Кэти Свит – Бывший. Спаси нашу Любовь (страница 22)

Я ведь просил ее помочь, но услышал отказ. У моей матери были свои планы, которые она не собиралась никоим образом менять. Даже ради приболевшей внучки!

Так что же изменилось?

- Поэтому ты так расстроена? - спрашиваю в лоб. - Она тебе снова что-то наговорила?

- Серёж, - говорит мягко и я понимаю, Таня от темы уйдет. Моя девочка никогда не влезала в мои отношения с матерью и старалась держаться от нее на расстоянии. - Это твоя мать, - произносит выделяя последнее слово. - И какой бы она ни была, я не стану со своей стороны портить с ней отношения. Эта женщина подарила тебе жизнь, она вложила в тебя свою душу, отдала сердце. Мы прекрасно знаем, что твоя мама никогда не принимала меня, так давать не будем кривить душой. То, что она мне наговорила вполне логично и объяснимо, - горько ухмыляется.

А мне хочется Танечку посильнее встряхнуть, чтобы выбить всю дурь из ее прекрасной головки.

- Танюша, - медленно выдыхаю, а сам продолжаю тонуть в ее прекрасных глазах. Вдыхаю запах своей любимой женщины и упиваюсь им.

Ни одна другая не пробиралась под кожу. Ни одна другая не заставляла мое сердце стучать в три раза быстрее.

Ни одна другая не отзывалась в душе.

Только Таня.

- Я никому не позволю лезть в мою личную жизнь, - заверяю твердо.

После определенных событий в прошлом я раз и навсегда понял, что если нашел своего человека, то держись за него. Никого не подпускай ни к отношениям, ни к чувствам.

- Никому, - особо выделяю это слово. - Даже своей матери, - отрезаю. Смотрю внимательно в глаза любимой и вижу там отголоски ее прежних чувств.

Она не разлюбила меня! Теперь я это точно знаю.

- Так что тебе наговорила моя мать? - не свожу с любимой пристального взгляда.

Танечка опускает глаза вниз, вздыхает обреченно-печально. Она понимает, я не отстану пока не выясню что именно произошло.

Это важно.

- Валентина Сергеевна хотела выгнать меня из квартиры и заняться Агашей сама, - наконец, говорит.

- А ты? - щурюсь с легкой ухмылкой.

- Раз я здесь, то сам как думаешь? - смотрит на меня с нежностью во взгляде.

Ухмылка касается моих губ, а сердце вот-вот выскочит из груди от счастья.

- Моя Танечка отрастила зубки? - улыбаясь спрашиваю у нее.

Она смущается.

- Жизнь научила, - признается еле слышно. Хочет сделать шаг назад, но я не позволяю. Держу.

- Танюш, - в порыве чувств прижимаю ее к своей груди. - Не слушай никого и ничего, прошу, - заклинаю любимую.

- Поздно, - шепчет так тихо, что ее слова едва улавливает слух. - Уже послушала.

Глава 26. Таня

Серёжа спит, а мы с Агашей играем. Малышка чувствует себя хорошо, у нее ничего не болит и поэтому она задорно хихикая пинает мне мяч.

Дочка у Сергея задорная и веселая, какой и должен быть ребёнок. А еще она очень добрая, видимо этим пошла в отца.

Ненароком представляю играющих вместе Любочку с Агашей и почему-то мне кажется, что девочки достаточно быстро нашли бы общий язык. Они подружились бы, я в этом уверена.

Жаль, что этому не суждено сбыться…

Как только Любочку выпишут, мы уедем и больше никогда не появимся в жизни Серёжи. Так будет лучше для всех.

Отбиваю игрушку и улыбаюсь, сердце наполняется нежностью, когда смотрю на малышку. Она просто невероятная! Мне будет очень жаль расставаться с ней.

Агаша приняла меня достаточно быстро и это приятно удивляет. Малышка оказалось любознательной, жизнерадостной, а еще очень сильно жаждущей любви и тепла.

Ей не хватает материнского внимания и это очень четко видно, она ласковая и очень тактильная девочка, ей важны прикосновения, объятия и человеческое тепло. Жаль, что родной матери нет до дочери никакого дела.

Екает в самом центре груди.

- Агаша, давай сложим пазл, - предлагаю девчушке и вижу как загорается интерес в ее прекрасных глазах.

Достаю из коробки детали, они как раз для ее возраста, раскладываю на ковре перед малышкой и предлагаю собрать. Девочка не сразу понимает, что от нее требуется и это меня опять удивляет. Неужели с ней не играли?

Да не может быть.

Но тем не менее, когда я начинаю собирать картинку за картинкой, Агашенька подается вперед и с любопытством следит за моими действиями, ей интересно. Я принимаюсь терпеливо ей объяснять.

- Смотри, нам нужно из этих деталек собрать котенка, - показываю сначала на разложенные на ковре части картинки, затем уже на сам на рисунок. - Давай попробуем? - предлагаю ей.

Малышка сомневается. Нерешительно замирает.

А потом отмирает, садится напротив меня и тянет ручки вперед.

- Давай, - соглашается и берет первую часть. Всматривается, примеряет на основе, крутит туда-сюда.

В моему великому удивлению дочка Серёжи говорит практически как взрослый человек, это дико любопытно и непривычно. Моя Любочка, конечно, тоже не особо молчунья, но здесь…. У меня порой складывается впечатление будто я разговариваю со взрослым в теле ребёнка. Настолько сильно необычная у него дочь.

Слежу за тем, как малышка собирает картинки и понимаю, что она с легкостью складывает вместе пазлы из двух и трех деталей, над четырьмя немного пыхтит, но все-таки осиливает, а вот на картинке из пяти деталей застряла. Она пробует и так и сяк, но ничего не получается, а от расстройства аж слёзы появляются на глазах.

- Не плачь, - прошу девочку. - Я помогу тебе. Давай попробуем вместе, у нас обязательно получится, - подбадриваю малышку. Беру деталь и терпеливо начинаю ей объяснять.

Агаша включается в игру и приносит новые детали, прикладывает в разные стороны и в конечном итоге мы собираем рисунок.

- Какая прелесть у нас получилась! - специально наигранно и восторженно складываю руки на груди. - Да ты умничка настоящая! - хвалю малышку, а она расплывается в довольной улыбке от похвалы.

Все же у Серёжи замечательная дочь. Как же я рада, что с ней познакомилась!

Вдруг понимаю, что за столь короткое время, я смогла полюбить малышку и после нашего расставания буду по ней скучать. Агаша заняла определенное место в моем сердце, я к ней привязалась.

Поразительно, конечно… Но это так.

- Кушать хочу, - малышка поднимает на меня свои выразительные глазки. Показывает ручкой на живот.

- Болит? - тут же пугаюсь, а в голове за считанные секунды рождается четкий план дальнейших действий. В чем, а в кишечных расстройствах я сильна.

Жизнь научила.

- Нет, - отрицательно крутит головой. - Кушать просит, - снова показывается на живот.

Прикидываю чем из имеющегося в холодильнике накормить малышку, ведь я приготовить еще ничего не успела, а сваренный Валентиной Сергеевной рыбный суп ни за что ребёнку не дам. Он противный и вонючий, не представляю зачем она его сделала.

Наверное, назло мне.

Когда болеешь нет ничего лучше легкого куриного супчика, он и желудок успокоит, и усваивается хорошо, и сил придаст. А рыбный… Тем более из консервы!

Брррр…

Мать Сергея была очень недовольна, когда я наотрез отказалась покидать его квартиру и оставлять Агашу с ней. Сначала, конечно, я едва не сдалась под мощным напором женщины, а потом…

Потом внутри меня словно что-то переклинило. Я вдруг представила на месте Агаты Любу, а на месте себя - Серёжу. Карпов никогда, ни при каком раскладе не оставил бы ребёнка с кем-либо еще помимо себя. Если он обещал, то вывернется наизнанку, но сделает.

Так чем же я хуже? Ничем!

Поэтому пришлось взять волю в кулак, выслушать в свой адрес тонну говна и каким-то чудом не сорваться на ответное оскорбление. Я герой! Я смогла!

Пожалуй, накормлю малышку чем-нибудь вкусным и полезным, отыграю немного времени и как раз сумею сварить хороший бульон. Когда искала замороженные ягоды в морозилке, то увидела куриную грудку, она как раз подойдет.

А после утреннего скандала с Валентиной Сергеевной в холодильнике должны были остаться детский творожок и обычный йогурт без добавок. Мать Сергея хотела их выкинуть, но я не позволила.