Кэти Свит – Бывший. Спаси нашу Любовь (страница 20)

Копия Серёжи.… Такая красивая…

Чувствую болезненный укол в груди. Наш малыш мог быть для нее отличным братом… Уверена, он был так же сильно похож на отца.

С трудом отбросив прочь горькие мысли, подхожу к крошке и трогаю ее лобик. Он прохладный, жара нет.

Только собираюсь выдохнуть от облегчения и лечь рядом, как слышу доносящийся из коридора стук в дверь.

Кто-то пришел. Может Серёжа? Наверное, он что-то забыл.

Поднимаюсь с кровати, иду на звук. Открываю дверь и застываю на пороге.

- Ты?! - не меня с ненавистью смотрит пара столь хорошо знакомых мне глаз.

‌‍Глава 23. Таня

- Валентина Сергеевна? - в шоке смотрю на маму Сергея. - Что вы здесь делаете? - недоумевая интересуюсь у неё.

Серёжа сказал, что его мать занята и не сможет приехать, у нее до самой ночи какие-то крайне важные дела. Если б я знала о ее визите, то точно б не согласилась помочь ему, ведь знаю как люто она ненавидит меня.

Зачем лишний раз портить нервы взрослой женщине? Их у нее не так много осталось, увы.

- Что я здесь делаю? - ахает. На ее лице написано самое настоящее возмущение. - Вообще-то здесь живет мой сын со своей семьей! Как у тебя наглости хватило сюда явиться?! Снова решила запудрить Серёже мозги? - щурится зло. - У него здесь карьера! Жизнь! - ее гневу нет предела.

Напротив, чем дальше, тем он сильнее и я отчетливо понимаю, ничего хорошего ждать мне не придется.

- Может быть вы пройдете в квартиру? - делаю шаг назад пропуская ее в коридор. Устраивать разборки на весь подъезд не самое лучшее решение.

- Только после того, как ты уберешься из нее! - ставит жесткое условие.

Видимо только я понимаю, что лишний раз не стоит привлекать интерес соседей к себе. В квартире маленький ребёнок, отец на работе, а какие люди живут по-соседству не известно.

Может быть кто из них давно точит зуб на Сергея и только ждет момент, чтобы вызвать полицию или опеку. И сейчас, устраивая скандал на весь дом, мы им только поможем.

- Валентина Сергеевна, - терпеливо вздыхаю. - Пожалуйста, зайдите в квартиру, - произношу с нажимом.

- Ты мне еще условия поставь, - фыркает с презрением. Но порог все-таки переступает.

Спешу поскорее закрыть входную дверь и отойти вглубь квартиры. Раз уж ругани не избежать, то нужно это сделать так, чтобы остальным не мешать.

И малышку не пугать тоже.

- Валентина Сергеевна, я понимаю ваше недоумение и злость, но давайте сейчас все же будем действовать в интересах ребёнка, - предлагаю миролюбиво.

Худой мир лучше хорошей войны, не так ли?

- Ради ребёнка ты сейчас соберешься и вылетишь из этой квартиры, - выдвигает ужасное условие. - Никогда больше не приблизишься к моему сыну и его семье! - надвигается на меня со злым прищуром. Тычет пальцем вперед, чем окончательно выводит меня из ступора.

В ее словах, в ее жестах, в ее взгляде столько ненависти и вражды, что у меня на миг перехватывает дыхание.

Да блин! Что ж я сделала ей такого? Не понимаю, увы…

- Ради ребёнка я останусь, - категорично заявляю. - Не вы меня просили о помощи и поэтому выгонять меня не вам, - чуть выше, чем нужно вздергиваю подбородок.

- Ах так? - женщина аж вся пылает от злости, вот-вот лопнет от переизбытка ненависти ко мне. - Ты мне решила условия поставить?

Между нами бушует буря. Молнии и грозы летают вокруг. Громкий раскат грома приходится на пик нашего противостояния друг с другом.

- Папа, - раздается тихий плач из комнаты. - Папа, - Агаша зовет Сергея. Сердце сжимается.

- Иду, милая, - совершенно иным тоном отзывается Валентина Сергеевна.

Махнув на меня рукой, женщина быстрым шагом направляется к внучке.

Стою посреди комнаты с опущенными руками и не знаю как быть. Да, Сергей меня попросил помочь, но он не знал про мать.

Видимо, она отменила все свои срочные и важные дела, приехала на помощь к нему. А раз так, то я здесь лишняя совершенно.

Присаживаюсь на край дивана, закрываю руками лицо. Печи содрогаются в беззвучном плаче.

Я не привыкла к такому уровню агрессии, какой испытала сейчас. С меня злости и ненависти более, чем достаточно.

Позволяю себе минутку слабости, жалею себя. А потом делаю глубокий вдох и собираюсь со своими мыслями.

Я должна уйти. Исчезнуть из жизни Сергея, больше не показываться в ней никогда. Его мама права, он только-только все наладил.

У Карпова прекрасная работа, он там на своем месте и ни в коем случае нельзя это менять. У него есть семья, дом, ребёнок.

Серёже есть о ком позаботиться, есть те, кто его любит и к кому он сам испытывает нежные теплые чувства. В конце концов, раз сюда приехала его мать, то сын для нее не чужой. Она отменила свои дела и сделала свой выбор.

В пользу ребёнка.

Успокаиваюсь. Думаю о Любочке и делаю глубокий вдох.

Мысли о моей девочке придают сил и помогают принять верное решение.

Глава 24. Сергей

- Карпов, очнись, - Димка Ланской несколько раз проводить раскрытой ладонью перед моими глазами.

Кручу головой.

- Что? - произношу возвращаясь в реал из своих мыслей.

- Пациента сейчас привезут, - кивает на дверь. - А ты завис.

- Прости, - признаю свою ошибку. - Дома завал.

- Бывает, - сочувственно похлопывает меня по плечу. - Но сейчас нужно отбросить все домашние проблемы и сконцентрироваться на операции. Ты нам нужен.

- Не переживай. Я не подведу, - заверяю его. - И не такое бывало, - отмахиваюсь от своих проблем. Не до них сейчас.

У нас есть более срочное и важное дело.

Мысль о том, что Таня находится рядом с моей доченькой приятно греет душу. Удивительно, но я совершенно спокоен за них сейчас.

Знаю, Танечка сделает все, что необходимо. Она будет пристально следить за состоянием малышки и не пустит его на самотек.

Пожалуй, это было наилучшим решением из принятых мной за последнее время.

А еще я вдруг понимаю, что не готов буду ее отпустить.

Таня… Она моя. Любимая, родная. Это вторая половина моего сердца. Моей души.

Я могу сколь угодно долго бегать от своих чувств и отрицать их, прятать за маской равнодушия и недовольства, но сердцу ведь не прикажешь. Оно чувствует гораздо глубже и тоньше.

- Везут, - сообщает Ланской раскрывая дверь.

- А где медсестры? Почему они не помогают? - хмурясь смотрю по сторонам. Не порядок.

- Дмитрий Владимирович, мойтесь, - тут же Ирочка подскакивает к Ланскому. - Я подержу, - встает к двери.

Димка уходит готовиться к операции.

Я принимаю пациента, это мальчик четырех лет и он очень напуган. Мы с медсестрами успокаиваем его как можем, но он истерит. Масочный наркоз помогает привести ребёнка в спокойное состояние.

Ввожу основной наркоз, интубирую. Девочки занимаются центральным катетером.

Все идет строго по плану.