Кэтрин Белтон – Люди Путина. О том, как КГБ вернулся в Россию, а затем двинулся на Запад (страница 97)
— Если Дональд Трамп победит, он похоронит Евросоюз, — сказал Александр Темерко, у которого были тесные связи со сторонниками Брекзита в Британии. — На этом Трансатлантический альянс закончит свое существование.
Глава 15
Сеть и Дональд Трамп
Вы, которые на Западе, вы думаете, мы играем тут в шахматы. Но вам никогда не выиграть, потому что мы никогда не играем по правилам.
Однажды советского агента закинули в Англию, и у него вдруг кончились деньги. Его привели в клуб игроков в покер, и, чтобы спасти ситуацию, он решил сыграть. Он заметил, что в Англии при игре в покер никто не смотрит на карты. Все верят слову джентльмена. Он выигрывал раз за разом, потому что никто смотрел в его карты. Он выиграл огромные деньги. Так и здесь.
В ноябре 1990 года в казино «Тадж-Махал» в Атлантик-Сити Шалва Чигиринский познакомился с Дональдом Трампом. К тому моменту Шалва уже три года прожил на Западе. Он уехал из России еще до развала Союза — правительство позволило ему воссоединиться с женой, гражданкой Испании: она выросла в СССР, а затем, в начале восьмидесятых годов, уехала на волне репатриации. Однако, как признавался сам Чигиринский, этот брак был фиктивным. Задолго до отъезда из СССР он подружился с двумя выдающимися деятелями советской внешней разведки и рассказал им, что из-за махинаций на черном рынке попал под прицел КГБ. За ним неустанно следили, за пять лет он ни разу не воспользовался телефоном. Так он завел приятельские отношения с разведчиком Евгением Примаковым и бывшим главой советской военной разведки в США Михаилом Мильштейном, которого называл Профессором и частенько бывал у него в гостях.
— Он был генерал и мой друг, — сказал мне Чигиринский. — Он меня очень любил, а я любил подискутировать с ним на исторические темы.
Этнический грузин Чигиринский, харизматичный мужчина с гривой черных волос, учился в Москве на врача и параллельно занимался контрабандой антиквариата — продавал на Запад старинные иконы, картины и другие ценности. В то время как агенты КГБ преследовали его за операции на черном рынке, ведущие умы внешней разведки были к нему благосклонны и не препятствовали его выезду на Запад. Ситуация отражала принципиальный раскол в советских спецслужбах: если прогрессивно мыслящие круги готовились к переходу на рыночную экономику и считали, что это единственный способ выжить в противостоянии с Западом, то старая гвардия сопротивлялась любым переменам. Прогрессивные силы начали создавать на черном рынке агентурные сети и переправлять через них на Запад сырье и антиквариат. Для этого пришлось обратиться к организованной преступности. Бандиты, в свою очередь, на волне эмиграции на рубеже 1970-1980-х годов отправляли за границу своих людей, те открывали торговые представительства в Австрии и Швейцарии, а затем проникали далее на Запад. Люди из спецслужб типа Примакова из Московского института мировой экономики и Михаила Мильштейна из Института США и Канады руководили продвижением реформ. Когда под давлением этих реформ Советский Союз рухнул, а активы мощным потоком устремились на Запад, выяснилось, что люди из КГБ успели подготовиться.
Агенты уже работали на местах, а агентурные сети по переправке наличности находились под их полным контролем.
Чигиринский отрицал любую причастность к этому процессу. Однако, строя карьеру по ту сторону «железного занавеса», он по-дружески общался с определенным кругом людей, и у некоторых это вызывало вопрос: не было ли у него поддержки в самых верхах? По словам Чигиринского, в первые месяцы после отъезда из СССР в 1987 году он жил в нищенских условиях:
— Два месяца я спал на полу в квартире у друга.
Однако в том же году он учредил первое советское совместное предприятие. Он арендовал квартирку на главной улице Западного Берлина Курфурстендамм, аккурат над казино, которым владели советские эмигранты, и вскоре стал завсегдатаем роскошных залов ближайшего отеля «Бристоль», обзавелся полезными знакомствами и подружился с советским консулом Рудольфом Алексеевым, а в год падения Берлинской стены в компании Алексеева и других высокопоставленных советских чиновников присутствовал на праздновании Дня победы в Шпандау.
К моменту знакомства с Дональдом Трампом в 1990 году Чигиринский преуспел. Его совместное предприятие, как и многие компании тех времен, сначала занималось продажей компьютеров, затем строительством. Заручившись одобрением покровителей из советского МИДа, Чигиринский получил контракт на строительство в Москве первого бизнес-центра для иностранных компаний — офисы должна была занять французская энергетическая фирма Elf Aquitaine. МИД, в свою очередь, имел возможность не только пристально следить за иностранными арендаторами, но и получать от них кругленькие суммы. Чигиринский к тому моменту обзавелся завидным состоянием и перешел в категорию крупных игроков. Ему очень понравилось казино «Тадж-Махал» в Атлантик-Сити — 39этажный дворец с куполом и золотыми канделябрами. Игровые залы с сотнями столов перемежались с комнатами отдыха, барами и ресторанами.
— Впервые я увидел его в три часа утра, — вспоминал Чигиринский. — Внезапно в зале появился Трамп, и с ним — еще человек сорок. Мы уже провели там несколько дней, а он приходил каждую ночь часа в три-четыре. Это был уникальный проект. Огромные вложения. Трамп потратил уйму денег. Он был привлекательным мужчиной — ухоженный, энергичный. Мы играли в казино, к тому моменту у нас были уже большие деньги. Трамп показал нам «Тадж-Махал», показал, где хранились наличные, сейфы, компьютеры. Он там жил, и вокруг него всегда крутились красивые женщины.
Зародившаяся в ту ночь дружба Чигиринского с Трампом положила начало отдельной агентурной российской сети, в которой работали разведчики, магнаты и представители ОПТ. С тех пор все они тем или иным образом поддерживали отношения с Трампом, например, грузин Тамир Сапир, его бизнес-партнер Сэм Кислин и азербайджанец Арас Агаларов — последний еще до падения Союза учредил несколько совместных советско-американских предприятий и торговых фирм. Все они вошли в разветвленную сеть, а само ее существование стало очередным свидетельством деятельности всемогущих структур, оперирующих черным налом и созданных в последние годы советского режима. Некоторые из них впоследствии работали в строительных фирмах Трампа. Ему помогли выпутаться из финансовых неурядиц, предложили выгодные контракты на строительство в Москве, а в 2013 году Агаларов взялся за организацию принадлежавшего Трампу конкурса «Мисс Вселенная». По словам Юрия Швеца, именно эти люди помогли «спасти Трампа от банкротства».
Про потоки денег, вливавшиеся через эту сеть в бизнес Трампа, известно еще далеко не все. Между Trump Organization и Конгрессом до сих пор идут судебные разбирательства, и пока нет понимания, какие конфиденциальные документы следствия будут раскрыты. Но, тем не менее, уже появились некоторые свидетельства того, что Москва пыталась влиять на Трампа. Агаларов, Сапир и Кислин стояли у истоков эксперимента КГБ с перекачкой денег на Запад. Они курсировали между российскими спецслужбами и бандитами, которые использовали друг друга в своих интересах. Про Чигиринского ходили слухи, которые он сам, конечно, отрицал, о его связях с Солнцевской ОПГ. Группировка появилась в конце восьмидесятых годов, имела связи в правительстве Москвы и считалась одной из самых могущественных в России. При переправке на Запад комитетских и криминальных денег с ней тесно сотрудничал Семен Могилевич. И хотя Чигиринский всегда отрицал свою связь с организованной преступностью, он признался в том, что был знаком с Могилевичем и его ближайшими соратниками.
В ту ночь Чигиринского с Трампом познакомил видный игрок в индустрии казино Атлантик-Сити адвокат Мартин Гринберг. Именно он работал над законом об игорном бизнесе в Нью-Джерси в начале восьмидесятых годов, затем стал президентом одного из крупнейших казино штата — «Голден Наггет». Гринберг познакомился с Чигиринским в 1989 году, когда прогрессивные люди из внешней разведки ударными темпами начали перевозить «золото партии» в заграничные укрытия. Он участвовал в переговорах с Чигиринским вместе с помощником генпрокурора Альфредом Лучиани, который также разрабатывал игорные законы для штата Нью-Джерси, а затем занял место вице-президента «Голден Наггет». Слухи о баснословном богатстве Коммунистической партии дошли и до Америки. Эти трое встретились в Ялте и обсудили потенциальные инвестиции, включая строительство казино в Крыму. Однако Чигиринский сказал:
— Американцев интересовали также инвестиции в их собственные казино. Они наслушались мифов о «золоте партии» и заявили, что казино — это отличные инвестиции.
Чигиринский утверждал, что по итогам переговоров никаких инвестиций сделано не было. Однако вскоре после этого он вместе с сыном своего друга-разведчика отправился в Атлантик-Сити. Гринберг пригласил их в «Тадж-Махал» и познакомил с Трампом. К тому времени Чигиринский вел совместный бизнес с сыном Михаила Мильштейна Вадимом. Экономист по образованию, он открыл бюро переводов, которое выглядело как подставная фирма, а его бизнес-партнерами были член элитного подразделения КГБ «Альфа» и бывший советский посланник в ООН.