Кэтрин Белтон – Люди Путина. О том, как КГБ вернулся в Россию, а затем двинулся на Запад (страница 94)

В Италии у Путина был давний друг Сильвио Берлускони. Они вместе отдыхали на Сардинии, а Берлускони частенько навещал российского президента в его резиденции в Сочи. Берлускони тоже был связан с агентурной сетью, занимавшейся финансированием операций влияния и существовавшей с советских времен. В конце восьмидесятых годов его медиахолдинг «Фининвест» получил от телевизионной корпорации эфирное время для показа итальянских фильмов. Берлускони также тесно сотрудничал с банкиром Антонио Фаллико, знакомым со схемами финансирования Компартией зарубежных операций изнутри. Его Intesa Bank продолжал оказывать финансовую поддержку путинскому капитализму. Когда парламент Италии установил попытку отправки денег Берлускони через посредническую фирму «Газпрома», политики из его партии и оппозиции заявили послу США в Риме, что это не единственная кремлевская схема, использованная Берлускони ради личной выгоды.

Об этих отношениях, впрочем, было известно довольно давно. Однако активность России на Западе определенно вступала в следующую фазу. По всей Европе Малофеев продвигал ультраправую популистскую повестку и призывал восстать против либерального истеблишмента. В июне 2014 года он провел конференцию правых сил в Вене: племянница Марин Ле Пен Марион непринужденно общалась с лидерами австрийской правой Партии свободы и болгарской ультраправой партии «Атака», а также с Сержем де Паленом. Малофеев всегда утверждал, что продвигает религиозные ценности, поддерживает и защищает христиан, а не политиков. Однако его союзники обнаружились и в набиравшей силу радикальной левой партии «Сириза» в Греции, которая пришла к власти в 2015 году. Утечка электронной переписки свидетельствовала о том, что стратегию и РЯ-кампанию партии разрабатывал соратник Малофеева Александр Дугин. Малофеев завел также тесные знакомства с правоцентристами — «Независимыми греками» во главе с ярым националистом и министром обороны Паносом Камменосом. Он часто наведывался в Москву и имел близкие отношения с Малофеевым, а его Институт геополитических исследований в Афинах подписал «договор о взаимопонимании» и сотрудничестве с влиятельным российским Институтом стратегических исследований. Афинский институт также тесно сотрудничал с учреждением Наталии Нарочницкой в Париже и фактически служил отделением российской внешней разведки.

В марте 2014 года США и Европа ввели санкции против России, однако ее подрывная деятельность не остановилась ни на секунду. Наоборот, Россия только усилила свои попытки расколоть Запад. Альянс с Италией укреплялся: как выяснилось, еще один партнер Малофеева плотно сотрудничал с Джанлукой Савоини — первым помощником главы ультраправой партии «Лига Севера» Маттео Сальвини. Они учредили культурную ассоциацию «Ломбардия — Россия», которая поначалу занималась пропагандой ультраправых взглядов Кремля, а затем провозгласила своей целью «изменение всей Европы». Для Савоини нефтяные сделки Кремля служили средством финансирования предвыборной кампании «Лиги Севера». Вначале о сделках договаривались с неизвестной нефтяной компанией «Авангард», которая, согласно расследованию итальянской газеты Ь,Езргеззо, была зарегистрирована по тому же адресу, что и московский офис Малофеева. Затем Савоини заговорил о переправке десятков миллионов евро для нужд партии посредством продажи нефти из «Роснефти» через посредников итальянской фирме Eni. Эти операции ничем не отличались от прежних сделок по иностранному финансированию, когда КГБ действовал от имени КПСС. Нефть по заниженной цене продавалась через посредников, что позволяло им удерживать разницу и переправлять выручку (примерно 65 миллионов долларов в течение года) в казну «Лиги Севера». Об этом сообщило издание BuzzFeed.

— Финансирование было организовано точно так же, как через «дружественные фирмы», — сказал офицер КГБ, причастный к нефтеторговым сделкам советской эпохи.

Сальвини утверждал, что сделка не состоялась. Однако его помощник Савоини был уверен, что альянс, созданный в результате этой сделки, станет точкой опоры для пророссийской коалиции по всей Европе. Об этом свидетельствовали расшифровки их обсуждений, опубликованные BuzzFeed.

— Новая Европа должна быть ближе к России — мы хотим сохранить суверенитет. Мы не должны зависеть от решений, принимаемых брюссельскими или американскими иллюминатами. Сальвини — первый человек, кто захотел изменить всю Европу. Вместе с нашими союзниками, — сказал он и перечислил другие ультраправые прокремлевские партии — австрийскую «Партию свободы», немецкую «Альтернативу для Германии» и «Национальный фронт» Марин Ле Пен во Франции. — Мы действительно хотим создать с этими пророссийскими партиями мощный альянс.

Чтобы выйти из-под санкций, Россия не стала следовать западному либеральному порядку, а попыталась откупиться. Однако в процессе изменились и сами цели. Теперь люди Путина хотели укрепить пророссийский блок внутри Европы и перекроить политический ландшафт всего континента. При этом многие ультраправые политики с радостью готовы были воспользоваться кремлевским черным налом и возможностями влияния. После публикации видео с пьяной вечеринки на вилле в Ибице вице-канцлер и лидер австрийской Партии свободы Хайнц-Кристиан Штрахе был вынужден уйти в отставку. На видео он просил политической поддержки у женщины, которая якобы является племянницей российского газового магната. Штрахе предлагал выгодные государственные контракты, а в обмен хотел получить поддержку на выборах, в том числе публикации в крупнейшей австрийской газете Kronen Zeitung, которую предполагалось купить и сделать пророссийской.

Со своими прозападными магнатами Путин и его люди разобрались гораздо раньше. В марте 2014 года, сразу после введения санкций, Путин провел закрытую встречу с ведущими промышленниками. Один из них попытался объяснить, что после выхода России на мировые рынки нахождение под санкциями будет для нее губительным. При этих словах сидящий за столом Путин сжал кулаки и заявил: ему плевать, нравится это им или нет. «Будет так», — сказал он. Все это описал женевский партнер одного из присутствовавших на встрече олигархов. Вероятно, магнаты были огорчены, но выбора у них не оставалось, и они вынужденно согласились. После аннексии Крыма страну охватила патриотическая эйфория.

По словам друзей Тимченко, обнаружив себя в секционных списках США, он погрузился в глубокое отчаяние, так как всегда мечтал вести международный бизнес. И хотя в европейских санкционных списках его не было, он, опасаясь «провокаций» со стороны США и даже, вероятно, ареста, — по сообщениям, Министерство юстиции США инициировало расследование по отмыванию денег, — он собрал вещи. покинул свой роскошный особняк на берегу Женевского озера и двинулся на восток, в Китай, где при содействии своего женевского адвоката Алена Бионды начал укреплять связи с китайским руководством. Его частный самолет СпН^геат стоял на приколе из-за санкций (пилоты не могли пользоваться навигационными картами, а американская корпорация ОпНъПеат аннулировала контракт на обслуживание судна). Однако, если не считать этого, бизнес продолжал развиваться.

Тимченко вращался в политических кругах Запада и, вероятно, был предупрежден о внесении его в санкционные списки США. За несколько дней до анонсирования санкций в женевском офисе Бионды собралась небольшая группа сотрудников. Они работали допоздна — нужно было срочно реструктуризировать холдинговую компанию одного из российских клиентов.

— На месте была вся команда, — сказал один из присутствовавших. — В кабинетах висел дым от сигар. Один из клиентов очень переживал из-за санкций. Ему сказали, что его имя внесено в расширенный список.

Бионда отрицал факт связи этой активности с делом Тимченко, однако когда на следующий день объявили о санкциях, нефтеторговая компания Тимченко Оппуог была к ним готова: Тимченко продал свою долю в компании шведскому бизнес-партнеру Торбьорну Торнквисту. Так что Gunvor продолжал деятельность, несмотря на санкции. По словам партнера Бионды, сделка по сути являлась «подставной операцией»:

— Пока о сделке объявлено не было, все кредитные линии были заморожены. Но как только стало известно о продаже акций, проблемы испарились.

Тимченко сказал, что Бионда не имел отношения к транзакции и переговоры о продаже начались задолго до санкций, а любое предположение о «подставной операции» в корне неверно.

Из-за санкций его жизнь существенно усложнилась. Банковские счета пришлось открывать в Китае и Гонконге. Проводились реструктуризации. Вероятно, опасаясь возможных проверок в отношении связей с Тимченко, Жан Гучков тихо ушел с поста главы отдела по работе с частными клиентами в женевском банке Société Générale.

— Сегодня такие связи грозят уголовной ответственностью, — сказал его партнер.

Однако санкции не остановили бизнес: женевские финансисты продолжали проводить свои операции влияния. Например, Бионда имел выходы на титанов мировой энергетической индустрии и кое-что знал об их частной жизни — одной из его компаний принадлежала доля в гоночной команде Формулы-1 Lotus Cars.

— В Шанхай и Сингапур руководители нефтяной промышленности обычно приезжают с любовницами, это правило хорошего тона, — сказал женевский финансист.