблемы и не подлатало вас, даже если вам каким-то образом в пути ввели трубку, полную проклятого генофага, криостазис хранит тело при температуре очень, очень низкой для любой вирусной или бактериальной репликации. Ничего не происходит, когда ткани становятся настолько холодными. Вот почему мы не постареем. Просто не происходит никаких физических процессов. Если заснёте с насморком, вы проснётесь с ним же. Это не может быть инфекцией, потому что вы мертвы, а патоген убьёт вас только тогда, когда сможет надеть штаны утром! В криостазе вам нельзя нанести вред. В этом-то всё и дело.
— С сожалением: Любая болезнь, которая может убить дрелла, будет очень долго перебираться на ханара. Вы анатомически несовместимы. Любезный обмен знаниями: Вирусы и бактерии точно настроены на виды, которые они заражают. Только весьма малый процент способен на межвидовое заражение. Акцентированно: Например, пока дреллы жили в непосредственной близости с ханарами на Кахье, синдром Кепраля не заразил ни одного ханара, потому что это дегенеративная болезнь лёгких, а ханары не имеют лёгких.
— Может, у нас изначально была неисправная партия капсул, — с сомнением произнёс Сенна. Инициатива не стала бы экономить на чём-то подобном. — Раны могут быть химическими ожогами или следствием отключения поля эффекта массы, как вы и сказали.
Ирит Нон была так взволнована, что ходила по своему уголку, как животное в клетке. Выглядело это так, словно она обиделась за криокапсулы.
— Сенна, ты человек чести. Я уважаю это, но рассчитывать, что первым ты заподозришь железо, всё равно что рассчитывать на излечение кровавой чумы психиатром. Если это заводской брак, капсулы выходили бы из строя в одно и то же время, и вы бы видели отказы по всему кораблю, а не только у Рахана-клан и нескольких Кахье-клан.
Зелёные брови Анакс Терион поднялись в усмешке.
— Что ж, мои поздравления, команда Полуночников «Синие-7»! Менее чем за десять минут вы, кажется, исключили отравление, болезнь или неисправность оборудования, а также саботаж и несчастный случай. Вы примерно так же полезны, как сканирование «Си'ях». Этого не должно было произойти! Какое облегчение для всех этих дреллов. Тогда возвращайся в свою капсулу, волуска. Возвращайся к своей стопроцентно безопасной, абсолютно не скомпрометированной, безупречно работающей криокапсуле. Мы даже не будем её проверять, раз ты так уверена. И, очевидно, поскольку капсула превосходно регулирует давление и силу тяжести, а кому-либо, находящемуся в криостазе, не может быть причинён вред, тебе также не понадобится твой костюм. Заходи голышом, как новорождённый яг.