Кэти Ди – Вне ритма смерти (страница 2)

Она медленно повернула голову. Её движения были пугающе плавными, лишенными инерции живого существа.

– Конечно, помню. Что за дурь ты спрашиваешь? – отмахнулась она. Голос звучал резко, как хруст ломающегося льда.

В этом ответе не было ни капли прежней мягкости, ни тени той нежности, которой она славилась до своей гибели. Эреш с ужасом осознал: перед ними стояла не та Изи, которую он знал. Прежняя прошлой была обычным вампиром – она смеялась, капризничала, в её жестах и взгляде ещё теплились человеческие повадки, связывавшие её с миром смертных.

А теперь …

Теперь перед ними застыло нечто иное. Совершенное. Опасное.

Эреш, обладавший обостренным чутьем, замер от внезапного осознания: в её груди царила абсолютная тишина. Раньше, несмотря на их природу, в ней чувствовался отголосок жизни. Сейчас же там не было ничего. Её сердце не просто замерло – оно превратилось в холодный камень. Оно молчало. Его больше не существовало.

Изанис тяжело поднялся на ноги, его звуки были хриплымы, а разорванная плоть на шее уже начала медленно затягиваться, оставляя лишь багровые полосы.

– Любимая?.. – прошептал он, игнорируя жгучую боль и страх в глазах Эреша. – Изи… Как ты себя чувствуешь?

Он сделал осторожный шаг вперед, протягивая к ней дрожащую ладонь, словно пытался приручить дикого зверя. Но Изи не была зверем. Она была стихией.

Она подскочила с алтаря так резко, что воздух свистнул, разрезанный её движением. В один неуловимый миг, используя всю мощь древней крови, она оказалась вплотную к нему. Её пальцы снова сомкнулись на его горле, но на этот раз хватка была не голодной, а карающей. Она прижала его к каменной колонне с такой силой, что по породе побежали трещины.

– Изанис … – её голос сорвался на ледяной рокот, от которого пламя факелов пригнулось к земле. – Что ты сделал? Что ты натворил?!

Она повысила голос, и этот звук ударил по барабанным перепонкам Эреша, заставляя того вжаться в стену. В её глазах, лишенных искры жизни, полыхнуло яростное, холодное пламя.

– Как ты вообще посмел коснуться моей тишины? Как ты посмел вырвать меня из покоя, который поглотил меня ценой своей смерти?! – Она встряхнула его, как тряпичную куклу, и её лицо оказалось в сантиметре от его. – Ты вернул меня в этот мир, Изанис. Но ты забыл спросить, хотела ли я возвращаться.

Она смотрела на него, и в этой бездонной пустоте её глаз Изанис впервые не увидел своего отражения.

– Милая? – Изанис судорожно вдохнул, пытаясь поймать её взгляд, найти в этой бездне хоть искру прежней страсти. – Я не мог без тебя жить, Изи … Вспомни! Вспомни, как нам было хорошо. Ты любила меня всем сердцем. Ты обещала … обещала стать моей женой перед тем, как тьма забрала тебя!

Изи на мгновение замерла. Её хватка на его горле не ослабла, но пальцы перестали дробить кость. Она смотрела на него так, словно изучала диковинное насекомое, которое внезапно заговорило на забытом языке.

Изи судорожно прижала ладонь к груди, сминая ткань платья. Она замерла, вслушиваясь в саму себя с пугающей сосредоточенностью. Прошла секунда, другая, вечность … но внутри не отозвалось ничего. Ни единого толчка, ни слабого эха жизни.

– Я мертва, Изанис … – её голос, только что гремевший сталью, внезапно надломился и стал похож на шелест сухих листьев. Она посмотрела на свои бледные ладони так, будто видела их впервые. – Я всё ещё мертва. Что ты со мной сделал?

Она подняла на него глаза, и в них ярость сменилась ледяным, парализующим испугом. Это был страх существа, которое застряло между мирами, не принадлежа ни свету, ни тьме.

– Кто я, Изанис?! – закричала она, и этот крик, полный отчаяния, ударился о холодные своды склепа. – Я не чувствую его! Своего сердца … Его нет! Ты вернул меня в это тело, но ты не вернул меня к жизни!

Она начала пятиться от него, спотыкаясь о камни ритуального круга. Изанис сделал шаг навстречу, пытаясь поймать её за плечи, но она отпрянула, как от прокаженного.

– Мы вампиры, Изи. Мы и так мертвы, – Изанис говорил вкрадчиво, почти нежно, делая осторожный шаг вперед. Он пытался вернуть её в реальность, которую они делили. – Это наша природа. Тишина в груди – это цена твоей жизни.

– Моё сердце … оно билось, – её голос, надтреснутый и слабый, эхом отразился от влажных стен склепа, прежде чем окрепнуть от подступающей ярости. – Я знаю, кто мы, Изанис! Не смей читать мне проповеди о нашей «природе»! Оно билось … Я могла чувствовать. Я помню вкус тепла, я помню, как кровь жгла вены не от голода, а от радости. Я … я любила.

Она резко вскинула голову, и в её глазах, расширенных от боли, сверкнула опасная сталь. В одно мгновение она снова оказалась рядом, её пальцы вонзились в его шею, сминая воротник и кожу.

– А сейчас?.. – прошипела она ему прямо в губы. – Сейчас я смотрю на тебя и вижу лишь кусок старого, холодного мяса. Я не чувствую ничего… Совсем ничего! Пусто. Здесь, – она с силой ударила его свободной рукой в грудь, – и везде.

Изи впилась в губы Изаниса яростным, сокрушительным поцелуем. В этом жесте было всё: вековая жажда, гнев, мольба и требование. Изанис на мгновение опешил, его глаза расширились от внезапного триумфа – он решил, что победил, что память плоти оказалась сильнее холода смерти. Он уже потянулся к ней, готовый ответить с той же всепоглощающей страстью, его руки почти коснулись её плеч…

Но в следующую секунду Изи с силой, на которую способен только пробужденный монстр, отшвырнула его от себя.

Изанис с глухим ударом врезался в каменную стену, выбивая крошку из древней кладки. Он сполз на пол, и поднял на неё непонимающий, полный боли взгляд.

– Нет… – выдохнула она, вытирая губы тыльной стороной ладони, словно смывая скверну. – Изанис…

Её голос дрожал, но в нём больше не было ярости.

– Пусто. Я не чувствую твоего тепла, потому что его нет. Я не чувствую своей любви, потому что ты её выжег этим обрядом. Верни всё как было … – Изи повернулась к Эрешу, и в её голосе впервые прозвучала не ярость, а отчаянная, почти детская мольба. Она протянула к нему руки, словно надеялась, что он сможет одним движением повернуть время вспять. – Прекрати это, Эреш. Убей меня. Верни мне мою тишину!

Но Эреш лишь медленно покачал головой, отступая глубже в тень колонн. Его лицо было бледнее, чем обычно, а в глазах застыл немой ужас перед тем, что они сотворили.

– Я не знаю как, сестра… – его голос сорвался на хрип. – Ты… теперь ты другая. Магия, которую использовал Изанис… она сплела твою суть с этим телом слишком крепко. Старые способы больше не сработают. Тебя нельзя убить так, как раньше. Ни колом, ни солнцем, ни сталью.

– Что?! – Изи вытаращила глаза, и в их глубине вспыхнуло безумие. Она схватила себя за плечи, будто пытаясь выбраться из собственной кожи. – Вы что, издеваетесь надо мной?! Вы сделали меня окончательно бессмертной, чтобы я томилась здесь веками? Чтобы я гнила заживо в этой пустоте, ничего не чувствуя?!

– Так не должно было быть, милая… – подал голос Изанис. В его тоне сквозила растерянность, граничащая с ужасом. – Я не понимаю…

– Замолчи! – прошипела она, обрывая его на полуслове.

Изи резко обернулась к алтарю. Её взгляд упал на ритуальный нож, всё ещё лежащий в крови. Одним молниеносным движением она схватила холодную рукоять и, не колеблясь ни секунды, с силой вонзила лезвие себе прямо в сердце.

Изанис и Эреш вскрикнули, но Изи даже не вздрогнула. Она замерла, ожидая спасительной тьмы, но вместо конца почувствовала лишь укол лёгкой, почти призрачной боли – не сильнее, чем от царапины шипом розы.

– Да чтоб вас… – выдохнула она, с овращением отбрасывая нож в сторону. Сталь со звоном ударилась о камни.

Изи начала лихорадочно осматривать своё новое тело. На ней была простая, грубая одежда сельской девчонки: поношенная юбка и льняная рубаха, пахнущая сеном и пылью дорог. У неё были густые угольно-черные волосы, рассыпавшиеся по плечам и доходившие до лопаток, и худощавая, почти хрупкая фигура, которая, однако, скрывала в себе пугающую мощь. Единственным, что казалось неуместным в этом облике изможденной бедняжки, была пышная грудь, тяжело вздымавшаяся от ярости, а не от дыхания.

– Сколько мне лет? – Изи медленно повернулась к Эрешу. Она разглаживала грубую ткань чужой юбки, словно пыталась содрать её вместе с кожей.

– Твоей душе – пятьсот лет, – Эреш сглотнул, не отрывая взгляда от её бледного лица. – А этому телу… Человеческий возраст замер на двадцати.

– Что?! – Изи вскинула брови, и в её глазах вспыхнул опасный огонек. – Вы убили совсем юную девушку ради меня? Вы вырвали жизнь из того, кто еще даже не начал дышать по-настоящему?

– Нет, Изи! – Изанис поспешно подался вперед, пытаясь оправдаться. – Она умерла сама. Клянусь! Того требовал обряд: нам нужен был сосуд, который не осквернен насилием. Невинная девушка, чья нить жизни оборвалась естественным путем. Чахотка или слабое сердце – оно просто остановилось, а мы… мы подхватили её в тени.

Изи замерла. Она посмотрела на свои тонкие девичьи запястья, на чистую кожу, не знавшую ни грубых мужских рук, ни тяжести лет. На её губах заиграла странная, пугающая усмешка.

– Хочешь сказать… – она медленно перевела взгляд с Изаниса на Эреша, и её голос опустился до вкрадчивого шепота. – Хочешь сказать, что я снова девственница? Вот же смех и только… – Изи покачала головой, и её черные волосы рассыпались по плечам. – Вампир-девственница. Сценарий для плохой комедии, если бы за него не заплатили чужой жизнью.