Кэти Свит – Ребенок из прошлого. Шанс на семью (страница 27)

Вот и как мне рядом с ней эту ночь прожить?

– Двигайся, – произношу, принимая решение. Ложусь рядом.

Ну, Игнатов. Теперь уж точно держись!

Глава 26. Марина

– Доброе утро! – бодрым голосом произносит Кирилл.

Я с трудом разлепляю глаза. Спать хочу жутко.

А Игнатов весь такой проснувшийся и бодрый. Ну почему так бывает всегда?

Почему я на новом месте никогда не могу нормально поспать, вечно со мной что–нибудь происходит. Вот прям как сегодня.

В памяти снова всплывает ночной кошмар, и тело покрывается липким потом.

– Утро добрым не бывает, – бурчу, переворачиваясь на другой бок. Меня до сих пор потряхивает после испытанного ночью страха.

Игнатов смеется.

– Бывает, еще как, – заверяет и снова тормошит меня.

– Пожалуйста, дай поспать еще минутку, – умоляю.

Мне снова приснился тот страшный сон, от которого я уже несколько лет не могу избавиться. Он меня добивает.

Благо, Кирилл был рядом, и только с его присутствием в комнате мне удалось уснуть. В противном случае, я бы маялась до самого утра и дрожала от страха.

– Никакой минутки, – выдает безжалостно. – Вставай давай, – добавляет строго.

– Не–а, – зарываюсь головой в подушку.

Но разве можно спрятаться от Игнатова? Да нифига!

Он берет и сдирает с меня одеяло.

– Кирилл! – тут же подскакиваю на кровати и возмущенно смотрю на него. Мой взгляд пылает.

– Что? – нахально выгибает бровь.

– Нельзя так с девушками, – заявляю, упрямо поджав губы.

Игнатов молчит. Исподлобья смотрит на меня и ухмыляется.

– А как надо? – спрашивает спустя некоторое время.

Понимаю, в какую сторону у нас идет разговор, и сонливость тут же испаряется, словно ее и не было.

– Никак, – бросаю недовольное ему, поднимаюсь с кровати и спешу в ванную. Надеюсь, моя одежды уже высохла.

Кое–как привожу себя в порядок, причесываюсь обычным гребешком и при помощи воды немного приглаживаю свои распушившиеся волосы.

Смотрю на себя в зеркало, проверяю телефон и печально вздыхаю.

Пора уезжать.

– Я готова, – отзываюсь намеренно бодро и весело, выхожу в коридор.

– Иди сюда, – зовет меня Кирилл. – Готова она, – ухмыляется. – Завтракать разве не будешь?

Подхожу к кухне и застаю Игнатова у плиты. Сексуальнее ничего прежде я не наблюдала.

Вот почему, когда мужчина готовит, он выглядит невероятно шикарно? Аж все трепещет внутри.

Я не понимаю

– У меня времени нет, – признаюсь. – Первая пара через час уже.

– Значит раскладывай по тарелкам омлет, а я пока сделаю нам обоим кофе, – отрезает.

Спорить с Игнатовым – бесполезное дело, и я молча отставляю в сторону свой рюкзак. Еще раз мою руки и принимаюсь помогать накрывать на стол.

Вдвоем мы с этим справляемся быстро.

– Как Евочка? – интересуюсь у него. Я очень сильно переживаю за малышку.

– Хорошо, – успокаивает меня. – Ева в реанимации, за ней неустанно следят.

– Евочка идет на поправку? – не скрывая волнения, задаю наболевший вопрос.

Перед глазами снова встает ужасающая картинка…

– Она стабильна, анализы в норме, – аккуратно уходит от прямого ответа Кирилл. – Марин, – накрывает своей широкой ладонью мою руку. – Мы делаем для нее все, – произносит с надрывом. – И даже чуточку больше, – подмигивает приободряя.

– Знаю, – киваю.

Мне, как никому другому, известно, насколько сильно Кирилл рисковал ради Евочки. Какие проблемы его могут ждать из–за проведенной операции, какие трудности могут возникнуть дальше.

Ведь если Борис или Светлана откажутся оплачивать лечение девочки, то в частном центре вряд ли будут и дальше содержат такого пациента.

А там такие цены на услуги… Космос просто!

Знаю, Кирилл приложил максимум усилий для скорейшего выздоровления малышки, и я верю ему на все сто. Но как же тяжело от одного осознания, что она находится в реанимации.

– Подскажи, когда можно будет увидеть ее? – не отступаю с вопросами от него.

– Как только, так я тут же тебе сообщу об этом, – успокаивает. – Давай, доедай скорее, – показывает на наполовину полную тарелку с едой. – Нам уже пора выдвигаться.

– Угу, – киваю.

Запихиваю в себя оставшийся омлет, запиваю крепким кофе и, пока Кирилл одевается, делаю единственное, чем могу ему помочь. Мою посуду.

– Марина! – Игнатов зовет из коридора. – Ты где?

– Бегу, – отзываюсь тут же.

Споласкиваю кружку, ставлю ее в сушилку, выключаю воду и, вытирая на ходу об себя руки, бегу к хозяину квартиры.

Наспех одевшись, выскакиваю вслед за Игнатовым на лестничную клетку. Пока он закрывает дверь, вызываю лифт, когда кабина подъезжает, то оказывается заполненной.

– Влезем? – скептически осматриваю троих людей в кабине.

– Впихнемся, – произносит Кирилл, заходит в кабину и затаскивает меня следом за собой. Крепко прижимает к своей груди.

Воздух выбивает из легких.

Мое сердце сначала перестает стучать, а затем начинает биться с бешеной силой. Близость Игнатова будоражит кровь, выбивает из головы все прочие мысли.

– Ты слишком громко думаешь, – усмехаясь шепчет Кирилл, беря меня за руку.

Смущаюсь.

Выходим на улицу, без труда находим автомобиль и, пока тот прогревается, Кирилл ловко стряхивает с кузова снег.

– Эй! – возмущаюсь, когда мне прилетает снежком.

Смеется.