Кэти Ффорд – Свадьба в деревушке (страница 60)

– Я договорился, что завтра ближе к вечеру я тебя заберу, и ты поедешь познакомиться с Гарольдом и посмотреть нашу мастерскую. Я понимаю, что это не бог весть какое развлечение, но Гарольду очень хочется тебя увидеть.

– Я с большой радостью поеду! Хоть один вечер без этих бесконечных разговоров о свадьбе! – обрадовалась Лиззи. – Я понимаю, что мама хочет как лучше – это действительно так, – но все эти приготовления к свадьбе, а в особенности разговоры о платье, буквально не дают мне спокойно жить.

– Лиззи, одно твое слово – и я тайно увезу тебя в Гретна Грин![59] Там, если не ошибаюсь, без согласия родителей можно жениться и с шестнадцати.

Лиззи рассмеялась:

– Надо бы поймать тебя на слове!

Ранним вечером следующего дня Лиззи села в машину Хьюго.

– Я думала, матушка целую вечность будет придумывать, чем бы еще загрузить мне голову. Как умно ты поступил, сказав, что Гарольд желает со мною познакомиться. Она считает, что для жены чрезвычайно важно поддерживать мужа в работе.

– Тем более что это чистая правда. Я это вовсе не придумал как предлог.

– Я с такой радостью отсюда куда-нибудь уеду – пусть хоть на пару часов! И не могу сказать, чтобы мне не нравилось у Пэтси с Тимом. Все дело в будущей свадьбе. Мама старается взять все на себя, и, стоит мне только зазеваться – она нарядит меня в платье как у принцессы Монако Грейс и выберет, какой узор у меня будет на столовом сервизе. Я считаю, что подобные решения я должна принимать сама, и не хочу, чтобы при этом надо мною маячила мать. Не представляю, как бы мне куда-нибудь исчезнуть! – тут же рассмеялась Лиззи, давая понять, будто ее волнения несерьезны. Хотя на самом деле все это беспокоило ее по-настоящему.

– Бедняжка! Я-то могу скрыться от всего этого на работе.

– Тебе действительно это дело по душе?

– Мне кажется, столярным ремеслом я должен был заняться еще с тех пор, как закончил школу. Боюсь, мои родители еще очень долго не смогут с этим смириться. Многие поколения адвокатов и судей взирают на меня с неодобрением с того света!

– Но ведь надо же следовать зову сердца!

– Это ты так считаешь. И я так считаю.

Некоторое время они проехали в молчании. Наконец Лиззи сказала:

– Я правда очень рада, что мы куда-то вырвались! А долго еще нам добираться? – Внезапное ощущение свободы вызвало у Лиззи состояние счастливой эйфории. Наконец-то она оказалась вдали от матери и бесчисленных свадебных хлопот. И особенно от этого донимающего: «А когда ты собираешься ехать в Лондон покупать материю для платья?»

– Нет, совсем не долго. Близость к мастерской – главная причина того, что мы вообще здесь поселились.

Лиззи усмехнулась.

– Ах да, конечно же! Вот ведь досада – а я бы так хотела уехать навстречу сияющему закату! С тобой за рулем, разумеется.

Хьюго тоже усмехнулся, однако бросил на нее быстрый задумчивый взгляд.

Наконец Хьюго въехал на узкую дорогу, ведущую к симпатичному особняку с двойным симметричным фасадом. Невдалеке от дома стоял амбар. Хьюго припарковался возле него.

– Гарольд сказал, что встретит нас здесь. А вот и он сам.

У Лиззи до сих пор не было ни малейшего представления о том, как выглядит человек, передававший свое мастерство Хьюго, но если бы она попыталась его вообразить, это был бы румяный бодрый старик в коричневом рабочем комбинезоне. Может, она бы не добавила этому образу завязок на коленях, но матерчатая кепочка определенно бы там была. И уж кого Лиззи никак не ожидала увидеть, так это мужчину в костюме-тройке, в начищенных до блеска туфлях и с элегантным шелковым галстуком. У него были густые седые волосы и ярко-голубые глаза. На лице светилась улыбка.

– Здравствуйте, Гарольд, – сказал Хьюго. – Позвольте вам представить Лиззи.

– Приветствую вас, Лиззи, – пожал тот протянутую ему руку. – А скажите мне, пожалуйста, ваши родители не настаивают на том, чтобы вас называли Элизабет?

Судя по его голосу и манере говорить, происходил Гарольд из того же сословия, что и Хьюго.

– Именно так! А как вы догадались? – С этим человеком Лиззи сразу почувствовала себя очень уютно.

Он выпустил ее руку из ладони.

– В вас что-то такое есть. А теперь давайте пройдем внутрь. Покажу вам, чем мы с Хьюго занимались целый день.

Лиззи с радостным нетерпением зашла следом за ним в амбар.

– Чем могу вас угостить? Для шерри уже как будто слишком поздно. А для виски – еще довольно рано. Что бы вы предпочли?

– На самом деле я была бы рада чашке чая, – ответила Лиззи, подспудно сознавая, что мать уж точно не одобрила бы ее выбор. Та считала, что в приличном обществе чай пьют только за завтраком и полдником, хотя сама нередко выпивала чашечку и после вечернего перекуса.

– Хьюго, тебя не затруднит приготовить нам чай? И достать из жестяной банки печенье?

– То, которое только для посетителей? – усмехнулся Хьюго.

– Ну разумеется! У нас же гостья – а значит, есть удачный предлог. Пойдемте, Лиззи, я покажу, чем мы тут занимались.

Амбар был плотно заставлен разными предметами. Там стоял массивный стол в виде тополиного листа, инкрустированный чем-то, что Лиззи затруднялась с ходу определить, – то ли позолотой, то ли светло-желтой древесиной.

– За ним должны скоро приехать. Будущий хозяин этого стола – а мы работаем исключительно на заказ – живет за границей и собирается забрать его, как только будет достроен его дом на юге Франции. А вот над этой вещицей… – Он подвел Лиззи к письменному столу, не прикрытому пока столешницей, и когда она заглянула внутрь, то увидела множество выдвижных ящичков. – Мы с Хьюго как раз и работали в последние дни.

Между тем Лиззи перешла к другому столу.

– А мне вот этот очень нравится.

– Тут сразу чувствуется влияние «Искусства и ремесел»[60].

– Просто – и в то же время очень изящно.

Она прогулялась по мастерской, которая определенно являлась чем-то вроде выставочного зала, сосредоточенно разглядывая каждый предмет мебели. Гарольд следовал за ней по пятам, время от времени давая какие-то пояснения.

– Итак, дорогая моя, скажите мне, пожалуйста, почему вы хотите выйти замуж за Хьюго – кроме того обстоятельства, что вы ожидаете от него ребенка?

В иной ситуации Лиззи бы постеснялась обсуждать этот вопрос с практически незнакомым человеком – тем более с мужчиной, – однако от этого доброго пожилого мастера исходило нечто такое, что делало смущение излишним.

– На самом деле все очень просто. Я люблю его, – улыбнулась Лиззи. – Наверное, это звучит сентиментально, но это правда.

– И вы не возражаете насчет того, что при его новой профессии – если можно так это назвать, хотя это скорее вид искусства, – весьма маловероятно, что он станет богатым человеком?

– Для меня это совершенно не важно, – ответила Лиззи. – Само собой, я предпочла бы, чтобы на столе всегда была еда, однако при том доме, где мы будем жить, есть огород, и мы можем выращивать там овощи. А еще я хорошо умею шить. Людям же всегда требуются разные швейные услуги. Так что как-нибудь проживем. И для меня важнее, чтобы он был счастлив, нежели сколачивал себе состояние.

– Дорогая, а вы вообще имеете представление о том, каким бы мог быть ваш доход, если бы Хьюго остался в юриспруденции?

– Нет, – покачала головой Лиззи, – да мне и нет надобности это знать. Это ведь не имеет значения, верно?

Гарольд тихо рассмеялся.

– Знаете, я очень рад, что он женится на вас. Никогда бы не стал говорить это при Хьюго, но он уже сейчас очень умелый мебельный мастер – это при том, что он только начал постигать азы. Еще два-три года – и он освоит все, что только мне известно.

– Большое спасибо, что мне это сказали! Я испытываю за него такую гордость – хотя его мастерство никак со мной и не связано. Просто я знаю, что это дело будет приносить ему огромное удовлетворение. О! А вот и наш чай!

Они пили чай, сидя на табуретах вокруг перевернутого чайного сундука.

– Боюсь, все, что здесь имеется, сделано по чьему-либо заказу, – объяснил Гарольд. – Так что придется нам обойтись без нормального стола.

– Да и этот справится с задачей, – сказала Лиззи, опуская кружку на сундук и угощаясь печеньем «для посетителей».

Когда с чаем было покончено, Хьюго поднялся:

– Вы не возражаете, если я воспользуюсь вашим телефоном, Гарольд?

– Нисколько. Только пойдемте тогда в дом. Мне нужно кое-что там показать Лиззи.

В доме у Гарольда оказалось очень уютно, повсюду стояла антикварная мебель. Лиззи между тем ожидала увидеть там творения рук хозяина. Словно прочитав ее мысли, Гарольд сказал:

– Все, что я делаю, идет на продажу. А мебель, доставшаяся мне в наследство, меня вполне устраивает. Пойдемте-ка посмотрим, что у меня в бельевом шкафу.

Лиззи ожидала, что ее отведут к какому-нибудь массивному старинному буфету, однако Гарольд распахнул дверцы шкафчика, установленного поверх большого комода.

– Надо же! Это и есть ваш бельевой шкаф?

– Он самый, – кивнул Гарольд. – Теперь взгляните…

Глубокие полки шкафа были забиты рулонами материи. Хлопчатобумажные ткани, атлас, шелк, парча, батист…

– Боже ж ты мой! – воскликнула Лиззи. – Откуда у вас все это богатство?!