Кэтрин Валенте – Аннигиляция (страница 31)

— И? — произнёс Сенна спустя пару минут. Даже с учётом, что это был старый ВИ, таких долгих пауз она ещё не делала.

Предок-ВИ кинула на него быстрый взгляд.

— Думаю, — ответила она и вернулась обратно к своему состоянию, зло глотая остатки ринкола.

— Меня и так уже долго нет. Можешь поторопиться?

Лиат'Нир опустила палец в стакан, провела им по дну, слизала остатки ринкола и ткнула этим же пальцем в своего правнука.

— Думаю, — прорычала она.

Через пять минут — пять! — тишины, питья и размышлений Лиат'Нир сдалась и вытащила бутылку из невидимого бара. Усевшись обратно и икнув два раза, она достала маленькие ножницы из недр своей одежды и начала с убийственным взглядом стричь ногти на ногах. Ещё один загрузочный экран.

— Ринкол — это лучшая выпивка, потому что от него тебе больно, — невнятно выговорила бабушка. Дзынь. Фиолетовый голографический ноготь отлетел и исчез в воздухе.

— Ты издеваешься, что ли? — сказал Сенна.

— Тихо, ке'сед, я говорю. Я умею хорошо говорить, как все считают. Ринкол лучше турианского бренди, потому что вкус ринкола словно поджигает все твои ошибки в стеклянной бочке, а потом сжирает эту самую бочку. Привкус ядерной бомбы. Я слышала, что они разбомбили город, чтобы насытить этот аромат дыма. Букет. А самое лучшее, ке'сед, самое лучшее — то, что с каждым глотком ты понимаешь: кто-то хотел, чтобы ты так себя чувствовал. Какой-то кроганский дистиллятор специально сделал это с тобой. В маленьком стаканчике он такой безобидный. В маленьком. Стаканчике. Ты такой худой, маленький стакан. Ты хорошо кушаешь? Твой рост задерживается, маленький стаканчик. Тебе нужна генная терапия? Бабуля знает одного парня, который знает одного парня, так что не волнуйся. Но ке'сед, ке'сед, ты слушаешь? Ничего из того, что так тщательно херит тебе жизнь, но выглядит таким маленьким и невинным, не происходит случайно. И вы заключаете с кроганом долгосрочный контракт, в котором он обязуется совершить это с тобой, ты обязуешься позволить этому свершиться и никогда за это не мстить. Маленький. Стаканчик злого крогана! — Лиат посмотрела на своего внука сквозь три сотни лет поколения Ниров, глаза её слезились от паров ринкола. — Как много у тебя ВИ?

— Семнадцать систем «Си'ях» используют ВИ-интерфейсы, но это не очень хорошо, бабушка. Все они подсоединены к одному общему информационному ядру.

Дзынь. Ещё один ноготь.

— Что ж, какое счастье для тебя, что твоя бабушка не полная дурочка. Я не спрашивала тебя, сколько ВИ у корабля, я спрашивала, сколько ВИ ты можешь взять, тугоумное дитя.

Дзынь.

— Я не знаю. Люди… брали много всего с собой. Я не стюард, я не смотрел декларации. А что?

«У меня есть ты», — подумал он, но не произнёс вслух. Впрочем, он никогда и не обращался с ней, как с живой кварианкой.

— То, что ты должен знать о ринколе, сынок, — его нельзя просто выкопать из земли, как виноградную лозу. Он совсем не так прост. Настоящий алкоголь требует огромной дистиллирующей штуковины, много камер, бочек и стерилизованных конденсоров. Это крайне выверенный процесс, в результате которого мы получаем по мозгам маленьким злым метеоритом.

Сенна тяжело вздохнул. Не всегда всё срабатывало. Эти алгоритмы соответствия могли ввернуть лекцию о ринколе как нечто полезное. Но он надеялся. Действительно надеялся.

— Бабушка, спасибо за попытку. Я тебя люблю, даже если ты отправляешь меня порыбачить тогда, когда мне ужасно нужна твоя помощь.

Лиат отпила из бутылки.

— Если моя гипотеза верна, то следующей сценой в твоём лучшем сценарии будет крах системы коммуникаций, а следом пойдут или системы контроля окружающей среды, или транспортные системы. В худшем случае первыми навернутся криокапсулы. Потом расскажешь мне, что именно, ке'сед. Мне нужно отдохнуть.

— Подожди, что за гипотеза?

— Думаю! — крикнула она на него и запустила стаканом во что-то невидимое.

— Сенна? — раздался голос одновременно со стуком в дверь.

В квартиру вошла капитан Кетси'Олам вас Кила Си'ях, которая всегда стучала, потому что была вежливой, но редко дожидалась ответа, потому что была маленькой неистовой батарейкой энтузиазма, обладающей собственным кодом отмены блокировки дверей. Сенна'Нир сунул мобильное устройство со своей бабушкой под кровать и достал небольшой контейнер с личными вещами, паникуя, словно кто-то, кто привык прятать улики.

— Ки, заверши разговорный протокол «Сенна-4», — прошептал он. — Возобнови стандартные межличностные процедуры.

Кетси показалась в дверном проёме его спальни. Фиолетовый капюшон покрывал её голову так же, как у Лиат.

— Капитан, — произнёс он, быстро встав.

— Не глупи, Сенна. Сколько раз я говорила, чтобы ты меня так не называл? Кила, как же тут темно.

— Много, Кетси, — сказал он с нежностью. Даже сейчас, в этом бардаке, с нежностью. — Ты говорила много раз.

— Йоррик ввёл меня в курс дела, — сообщила капитан тонким от беспокойства голосом. — Всё… Всё не очень хорошо, да?

— Не очень.

— Мы почти справились. Мы были так близки. Ещё тридцать лет.

Она принялась ходить по комнате, даже не обращая внимания на лужицу охлаждающей жидкости в ёмкостях для воды.

— Это моя вина, — в конце концов прошептала она. Кила, она действительно была очень молода. Как и он сам. Никто бы не доверил им командование на Флоте в тридцать пять лет. Возможно, даже и в сорок пять. Он перехватил её и обнял. Их щитки на шлемах соприкоснулись, словно в поцелуе.

— Это не так, Кетси. Не вини себя.

— Я так старалась. Чтобы быть готовой. К чему угодно. Ко всему угодно. Не как эти пустышки, которых Инициатива отправила перед нами. Я старалась построить для нас хороший корабль. И я построила его! Кварианский корабль. Я проделала потрясающую работу, и нас постигла судьба всех кварианцев: технологии нас предали. Суть в том, что у нас нет того, что нам нужно. Что бы ещё ни случилось, вот она — реальная проблема. У нас нет того, что нам нужно. Не могу определиться, моя мать засмеялась бы или начала ругаться? — Она шмыгнула носом. — Я должна была взять больше медигеля. По крайней мере, я могла это сделать.

— Твоя мать умерла, когда ты была ребёнком. Когда ты была ребёнком плюс ещё шесть сотен лет вообще-то. — Сенна сообразил, что прозвучало это довольно резко и быстро добавил: — Она бы гордилась.

Кетси уткнулась лицом ему в плечо и прошептала:

— Я просто хочу домой.

Сенна удивился. Кетси не демонстрировала свою уязвимость. У неё на это была такая же аллергия, как и на вдох неочищенного воздуха. Ситуация, должно быть, ещё хуже, чем он думал.

— Кто так поступает с нами?

— Я не знаю, — вздохнул Сенна. — Но подозреваю, они намного умнее меня.

— Есть у тебя хорошие новости, Сенна'Нир? — спросила капитан, взяв себя в руки и возвращаясь к делам.

— Извини, у меня ничего нет. Мне жаль… — Что-то в углу дисплея шлема привлекло внимание Сенны. Его так поглотил разговор с Лиат, что он даже не заметил. — Подожди. Это… странно.

— Что? Что странно? Странно в хорошем смысле? Странно в смысле «внезапно всё починилось само собой с минимальными потерями»?

— Нет, не совсем так, но… — Он проверил метку времени. — Остановилось.

— Что остановилось?

— Я вывел на экран постоянное обновление числа криокапсул, в которых зафиксировано некротическое обморожение с первого объявления тревоги на корабле. Довольно зловещие данные появлялись на периферии моего зрения в последние тридцать часов: цифры росли и росли, и росли. И обновление остановилось. Остановилось где-то два часа назад. Я и не заметил. Ни один дрелл не умер за последние два часа. И ни один ханар.

У капитана явно свалилась гора с плеч. Она откинулась назад на обеденный стол, её плечи расслабились.

— Это хорошо. Вправду хорошо. Слава предкам! Может, если мы немного переведём дух, то сможем понять, что у нас происходит. Найти способ это остановить.

— Я пойду к Йоррику, — сказал Сенна, хватая свой инструметрон с сидения, на котором он его оставил.

— Нет, я сама, — возразила Кетси. — Ты давно над этим думаешь. А мне нужно быть там. Я капитан. Я должна быть первой. Ты же сфокусируйся на информационном ядре. Нам нужно восстановить эти щиты, иначе мы можем не волноваться о смертельной болезни.

— Да, сэр, — согласился Сенна.

Кетси'Олам протянула руку и крепко сжала его плечо.

— Эй, — произнесла она. И вот он. Голос прежних времён. Голос, что когда-то в переделанной кладовке на «Паллу'Казииль» попросил его отправиться с ней и встретить будущее кварианской расы. Голос, от которого у всего движения «Недас» шли мурашки, ночь за ночью, опьяняя их возможностью перемен. Чего-то, чего угодно, кроме безнадёжного, дрейфующего в никуда Флота. Голос, за которым он пошёл бы в любые галактики, если Андромеда не сможет дать им того, что они хотели.

— Мы справимся, — сказал этот голос. — Мы выберемся живыми. Я куплю тебе выпить на «Нексусе», Сенна'Нир вас Кила Си'ях, клянусь.

— Капитан, внимание.

— Да, Ки? — ответила Кетси голосовому интерфейсу корабля.

«Ох, Кетси, — подумал Сенна. — Даже ты называешь её Ки. Может, в Андромеде всё будет иначе. Действительно иначе».

— Зафиксирована атмосферная аномалия в грузовом отсеке.

Капитан простонала:

— Кила се'лай, ну а сейчас что? Очередной сбой системы? Я же сказала про передышку, Ки. Сенна, ты же ясно слышал: я сказала, что нам нужна передышка.