Кэти Эванс – Реми (ЛП) (страница 10)

Она передает его мне. Не могу не заметить того, что она смотрит на меня так же пристально, как и я смотрел на нее, когда вставил это в рот. Это то, что я хочу сделать с тобой, думаю я, смотря на нее. Это то, что я хочу сделать с твоим языком, Брук.

Поглощая остатки геля с пакета, мое тело натягивается, когда ее вкус проходит сквозь меня. Пакет никогда раньше не имел такого вкуса. Сладкий, но слаще. Он такой чертовски теплый, и я так заряжен, что всасываю каждую оставшеюся каплю, смотря на нее. Ее ресницы светлее на кончиках, и они поднимаются вверх, когда она перемещает свой взгляд с моих губ к моим глазам. Глазам, которыми я чертовски поглощаю ее.

Боже, я хочу тебя. Я хочу тебя сейчас. Хочу тебя завтра. Хочу тебя в тот момент, когда ты будешь чертовски готова для меня.

— Это правда? То, что Пит сказал. Ты, правда, сделал это нарочно?

Она с любопытством удерживает мой взгляд, и я пытаюсь держать голову прямо, по-прежнему облизывая пакет. Я еще никогда не ждал так долго, чтобы добиться того, чего хочу, и я никогда еще не хотел чего-то так, как этого. Это сводит меня с ума. Ее грудь идеально выглядит в одежде для бега. Ее попа. Ее ноги. Она восхитительна, а я голоден. Я так чертовски жажду ее.

— Реми, иногда ты можешь сломать что-то, и больше не оправиться. Никогда не вернуться в форму, — говорит она уверенным голосом, кинув взгляд на улицу и проезжающие мимо машины.

И на ровном месте легкость ее вкуса ушла, а в груди ощущается тяжесть. Видео из YouTube проигрывается у меня в голове и инстинкт защитить ее от всего, что они сказали и от того, как они звали ее, только расстраивает меня, потому что я не могу совершить ошибку.

— Мне жаль, что так получилось с твоим коленом, — у меня не очень хорошо получается со словами, но когда я выбрасываю скомканный пакет в ближайшее мусорное ведро, мне хочется, чтобы у меня хорошо получалось. Я бы хотел сказать ей, что я чувствую, думая о ней, беспомощной и плачущей. Я собираюсь защищать ее с этого момента, даже если это последнее, что я делаю на этой планете.

— Дело не в моем колене. Дело в том, чтобы ты не принимал свое тело, как должное. Не позволяй кому-либо причинять тебе боль, не смей, Реми.

Я качаю головой, чтобы успокоить ее, но хмурюсь от мысли никогда больше не получать ударов. Она никогда не поймет, как сильно я жажду ее прикосновений. Не только сексуальных. Ее прикосновения сводят меня с ума. Я тоскую по этому. Я… тоскую.

Черт меня побери. Она такая красивая, а я такой разбитый.

— Я не позволяю, Брук. Я всего лишь подпускаю их поближе, чтобы поиметь. Небольшая жертва ради победы. Пара ударов придает им уверенность, они начинают думать, что со мной все ясно, что я не такой крутой, как они слышали, что они легко могут навалять Ремингтону Тейту, это опьяняет их. И вот тут я берусь за дело.

Ее глаза красиво оживляются.

— Ладно. Так мне больше нравится.

Мы продолжаем бегать, наши ноги бьют по грязи, наше дыхание ровное. Прямо здесь и прямо сейчас я являюсь обычным парнем, бегающим с девушкой и, Матерь Божья, как я ее хочу.

— Думаю, мне пора. Завтра все будет болеть, лучше мне пойти спать сейчас, прежде чем потребуется, чтобы ты нес меня в отель, — говорит она мне.

— Я был бы не против.

В лифте отеля с нами едут несколько других людей, и инстинктивно я натягиваю капюшон ниже на голову.

— Придержите лифт! — кричит пара и Брук держит кнопку, пока они не заскакивают внутрь. Я хватаю ее за бедра и притягиваю ближе к себе, когда они заходят.

Затем опускаю голову, закрываю глаза и вдыхаю ее аромат. Мое тело мгновенно нагревается и я становлюсь таким возбужденным, представляю себе, как снимаю ее топ и провожу ладонями по ее коже, пока не заполучу ее грудь в свои руки…

— Ты чувствуешь себя получше? — спрашивает она, и ее голос как-то отличается от обычного.

— Ага, — наклоняю голову еще ниже, и мне хочется поцеловать место сзади ее уха. Приближаясь еще, желая, чтобы она не вырвалась, я размещаю свой рот на волосок от ее кожи.

— А ты?

Прямо сейчас от ее аромата у меня текут слюнки. Пот оказался ее лучшим аксессуаром. Она потная и восхитительная, и я хочу провести языком по ее шее. Моя рука сжимается на ее бедре, и мне приходится заставить себя отпустить ее, когда лифт останавливается на нашем этаже, и мы выходим из него. Она заходит в свою комнату, затем я направляюсь в свою, и вскоре уже стою под душем, настраивая воду настолько холодной, насколько это возможно и открываю рот, чтобы вода охлаждала мой язык, который все еще покалывает, после того, как я попробовал вкус пакета энергетика после нее. Охватываю себя рукой и закрываю глаза. Черт, я хочу ее. Я хочу это в ней. В ней и на ней.

Я сжимаю свою длину и затем двигаюсь назад так, что холодная вода проходит по всему моему телу и охлаждает меня. Это не работает. Так что мне приходится подумать о своих родителях. Финале. Скорпионе. И наконец, я достаточно охлажден, чтобы намылится.

Когда я выхожу, чтобы вытереться, слышу снаружи женские голоса. Надевая футболку и спортивные штаны, я направляюсь на кухню.

— Эй, Рем, посмотри, что мы достали для тебя, — говорит Пит с гостиной и разводит руки в стороны.

Там стоят две девушки.

— Реми, — вздыхает блондинка.

— Разрывной, — говорит рыжая.

Сжимая челюсть, я качаю головой и направляюсь взять свои наушники с обеденного стола, где оставил их этим утром.

— Давай, чувак, они покажут шоу только для тебя, — Райли идет за мной на кухню, где я вытаскиваю кокосовую воду из небольшого холодильника.

— Я не в том настроении сегодня.

— Понятно. Ты жаждешь чего-то другого. Ничего страшного. Просто расслабься с нами, мужик.

Вздохнув, я сажусь и выпиваю свой напиток, когда девушки начинают какой-то танец. Одна садится мне на колени. Другая танцует на журнальном столике. Ее тело правильно сложено и она охотно продемонстрирует это мне. Но то, что я хочу увидеть — это Брук в ее тренировочной одежде, с ее бандажом, маленькой грудью, подпрыгивающей вверх и вниз, когда она бегает. Нет. То, что я хочу увидеть — это Брук с обнаженной попой для меня. Я хочу, чтобы ее глаза сияли от желания. Я хочу знать размер, форму, текстуру и вкус ее сосков, и я, блин, хочу погрузить каждую часть себя, моего члена, моего языка, моих чертовых пальцев, внутрь нее, я хочу, чтобы она была влажная.

Черт меня побери, я хочу, чтобы она была такая влажная, хочу услышать это.

Раздается стук в дверь.

— Что случилось? — дуется девушка, сидящая у меня на коленях. — Маленькая птичка напела, что ты хотел поиграть с нами, Реми.

— Да? — спрашивает Райли того, кто стоит по ту сторону двери.

Я напрягаюсь, когда слышу приглушенный голос, у меня моментально встает и я понимаю, что это Брук.

— Кто это? — спрашиваю, когда Райли закрывает дверь. Я спихиваю девчонку со своих колен и поднимаюсь.

— Похоже, Брук что-то потеряла.

— Что она потеряла? — я чертовски уверен, что она наверняка увидела танцовщицу, и я чертовски уверен, что не хочу, чтобы она думала, будто я прикасаюсь руками к кому-то, кроме нее.

— Я не знаю, чувак! Она ошиблась! — кричит он.

Я направляюсь к двери и, когда вижу, что нет никаких признаков ее присутствия снаружи, иду вниз по коридору к ее комнате. Тянусь к дверной ручке, кладу на нее ладонь, и клянусь, она еще теплая. Упираюсь лбом в дверь, а мое сердце стучит, когда я напрягаюсь, пытаясь услышать что-то за дверью, но нет ни звука.

Я стою здесь, как дурак. Думая о ее дыхании, когда она бегала со мной. То, как ее хвост подпрыгивал во время бега. Вид этих розовых губ вокруг пакетика энергетика именно так, как я желаю их вокруг себя.

Не знаю, как долго я так простоял, но я все еще здесь, когда пожилая пара проходит мимо и пялится на меня с жалостью, будто я какой-то бедолага, которого выгнали из собственного номера. Черт, я бы хотел, чтобы это был мой номер. Я направляюсь назад к люксу, достаю свои наушники из-под задницы блондинки, затем направляюсь в свою комнату. Ребята продолжают вечеринку снаружи. Они разочарованы, я знаю, но меня это не волнует. Я надеваю наушники и смотрю в потолок, когда включается музыка. Мне сегодня досталось. Я заставил свое тело ощутить сильное напряжение; я этого не чувствую. Все, что я чувствую — это чертовскую боль внутри, которую, как я надеялся, она каким-то магическим образом вылечит. Я твердый и пульсирующий, задаюсь вопросом, хочет ли она меня, становится ли она влажной при мысли обо мне.

Ребята думают, что я одержим ею, что теперь я могу стать маниакальным в любую секунду, и снова испортить себе жизнь, что я всегда и делаю.

Они настолько правы, я даже больше не смеюсь, когда они предупреждают меня.

♥ ♥ ♥

У МЕНЯ БЫЛ влажный сон.

Я проснулся посреди ночи, толкаясь в матрас, рыча ее имя. Я не позволял себе кончать. Я рывком проснулся, ударил подушку, заорал в отчаянии и наполнил ванную холодной водой, затем погрузился в нее и оставался там, пока не взошло солнце.

Я никогда не был жаворонком, но сегодня плохое настроение и мое сексуальное неудовлетворение повисли надо мной, как туча с чертовыми молниями в голове.

Мои спарринг-партнеры? Никчемные. Они не могут провести хорошую спарринг-партию, а Тренер? Он раздражен, что я так легко уложил тех двоих.

— Это твои спарринг-партнеры, Тейт. Если бы ты перестал выбивать из них дух и просто отрабатывал движения, тебе было бы, с кем тренироваться сейчас… а так больше никого не осталось.