Кэтрин Грей – Год без мужчин. Чему я научилась без свиданий и отношений (страница 30)

Он рассказал мне историю, как однажды попал на вечеринку на яхте и понял, что был парнем, который выглядел лучше всех, а его девушка выглядела хуже всех. Разумеется, именно тогда он осознал, что между ними все кончено. Я буквально не знала, что на это сказать, потому что потеряла дар речи и почувствовала себя героиней телепрограммы «Розыгрыш».

Мне пришлось попросить его перестать постоянно ныть про дождь: «Это Ирландия, и здесь всегда дождь, поэтому, пожалуйста, прими это как должное». Я рассказала, что ирландцы различают 11 «уровней» дождя, начиная от «плевок», «гнилой» и «как из ведра» до апокалиптического – «молотка». А сейчас не тянет даже на «плевок».

Он нравится мне уже совсем не так, как прежде, но я стараюсь не акцентировать на этом внимание, потому этот мужчина олицетворяет собой мое личное свершение. Мужчина, который хочет жениться и приехал из Сан-Франциско, чтобы спасти меня!

Я начинаю подозревать, что он социопат, после того, как он рассказывает мне, что, будучи подростком, «учился сопереживать», потому что не понимал, как это. Но я молчу о своих подозрениях, потому что хочу уехать в Сан-Франциско, в яркую круговерть сенсационного романа. И сочетаться браком на вершине Хаф-Доум в Йосемити, а потом поселиться в домике Викторианской эпохи в Твин Пикс и каждый день ездить на велосипеде и выходить на терренкуры (у нас в Великобритании мы просто выходим на прогулки, это так пресно).

А еще мне кажется, что он бабник, учитывая, что дважды, возвращаясь из туалета, я обнаруживала, что он оставляет привлекательной женщине свою визитку (конечно же, по работе, но я ни разу не видела, чтобы он давал визитку мужчине). Но я подавляю эти страхи, потому что хочу принять его предложение и часть года проводить в его доме в Париже.

Он открыто обсуждает, когда мы поженимся, за обедом в беседке у подножия водопада. Я заливаюсь краской. Он знает о моих тайных желаниях или не очень тайных, и это заставляет меня ощущать себя уязвимой, и разговор приводит меня в замешательство. Все происходит слишком быстро. Словно планировать тройничок еще до того, как мы успели впервые взяться за руки. (Для меня ощущение «слишком быстро» внове. Я образца 2013 года должна была бы обсуждать пригласительные на свадьбу.)

Через три дня отпуска, во время которых ему не понравилось ни одно увиденное природное чудо Ирландии (Дарк Хеджес, Дорога гигантов, водопады Гленарифф, Замок Гленвей), я бы скорее содрала с себя шкуру, чем провела бы с ним еще сколько-нибудь времени. Я начинаю огрызаться, закатывать глаза, тереть нос, зевать, когда он в миллионный раз рассказывает, как жил в Гарварде.

Я предлагаю провести вечер порознь, чтобы немного побыть наедине с собой, и отправляюсь на пробежку, наблюдая за своими противоречивыми эмоциями: прижать – оттолкнуть, довериться – убить, хочу – терпеть не могу. В моей голове болтается что-то похожее на несмешиваемую смесь масла и воды. Тем временем он надирается в пабе, «личное пространство» явно делает его несчастным. Он звонит своей бывшей, и они решают сойтись.

Он рассказывает мне об их примирении на следующий день, когда я возвращаюсь из туалета и вижу, как он дает визитку еще одной женщине. Говорит мне, что, перед тем как лететь в Ирландию, провел с ней неделю. Я думаю, что больше жалею ее, чем себя. Она думает, что он ездил развеивать прах, а не отправился в путешествие «давай-будем-трахаться-как-можно-больше-и-посмотрим-что-из-этого-выйдет».

Я раздавлена его откровением. А курсы массажа для пар? А терренкуры? Кто научит меня кататься на лыжах?

«Может быть, для нас еще просто не пришло время, – говорит он. – И мы сможем попробовать еще раз позже».

Мое новообретенное самоуважение поднимается внутри и топает ногой.

«Нет, это не для меня, – говорю я. – Эта дверь отныне заперта».

Несмотря ни на что, он пытается уговорить меня поехать на следующий этап нашего путешествия, в Дублин. Я возмущенно отказываюсь. «Хорошо, ты всегда можешь передумать по дороге», – великодушно говорит он. «Не передумаю!» – немедленно отвечаю я.

В последний час нашего совместного путешествия я замечаю, что он, очевидно, совершенно никак не впечатлен происходящим: ни нашим расставанием после четырех дней жизни парой быстрого приготовления, ни этой невероятно напряженной поездкой на машине. Он во все горло распевает песни из фильмов, словно на сцене. Мне кажется, будто до Колрейна меня подвез гребаный призрак оперы. Теперь я убеждена, что он социопат, который неспособен испытывать нормальные эмоции. Я не могу дождаться возможности вылезти из его машины.

В следующие дни я излечиваюсь от своего внезапного шока «больше не будет куриных крылышек по-луизиански», помогая моей второй маме с ее отелем. Я сижу рядом с греющимися на камнях острова Ратлин тюленями, которые сперва косятся на меня, но потом понимают, что я не более опасна, чем водоросли, и начинают дремать. Я драю ванную за ванной, а потом греюсь у огня и слушаю «смертельные» истории от остановившихся в отеле скалолазов.

Все это время я провожу с Энн и ее милой семьей, неподалеку от теплых духовок, обнимаюсь с их овчарками и чувствуя себя частью этой семьи, несмотря на то, что технически это не так. Такие эмоции испытываешь, когда тебя любят. Это чувство нежное, неторопливое и принимающее, не беспокойное ощущение, словно тебя подхватило – и немедленно бросило оземь – торнадо.

Я ищу в Интернете ответы, почему все это случилось со мной, и понимаю – вполне возможно, что я путешествовала с классическим нарциссом. Его отличительные признаки: сперва чрезмерная бомбардировка любовью, а потом внезапный разворот, когда они бросают и обесценивают вас. Там не было сказано ничего о мелодраматическом пении песен из фильмов, но уверена, что это тоже свойственный им признак.

Это чувство нежное, неторопливое и принимающее, не беспокойное ощущение, словно тебя подхватило – и немедленно бросило оземь – торнадо.

И все же почему я хотела выйти за того, за кого на самом деле не хотела выйти. Что произошло? Не понимаю! Он выносил мне мозг, так почему я хотела подписаться на то, чтобы кто-то всю оставшуюся жизнь это делал? На жизнь с человеком, с которым я не стала бы даже дружить?

Поздравляем! Вы выиграли в лотерею! Ваш приз – пятьдесят лет с тем, кто назвал волшебную Ирландию «разочаровывающей», или воротит нос от вкусной еды в пабе, ворча, пытается найти через Yelp мишленовский ресторан в Донегале, или в пятый раз рассказывает вам, каков годовой оборот его компании.

Хотеть выйти за него – все равно что хотеть быть руководителем компании и работать там вечно, хотя вам не нравится их миссия, или персонал, или кофе, или здание, или манера взаимодействия внутри компании, или что-там-может-быть-еще.

Теперь я поняла: люди – включая меня – делают так все время. Мы хотим замуж за людей, за которых не хотим выйти. Или хотим «быть замужем», даже если на самом деле мы не хотим замуж ни за кого.

Недавно я сидела за накрытым по поводу дня рождения столом с тремя очень достойными одинокими и весьма успешными женщинами в возрасте под сорок. Мы говорили о том, что Sadie недавно объединился с Soho House и Groucho Club. «Там полно подходящих мужчин, – сказала Изабелла, радостно потирая руки. – Мы собираемся пойти туда на охоту за мужьями». Я представила их в боевой раскраске, с копьем наперевес, беззвучно крадущимися по мягкому толстому ковру Groucho.

Я предложила: «Разве мы не можем сосредоточиться на том, чтобы просто быть счастливыми и жить своей жизнью, вместо того чтобы охотиться на мужей?»

«НЕТ! – сказала Изабелла. – Я уже была счастливой и жила собственной жизнью, а сейчас я хочу ВЫЙТИ ЗАМУЖ!»

Мне это понятно. Я была такой же и знаю, откуда у всего этого ноги растут. Иногда на меня опять находит, но ведь это безумие. Вот мы сидим, управляющая хедж-фондом, байер модного дома, писатель и телевизионная ведущая, и говорим об охоте на мужей. Можете себе представить подобную группу мужчин, обсуждающих «охоту на жен»? Не-а.

Уроки, которые я выучила заново

1. Взрывоопасные отношения – плохой знак.

(Хорошо, я понимаю, что учила этот урок несколько раз за последнюю дюжину страниц. Знаю-знаю, уймитесь, не надо больше об этом говорить… Давайте сменим тему, пожалуйста… Святые небеса, это белка на доске для серфинга? *Указывает вдаль и убегает*)

2. Хотеть выйти замуж только для того, чтобы быть замужем, – безумие. Мы должны хотеть выйти замуж, потому что мы встретили человека, без которого не можем жить. Потому что мы в отношениях, которые не хотим заканчивать. Одно вытекает из другого. Но мы желаем быть замужем даже до того, как мы встретили конкретного человека.

Это безумие, абстракция и не имеет смысла. Так что лично я собираюсь прекращать это по мере сил.

Глава, в которой я чувствую себя самым одиноким человеком на планете

Январь 2018

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Мы с мамой едем в отель, а за нашей машиной бежит свора собак, которая и не думает отставать (словно они на задании). (В голове у меня крутится саундтрек из «Маленького бродяги»: «Вот голос, который зовет меня, вниз по дороге, где я буду всегда».)

Почему иностранные собаки так умно ведут себя на дороге, тогда как британские – неописуемые болваны, которые будут выскакивать на дорогу при первой же возможности? Британские собаки определенно не способны выжить в дикой местности, их навыки жизни на улице по сравнению с собаками-иностранцами – все равно что собачий эквивалент Мистера Бина в сравнении с Беар Гриллсом[28]. Мы видим розово-красную вывеску «Сантехники Ромео». Я указываю на нее. «Выглядит так, будто можно получить больше, чем рассчитываешь», – говорю я. «Ты – возможно, но я, думаю, в безопасности», – говорит моя шестидесяти-с-чем-то-летняя мама, и мы начинаем хохотать.