Кэти Роберт – Узница гаргульи (страница 12)

– Вряд ли. У всех свои тайны, и думаю, у Азазеля есть веская причина держать этот секрет при себе.

Так я и думала. И все же моя главная цель заключалась в том, чтобы найти ответы. Не понимаю, почему мешкаю.

– Я просижу взаперти следующие семь лет?

Раману пожимает плечами.

– Кто знает? Замок коварен. Обладает собственным разумом.

Да уж, я помню те три дня, что просидела в нем перед аукционом. А значит, вряд ли я сумею выбраться и на этот раз. Если приму предложение Раману, то окажусь в еще более сложной ситуации. В замке Брэма у меня хотя бы есть свобода действий и шанс совершить побег.

Такая логика кажется, мягко говоря, неубедительной, но плевать.

– Нет, спасибо.

– Так я и думал. – Его ухмылка выходит неприятной.

Он щелкает пальцами, и в его руках появляется кольцо.

– Держи. Если передумаешь, надень его, произнеси мое имя, и я приду.

– Раману!

Мы оба подскакиваем, когда в окно влетает Брэм и приземляется в центре комнаты. Мне не за что чувствовать себя виноватой, но я все равно невольно чуть отодвигаюсь от Раману. Несколько лишних сантиметров между нами кажутся ерундой. Но я не дура и немного опасаюсь того, что может случиться.

А Раману, похоже, абсолютно все равно, что Брэм смотрит на него так злобно, словно хочет вцепиться ему в глотку. Он даже протягивает руку и играет прядью моих волос. Брэм так сосредоточенно смотрит на это, что не замечает, как Раману тайком сует мне в ладонь кольцо.

– Заскочил проведать человека Азазеля.

– Она не его собственность.

Не понимаю Брэма. Порой кажется, что я могу прочесть его мысли и чувствую глубокую связь между нами, но потом он совершает нечто неожиданное и оставляет меня в недоумении. Гаргулья, которая сейчас сверлит нас взглядом, не тот, кто без колебаний подставил мне свое горло.

– Брэм…

– Все нормально. – Раману отпускает меня и встает. – Возможно, Брэм безрассуден, но не дурак. Тронуть меня – значит бросить прямой вызов Азазелю. Он не может себе этого позволить, потому что ему не победить.

Это замечание должно было разрулить ситуацию, но на лице Брэма только злость. Возможно, я не вижу всю картину, но понятно одно: Раману пришел не только меня проведать, но еще и подлить масла в огонь. Это мне нужно меньше всего.

– Думаю, тебе пора.

– Эй, я же еще не рассказал тебе самое интересное! – Он выставляет два длинных алых пальца с черными когтями. – Первое. Брэм не хотел идти на сделку, но у него не было выбора. Его не принимает никто из его народа. Все верят, что он проклят, и любой, кто с ним сблизится, станет жертвой проклятия. – Брэм издает сдавленный звук, но Раману неумолимо продолжает. – Второе. Азазель понимает, почему ты здесь, но не обольщайся – от тебя ждут выполнения твоей части сделки. Если уложишься в оговоренные сроки, он расскажет тебе все, что знает о твоей матери.

Это удар ниже пояса. Азазель знает, как мне нужна эта информация, поэтому, конечно же, шантажирует этим, чтобы добиться послушания. К сожалению для него, я понятия не имею, что такое послушание.

Раману предложил отвести меня на земли торговцев, но если соглашусь, велика вероятность, что Азазель все равно никогда не ответит на мои вопросы. Стискиваю зубы. Я так близка к разгадке, что становится невыносимо.

Во мне крепнет решимость. Я останусь и сама найду путь к ответам.

– Приму к сведению.

Губы Раману изгибаются в легкой причудливой улыбке.

– Какая же ты забавная маленькая лгунья. Будет очень весело.

Стоящий рядом Брэм едва не дрожит от ярости.

– Выметайся.

Раману нисколько не напуган, продолжает усмехаться.

– Дорогой, я подчиняюсь приказам только одного существа, и это не ты. Хотя мило, что ты пытаешься. – Он хлопает Брэма по плечу и выходит из комнаты, виляя бедрами.

Формально он мне не угрожал и не сделал ничего плохого, но я все равно чувствую беспокойство. Даже если эта проверка задумана, чтобы убедиться, что я в безопасности, совершенно очевидно, что Азазель не доверяет мне, хоть и желает защитить. Или вроде того. Чем дольше думаю об этой запутанной паутине сделок и обещаний, тем менее ясной становится картина. Я упускаю что-то очевидное и важное.

Возможно, он хочет исполнить конкретные условия договоренности, но не ее суть. Уверена, есть какая-то хитрая оговорка, которую я не вижу. Например, он расскажет мне, что случилось, но не скажет почему. Или, боги, что вообще мешает ему солгать? Данное им слово? Не смешите.

Азазель, как и Раману, хитрый демон-торговец.

Брэм все смотрит на меня сердито, а я вдруг вспоминаю, как он проникал в меня языком, и ощущаю легкую дрожь. Именно это заставляет меня сболтнуть, пока не успела одуматься:

– Удивлена, что ты не рассказал Раману о прошлой ночи. Он ведь в курсе, что я проблемная. Может, ты смог бы поменять меня на более послушного человека. – Не знаю, зачем говорю это. Если бы хотела вернуться на земли торговца, то приняла бы предложение Раману.

Он встает, загораживая дверь.

– Ты права. Если бы он узнал, что ты пыталась сбежать, то забрал бы тебя у меня.

Брэм лишь озвучивает мои мысли. И все же его слова как пощечина.

– Да, именно об этом я и говорю.

Он стоит на месте и слегка шевелит крыльями. Кажется, что комната становится намного меньше.

– Мы уже вчера все обсудили, Грейс. Все это между нами. Убегай, сколько твоей душе угодно. В любом случае я найду тебя и верну в свою постель. – Не сказав больше ни слова, он выходит из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Глава 11

Брэм

Я нисколько не удивлен, когда вижу Раману поджидающим меня у подножья лестницы. Он стоит, прислонившись к стене и всем видом олицетворяя беззаботность. Но все это ложь. Я вижу серые потоки беспокойства в его энергии. За минувшие годы мы много общались, и я знаю, что он умеет скрывать эмоции, когда нужно, а значит, сейчас он намеренно дает о них знать. Один из его родителей – мой дальний родственник, и одно только это уже должно сблизить нас, но Раману слишком хитрый, чтобы ему можно было доверять. Кажется, он вечно что-то затевает. Меня это раздражает.

– Ты не рассказал ей, что случилось с твоей семьей.

Такого поворота я не ожидал и с трудом сдерживаю злость. Не имею ничего против Раману, но увидев его на постели Грейс, не испытал к нему ни капли симпатии.

– Я рассказал все, что ей нужно знать.

Он медленно качает головой.

– Не соглашусь. Груз твоего прошлого, связанного с людьми, слишком велик. И хотя Грейс едва ли можно назвать обычным человеком, факт остается фактом: каждое мгновение, что она проводит с тобой, ей угрожает опасность. Ты можешь прочесть мои эмоции. Я могу прочесть твои. Давай не будем ходить вокруг да около. Ты для самого себя представляешь угрозу и можешь навредить Грейс, если будешь неосторожен.

Раману прав, но это не значит, что я признаю это вслух.

– Я никогда не причиню Грейс вреда. – Не могу утверждать, что не представляю угрозы для самого себя, потому что это не так. Не могу даже делать вид, что безопасен для всех окружающих, к тому же моя трусость не позволит мне им помочь.

– Может, и так. Или нет. – Вся игривость пропадает из его голоса, остается только резкость. – Пускай Азазель согласился на эту сделку, но мои регулярные проверки, чтобы убедиться в благополучии Грейс, – часть этого соглашения. Не знаю, что за чертовщина между вами произошла, но если в следующую мою проверку она будет в таком же взвинченном состоянии, я всерьез подумаю о том, чтобы забрать ее из-под твоей опеки. Независимо от того, захочет она сама уйти или нет.

Меня захлестывает невиданная прежде ярость.

– Я уважаю тебя и все, что ты делаешь, но если попытаешься забрать у меня Грейс, я разорву тебя на мелкие кусочки и развею по ветру.

К его беспокойству теперь примешивается любопытство.

– Прелестно. Я знал, что в основе твоей решимости одно упрямство, но, похоже, у тебя и правда связь с этой женщиной. Отлично. Скоро я вернусь, чтобы проверить, как у вас идут дела. Очень советую тебе рассказать ей правду. Всю правду. Возможно, Грейс тебя удивит.

– Разве важно, чтобы ей рассказал именно я?

– Поверь, важно.

Для меня это ровным счетом ничего не значит.

– Прощай, Раману. – Жду, когда он наконец телепортируется, а потом иду обратно к лестнице. Легко ему раздавать советы, ведь его не было здесь вчера.

Вчера я потерял контроль. Но факт остается фактом: Грейс могла меня убить и положить всему конец… и предпочла этого не делать. Уверен, у нее были на то свои причины – я не настолько наивен, чтобы верить, будто ею двигало чистое желание. Но я видел ее эмоции, и желание вчера ночью в ванной было очень сильно.

Я уже рассказал ей о своей семье больше, чем любому новому знакомому. Она знает, что моих родных не стало. А Раману добавил много чего еще. Разве важно, что они погибли от руки человека? И что я не помог им потому, что слишком испугался? Это ничего не решит, а если она будет смотреть на меня с жалостью или отвращением, не знаю, выдержу ли.

Лучше сосредоточиться на будущем.

Звук шагов заставляет меня поднять голову. Да, это Грейс спускается по лестнице с упрямым выражением лица. Уже предвкушаю грядущий конфликт, стою неподвижно и жду, когда она ко мне подойдет.