Кэтрин Кей – Плащ для Красной Шапочки (страница 29)
Она бежала, уже чувствуя, что это бесполезно, страх гнал ее, как пастух гонит на бойню стадо глупых коров.
Впереди был овраг, весь заваленный буреломом.
Все как в том чертовом сне! Каждая деталь!
Анна понадеялась, что незаметно заснула рядом с Жаном и сейчас снова видит прежний кошмар. Но нет – все вокруг было слишком реально, да и на щипок тело отреагировало болью.
Неужели выхода нет? Она обречена? Как страшно! Как глупо!
Она заметалась. Затем помчалась по краю оврага, едва не падая. На какой-то сумасшедший миг ей вдруг показалось, что стоит добраться до другой его стороны – и она спасена. Еще немного, нужно просто не сдаваться!.. Подумаешь, сон! В реальности все может обернуться абсолютно по-другому, не превращается же Принц в оборотня, как в недавнем кошмаре.
И она была близка к спасению, очень близка. Но чертова ветка… Как и во сне, она появилась из ниоткуда и ударила в грудь, выбивая из легких дыхание.
Анна упала на землю, не в силах дышать, чувствуя в груди обжигающую боль, и поняла, что окончательно пропала.
А потом в ноздри ударил уже знакомый запах – запах мокрой шерсти и другой – еще более отвратительный, тяжелый, железистый, чуть сладковатый. Так пахнет свежая кровь…
…На ее щеку упала капля. Девушка не хотела открывать глаза, но уже физически не могла вынести эту затянувшуюся паузу. Теперь она желала одного – умереть как можно скорее.
Ресницы поднимались медленно, очень медленно, но Анна уже знала, что сейчас увидит. И не обманулась.
Волчья морда оказалась у самого ее лица. Красноватые дикие глаза смотрели равнодушно и от этого еще более страшно, с желтоватых крупных клыков стекала слюна, а вокруг пасти мех слипся от засохшей крови. Смрадное дыхание обжигало особым жаром и, Анне казалось, оседало на ее коже мутной серой пленкой.
Волк был чудовищным.
– Ну что, Красная Шапочка, – прорычал он хрипло, с трудом выговаривая человеческие слова, – ты уже не маленькая девочка и должна бы знать, как опасно гулять по Темному лесу. Как опасно вмешиваться в чужие сказки.
И тут она наконец закричала, срывая горло, захлебываясь собственным криком.
А потом изо всех сил всадила свой короткий меч в чудовище.
Волк утробно завыл, брызнула кровь, и мир окрасился в ярко-алый. Цвет крови…
Охотник выругался так витиевато, что оба оборотня покосились на него с уважением.
Он недооценил парнишку, регулярно совершающего отчаянные вылазки в его лес. Спускал ему мелкое браконьерство, считая безобидным. В свое время пришлось убить отца мальчишки и двух его старших братьев – ну, те-то были сами виноваты, а пацан казался безвредным – и вот, пожалуйста. Добро всегда наказуемо.
Маленький негодяй оказался не так-то прост. Прежде всего он не пошел в засаду, а затем сумел скрыть следы и спрятаться так успешно, что ни сам Охотник, ни его обладающие звериным нюхом помощники не нашли беглецов.
Как же хотелось придушить паршивца собственными руками до хруста в его тонкой цыплячьей шейке. Но увы!.. Злясь на себя, а заодно на весь окружающий мир, Охотник вынужден был отправиться к колодцу. Неприятно представать перед господином дураком, однако самому можно и не справиться, только напрасно потерять драгоценное время и, возможно, позволить девчонке добраться до замка. Ну нет, лучше уж унижение.
Во взгляде господина и вправду было великое презрение.
– Только не говори, что тебя провели неопытная девчонка и малолетка, – проговорил хозяин холодно, глядя ледяными глазами из водной бездны.
– Я виноват, ваше величество. – Охотник склонил голову. Он и не собирался оправдываться, считая оправдания самым жалким проявлением человеческих эмоций.
Водная гладь дрогнула.
Брызги холодной воды обожгли щеку Охотника, словно пощечина. Он дернулся, но накрепко сжал зубы.
– Послушай, мой храбрый, верный рыцарь, – снова заговорил господин, – если тебе не под силу справиться с девчонкой, только скажи, я возьму это на себя.
– Прошу о милости позволить мне выполнить свою работу. – Охотник не смотрел на темный силуэт, отражающийся в колодезной воде, он до сих пор чувствовал медленно стекающие по щеке холодные капли.
Ответ последовал только спустя долгие минуты:
– Они поднялись по реке, высаживаются на западе от замка.
После чего вода снова дрогнула и застыла, отражая только мрачное серое небо.
– Поспешим! – Охотник оглянулся на оборотней.
Те шарахнулись под его мрачным взглядом, ни один не выразил желания посмеяться над недавним унижением. Охотнику даже было жаль, что этого не произошло. С какой охотой он выместил бы свою боль и ярость на первом, у кого хватило бы мозгов на это напроситься!..
Они двигались быстро, наперерез, по знакомому лесу, но все же Охотник слегка нервничал, боясь упустить добычу.
– Нужен разведчик. – Он взглянул на своих спутников.
– Позвольте на этот раз мне. – Оборотень смотрел почти заискивающе. Для них побегать по лесу, ведя охоту, – редкое удовольствие.
– Иди, но без глупостей, – с неохотой согласился Охотник. Он бы лучше послал другого, но не стоит терять время на выяснение отношений. Каждая секунда на счету, ведь неизвестно, что еще придумает хитрый мальчишка.
– Хорошо, хозяин, – послушно согласился тот и, поспешно сбросив одежду, упал на землю, перекидываясь в звериную форму.
Рыкнув, гигантский уродливый волк скрылся в лесу.
Теперь они не должны упустить девчонку. Волк передвигается быстро, он успеет нагнать беглецов и проследить за ними, однако на душе у Охотника было неспокойно.
С этой девчонкой все шло не так, как нужно. Какая-то она оказалась неправильная. Это раздражало и беспокоило.
Оставшийся с ним оборотень чуял настроение Охотника и тоже нервничал, встряхивал головой, настороженно принюхивался.
Неизвестно почему, напряжение нарастало, и Охотник побежал. Он был уже близко от нужной части леса, когда услышал звонкий девичий крик, а сразу вслед за ним – утробный волчий вой. Оборотень рядом с ним тоже истошно завыл – так, что едва не заложило уши. Мигом сорвав с плеча лук, Охотник ускорил темп бега, его компаньон несся впереди, но оба пришли слишком поздно.
Опавшая листва у оврага была вся залита темной, почти черной кровью, и на ней, уставив к небу окровавленную морду, лежал мертвый волк.
Девчонки нигде не оказалось.
Глава 12
Домик на опушке
Руки и лицо покрывала отвратительная липкая кровь. Она попала даже на ресницы. Анну замутило, но Жан, неизвестно каким чудом возникший прямо посреди этого кошмара, уже тащил ее куда-то, повторяя какие-то слова, которые девушка не могла разобрать, так стучал в висках пульс, так кружилась голова.
Жан тащил и тащил ее, а потом вдруг изо всех сил ударил по щеке.
Анна заплакала от боли и неожиданной несправедливости.
– Сейчас здесь будет Охотник. Мы должны спешить! – сказал Жан, и девушка осознала, что опять понимает его слова.
Она потерла лицо, размазывая по щекам кровь и слезы.
– Ну давай же! Если не поторопишься, он убьет нас, даже не сомневайся. – Парень снова потянул ее за руку. – Ты прикончила оборотня, но с Охотником не справишься. Надо уходить. Ну понимаешь ты наконец?!
Девушка понимала. В голове слегка прояснилось. К счастью, ей удалось схватить свой короткий меч, разбрасываться оружием не стоило.
И они побежали – так быстро, как могли, несмотря на сопротивление живого леса. Несколько раз Анна падала, даже Жан однажды оказался сбит с ног, но они старались не сбавлять темпа. Девушка держалась из последних сил, в груди уже жгло, и саднило горло, а позади слышался треск – их настигали.
«Еще один», – поняла Анна, когда оглянулась и увидела темно-серый остроухий силуэт. Оборотень был ближе, чем она надеялась.
А еще она различила человеческую фигуру. Человек бежал, одновременно готовясь к выстрелу.
Пришлось вихлять, что позволило оборотню приблизиться еще больше.
Он уже торжествующе взвыл за спиной, когда они с Жаном неожиданно выскочили на небольшую круглую полянку, посредине которой стоял аккуратный дом с крышей, устеленной свежими еловыми ветками.
Оборотень, уже готовый вцепиться в Анну, вдруг затормозил всеми четырьмя лапами и остановился, словно налетел на невидимое препятствие.
В его отсвечивающих красным глазах плескалась отчаянная ярость, с клыков капала слюна, и тем не менее он не сделал больше ни единого шага, а только поднял морду к небу и тоскливо, как-то даже жалобно, с обидой завыл.
Охотник тоже остановился и опустил лук.
– Что это они? – удивленно спросила Анна у Жана.
Тот пожал плечами.
– Я никогда не заходил так далеко, – признался парень.
– Они не могут пройти, – послышался вдруг приятный женский голос. – Сюда нет ходу таким, как они.