Кэтрин Блэр – Манящая тень (страница 19)

Она берет со столешницы металлическую лопатку и поднимает ее над головой.

– Убирайся отсюда, ты, никчемный кусок дерьма!

Пульсация в моей ладони становится сильнее, и я испытываю желание дернуть на себя. Вырвать из него этот кошмар.

Но что-то останавливает меня – всего на мгновение.

Должно быть что-то другое. Что-то менее… ужасное. Я закрываю глаза и роюсь в его темных уголках в поисках других страхов. Вижу клоуна, плюшевого мишку с красными глазами и вид из окна двадцатого этажа. Все эти варианты лучше той женщины – женщины, которая сломала его, когда он был слишком юн, чтобы дать отпор. Я пытаюсь ухватиться за клоуна – да поможет нам бог, – но у меня не получается.

Он постоянно ускользает, и на его месте оказывается женщина.

Карл подхватывает меня и швыряет на мат. Я вся сжимаюсь от боли, воздух со свистом выходит из легких. С пару секунд я просто корчусь на мате, прежде чем в мою грудь, в самый подходящий момент, проникает столь необходимый воздух.

Карл опускает жало, и оно вонзается в матрас с пружинами, как в масло. Прямо в то место, где находилась моя голова.

Он собирался ужалить меня в лицо? Ладушки. У меня нет времени беспокоиться о его детских травмах. У меня даже нет времени беспокоиться о том, что я могу натворить, если выпущу свою магию на свободу. Это место – яма, полная чудовищ, так что мне нужно быть чудовищнее их всех. Я поднимаюсь на ноги и цепляюсь за Карла. Он пятится, когда моя магия ухватывается за тошнотворное чувство в его груди – жестокая мать. Интересно, знает ли он, что я нашла? Поскольку, когда он смотрит на меня, из его изумрудных глаз испаряется все бахвальство. Остается лишь чистый ужас. Испуганный ребенок. Моя решимость дает слабину, и я снова пытаюсь найти что-то другое, что угодно! Но больше ничего нет. Карл щерится и переходит в атаку. Я уклоняюсь, но он делает мне подножку. Я лечу на пол, мои зубы впиваются в губу. Затем со вскриком перекатываюсь на спину, а Карл вытягивает руку. Жало летит прямо мне в грудь, мое тело замирает.

Я стучу по мату, и Карл останавливает жало в сантиметре от меня.

«У нас есть победитель! Карл!»

И вот так просто… я проиграла. Все закончилось еще до того, как успело начаться.

Я поднимаюсь на ноги; девушка Карла запрыгивает на ринг и обвивает его талию ногами, пока он поднимает руки в знак победы.

Я ковыляю к выходу из клетки, становлюсь на первую ступеньку, но теряю равновесие. Кто-то подхватывает меня за талию. Я поднимаю взгляд, и Сэм помогает мне спуститься с последних трех ступенек.

– Помедленней, – тихо говорит он, усиливая хватку.

Карл поворачивается.

– Эй, блондиночка! Похоже, тебе никто не сказал, но это одно из тех занятий, в которых не победить, стоя на коленях.

Сэм становится передо мной, но тут к нам присоединяется Олдрик и берет обоих парней за плечи.

– Успокойтесь. Карл, ты и так победил, хватит вести себя как придурок. Теперь ползи в свою лачугу и расскажи всем трем своим фанаткам, как ты избил новенькую в ее первый день. Уверен, это обеспечит тебя компанией на ночь.

– Отвали, Олдрик, – отвечает Карл, но его улыбка тает, когда он отворачивается.

На ринг вызывают следующих бойцов, и пока зрители беснуются, я проскальзываю в толпу. Мое тело кричит при каждом шаге, но это пустяки в сравнении с разъедающим сердце разочарованием.

Я слышу, как Сэм выкрикивает мое имя, но его голос теряется во взрыве аплодисментов, когда начинается следующий бой. Я беру рюкзак, который ранее спрятала под трибунами, и выхожу в коридор. Не знаю, куда иду, но достаточно и того, что я просто двигаюсь.

Вряд ли я искренне полагала, что выиграю. Мне не верилось, что я смогу пробить себе дорогу через всех тех аномалов. Возможно, часть меня даже испытывает облегчение – и это хуже всего. Если бы я победила в турнире, то вернулась бы домой, но я не обдумывала всерьез, что это подразумевает. Мне бы пришлось увидеть последствия своих действий – пусть я и пришла, чтобы все исправить. Мне пришлось бы объяснить свое исчезновение посреди ночи. Пришлось бы взять на себя ответственность за то, что я сделала своей семье. Не моя магия. Я. Моя магия причинила им вред, но я ей позволила.

Я выхожу через заднюю дверь в темную дождливую ночь. Ну кто бы сомневался! Натягиваю капюшон на голову. До улицы шагов двадцать, позади – океан. На углу есть заправка, рядом – автосервис и магазин, так что мой план пойти на автобусную остановку летит ко всем чертям. Не то чтобы это имеет значение. Мой автобус уехал час назад.

Дверь позади меня открывается.

– Веспер?

– Я не хочу об этом говорить, – бросаю я через плечо. От любых движений тело пронзает боль.

Сэм придерживает дверь ногой и прячет руку в свою зеленую армейскую куртку.

– Возвращайся внутрь, тут жутко холодно.

Только сейчас я замечаю, что насквозь промокла. Я возвращаюсь под навес, но внутрь не захожу. Просто нет никакого смысла мокнуть под дождем, пока у меня не появится новый план. Скрещиваю руки на груди.

– Слушай, я понимаю, каково это. Мне столько раз надирали зад, что и не сосчитать, – говорит Сэм.

Серьезно? Ты знаешь, каково потерять единственный шанс восстановить свою разрушенную жизнь? Сомневаюсь.

– Я не хочу об этом говорить, ладно? Это было глупой идеей, и теперь я ухожу.

Он выходит наружу, позволяя двери закрыться за собой. Я издаю бессвязный звук, протягивая к ней руки, но она слишком тяжелая и успевает захлопнуться.

– Отлично, теперь нам не войти, – рычу я, глядя на Сэма с обвинением в глазах.

– Ты вроде и так не собиралась возвращаться, так что я никому не навредил, кроме себя.

– Я не просила о твоей помощи, – тихо отвечаю я, имея в виду не только сегодняшний день. Не знаю, почему он решил мне помочь во время боя, но каждый раз, закрывая глаза, я вижу его напряженное лицо и то, как он глядит на меня сквозь металлическую сетку.

Когда я упоминаю тему, вокруг которой мы так долго кружили, Сэм отводит взгляд. Только он собрался что-то сказать, как я его перебиваю.

– Откуда ты знаешь об этом месте? – мой голос понижается, хотя рядом никого нет. – Откуда ты знаешь об аномалах?

– У меня есть друг со… способностями, – отвечает он, потупив взгляд.

– Ординары не должны ничего знать, – неубедительно утверждаю я.

– Не знаю, заметила ли ты, но в последнее время многое изменилось.

Крики зрителей настолько громкие, что сотрясают дверь.

– Чего ты хочешь, Сэм? – Я наконец нахожу слова, чтобы выразить те мысли, которые не давали мне покоя с момента нашей встречи.

– Убедиться, что с тобой все в порядке.

– В порядке, – слишком быстро выпаливаю я.

Никто тебе не поверит, если говорить слишком быстро. Он это знает. Сэм прищуривается, будто ждет, пока я передумаю и скажу правду. Я пожимаю плечами, и момент затягивается. Толпа внутри ревет, и я встречаюсь взглядом с Сэмом. Что он тут делает?

– Так твой друг познакомил тебя с большим и соблазнительным миром отчаянной, чудаковатой молодежи, пытающейся убить друг друга, и ты пристрастился к этому?

– Нет. Все не так, как тебе кажется.

– О, моя любимая фраза. Потому что обычно все как раз так.

Я выхожу обратно под дождь. Сэм идет следом.

– Я понимаю, что ты не хочешь этого слышать, но у тебя есть потенциал, Веспер.

Я ничего не могу с собой поделать. Меня распирает от смеха.

– Неужели? И что натолкнуло тебя на эту мысль? Когда я буквально бежала от своего противника или когда он прижал меня к полу?

– Я серьезно. Это был твой первый бой, верно? Могу поспорить, до сегодняшнего дня ты даже клетки не видела. Может, остановишься на секунду?

Я дохожу до улицы и нажимаю кнопку на светофоре, а Сэм догоняет меня.

– Господи, что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое?! – Я резко поворачиваюсь к нему. – Мы не друзья. И даже не знакомые. Я хотела кое-что попробовать и с треском провалилась. Это не первый раз, когда я выставила себя идиоткой, и явно не последний. А теперь мне пора в новый город.

Я поднимаю руку над головой, показывая вперед, а другой снова нажимаю на кнопку.

– И почему ты это сделала? – спрашивает он.

Я замираю, ответ крутится на кончике моего языка, но я проглатываю его.

– Ради миллиона долларов, – легкомысленно отвечаю я. Звучит неправдоподобно, но надеюсь, он этого не заметит. – Я готова на гораздо более ужасные поступки ради таких денег, Сэм. Как и большинство бездомных бродяжек – вот так шок! А теперь я хотела бы зализать свои раны в одиночестве.

На светофоре загорается зеленый свет, и я начинаю переходить улицу.

– И где ты планируешь их зализывать? – кричит он мне в спину.

Я оборачиваюсь, мои мокрые волосы взметаются вокруг лица. У перехода останавливается одинокий грузовик. Его фары высвечивают расстояние между нами с Сэмом.

Я молчу, и это сам по себе ответ.