Кэти Ди – Вне ритма смерти (страница 18)

Этот выродок действительно возомнил, что я стану послушной марионеткой в его руках? Что я буду скакать перед ним на задних лапках, словно горная коза на потеху хозяину? Он совершил роковую ошибку, решив, что может приручить то, что сам не в силах постичь. Он приковал меня тяжелыми цепями к сырым камням своего подземелья, выставив меня, как паршивого пса, на позор в этой вонючей дыре.

Пол года я томилась в этих подвалах. Я иссыхала без единой капли живой крови, чувствуя, как моё новое, искусственно созданное тело начинает медленно саморазрушаться от голода. Я была скована по рукам и ногам, лишена даже намека на движение, в то время как он заходил в мою камеру и смотрел на меня, как на забавную диковинку. Он играл со мной, как с тряпичной куклой, наслаждаясь своей мнимой властью над «бессмертной».

Его бесило моё молчание. Его приводило в ярость то, что на мой обновленный организм не действовал ни ядовитый аконит, ни самые изощренные вампирские дурманы, способные свалить старейшину. Мои вены, прошитые технологиями Обелиска, просто отторгали его химию, оставляя разум кристально чистым даже в моменты самой жуткой агонии.

Когда он понял, что не сможет сломить мой дух через зелья, он просто заковал меня в сталь. Он думал, что металл удержит то, что не удержала магия. Он верил, что время и темнота заставят меня умолять о пощаде. Какая наивность… Каждую секунду в этих цепях я ненавидела – я выжигала в своей памяти его лицо, чтобы в день, когда я освобожусь, не пропустить ни одной детали его предсмертного ужаса.

Я оказалась вплотную к Эрешу, обжигая его ледяным дыханием, и прошипела прямо в лицо:

– И знаешь что? Цепи меня тоже не берут, братец. Ни серебряные, ни заговоренные. Никакие.

Одним резким, небрежным движением я отшвырнула его в сторону, словно тряпичную куклу. Эреш отлетел к стене, а я лишь поправила юбку, чувствуя, как внутри снова разгорается эта невыносимая, скучная жажда чего-то настоящего.

– Проводи свою тренировку и проваливай, – я бросила это через плечо, даже не удостоив брата взглядом. – Ты что, правда думаешь, будто я все пять лет только и делала, что сидела на своей бледной упругой заднице и развлекалась, посасывая кровь милых людишек? Нет, Эреш. Ошибаешься.

Я резко развернулась, и в моих глазах полыхнул холодный, мертвенный огонь.

– Пол года я томилась в подвале того старого выродка. Была его девкой на побегушках, его ручной зверушкой. Сначала… сначала мне даже нравилась эта игра. Был какой-то азарт в подчинении. Но всему приходит конец. Игра наскучила. А вот он решил, что может решать за меня. Решил, что он – хозяин положения, и вцепился в меня мертвой хваткой.

Я сделала паузу, наслаждаясь тем, как Эреш вжимается в стену.

– Поэтому он и сдох. Я уже год ищу свою смерть, Эреш. Ищу способ оборвать эту бесконечную ленту дней, но пока – пустота. Иногда я жажду конца, иногда – нет. Вот такая я, представь себе. Нет сердца, нет чувств… только скука и дикий азарт, перемешанные в один ядовитый коктейль.

Я подошла к нему вплотную и коснулась его шеи ледяными пальцами.

– Знаешь, я, возможно, и правда сдохну, если мне оторвать голову или вырвать сердце. Но я не позволю этого сделать какому-то отребью. Я хочу умереть красиво, как королева, а не как загнанное животное на скотобойне. Понимаешь разницу?

– Чем тебе не живётся как раньше? Что тебе не нравится? – Эреш отозвался сухо, почти отчужденно. – У тебя есть всё: сила, свобода, кровь. У тебя есть я. Чего еще желать?

Я медленно подняла на него взгляд. В груди было пусто, как в выгоревшем склепе.

– Мне скучно, Эреш. Ясно тебе? Просто невыносимо скучно.

Я подошла к нему, чувствуя, как между нами растет ледяная стена, которую не пробить ни криком, ни слезами.

– Раньше я жила. Понимаешь? По-настоящему. Даже будучи наполовину мертвой, я чувствовала пульс этого мира. А сейчас… – я приложила ладонь к груди, там, где под кожей царило неподвижное безмолвие. – Тут даже не стучит. Один холод.

Я коснулась пальцами виска, глядя в его полные непонимания глаза.

– И здесь, внутри, нет ни малейшего желания проживать то, что было раньше. У меня не осталось чувств. Ни к кому. Даже к тебе, мой дорогой брат, я чувствую лишь… НИЧЕГО. Пустоту.

Эреш вздрогнул, и я увидела, как по его лицу пробежала тень боли. Раньше это заставило бы мое сердце сжаться, но сейчас я лишь бесстрастно фиксировала его реакцию.

– Ты был единственным, с кем я чувствовала тепло и защиту. А теперь мне плевать, кто ты и что пытаешься мне доказать. Я изо всех сил стараюсь не обрывать нашу связь, пытаюсь вести себя «обычно», чтобы ты не видел, каким чудовищем я стала внутри.

Я сделала шаг назад, и мой голос стал еще тише, приобретая зловещую глубину.

– Но ты… ты каждым своим словом, каждым упреком заставляешь меня ненавидеть тебя этим моим пустым, выжженным сердцем. И если я найду свою смерть в руках того охотника – пускай. Так тому и быть. Это будет лучше, чем бесконечный холод.

– Мы могли бы покопаться в архивах отца, Изи, – голос Эреша дрогнул от слабой надежды. – Он собирал древние свитки, искал способы исцеления… Вдруг там есть ключ? Мы всё исправим, слышишь? Я помогу тебе.

Я замерла на мгновение, а потом театрально всплеснула руками, издав короткий, пустой смешок, от которого по стенам подвала пополз иней.

– О, конечно! Конечно, всё можно исправить! – я посмотрела на него с безумным восторгом, в котором не было ни капли тепла. – Я даже знаю рецепт этого «исцеления».

Я сделала паузу, наслаждаясь тем, как он подался вперед, ловя каждое мое слово. Моя улыбка стала шире, обнажая идеальные, смертоносные клыки.

– Смерть. Вот единственный выход, Эреш. Вот что можно и нужно сделать. Никакие пыльные свитки не заставят это мертвое мясо в моей груди забиться снова. Только покой. Только окончательный, красивый финал.

Я подошла к выходу, обернувшись у самой двери. В полумраке мои глаза казались двумя раскаленными углями.

– Не ищи спасения там, где его нет. И да, ты исчерпал лимит на сегодня, – я бросила это через плечо, уже не скрывая ледяного равнодушия. – Я больше не хочу тренироваться. Спарринг с тобой сейчас – это как бить подушку. Никакой отдачи, только лишний шум.

Я направилась к выходу из подвала, чувствуя, как воздух бара давит на плечи. Эреш что-то крикнул вдогонку, но слова рассыпались, не достигнув моего слуха. В голове набатом бился образ того охотника. Его ярость была живой. Его страх был настоящим. Его кровь… она всё еще жгла мне губы.

– Оставь свои нотации для тех, у кого еще осталось терпение, брат, – бросила я, уже скрываясь в тени лестницы. – Сегодня я выбираю тишину. Или новую игру.

****

До самого вечера я убивала время, слоняясь по центральным улицам. Новая одежда, блеск витрин с побрякушками – всё это было лишь попыткой заполнить пустоту внутри. Но стоило мне засмотреться на очередное колье, как в меня на полном ходу врезался какой-то парень.

Выглядел он… специфично. С ног до головы в коже, тяжелый плащ, темные волосы до плеч, небрежно собранные в хвост. В ухе вызывающе покачивалась серьга. Он был внушительно приятного телосложения. С проявленными мышцами даже через ткань. Он замер, уставившись на меня своими неправдоподобно голубыми глазами, словно увидел привидение.

– Извините, – буркнула я, пытаясь пройти мимо и даже не удостаивая его взглядом.

Но он не двигался. Я кожей чувствовала, как его изучающий интерес сканирует меня с головы до пят. Терпение лопнуло.

– Ну? Что надо? – я вскинула голову, вкладывая в слова всю свою злость.

Его глаза расширились еще сильнее, а на губах заиграла опасная ухмылка.

— Так-так… Вампирша… — прошипел он. Раздался резкий лязг металла: из-за спины он неспешно вытянул короткий, опасно поблескивающий топорик. Резким толчком он отшвырнул меня к стене. Я врезалась в камень, не проронив ни звука — лишь устало закатила глаза и пожала плечами.

— Опять? Серьезно? Этот сценарий начинал мне приедаться. Слушай, сколько можно? – мой голос сочился скукой. – Я тут делом занята, шопингом, если не видишь. Иди гуляй, охотник. Пока головы не лишился. Проваливай, пока я в духе.

Этот парень оказался проворнее, чем я думала. Одним резким рывком он затащил меня в узкий проулок и с силой прижал к холодному кирпичу. Ой, неужели поиграть захотел?

Я быстро глянула по сторонам – лишних глаз нет – и с тихим щелчком выпустила клыки.

– Кто ты такая?! – прошипел он, почти касаясь моим носом своего, приставляя к моему корлу топорик. – Из какого клана? Почему разгуливаешь на солнце?!

– Ну-ну, полегче, торопыга, – я усмехнулась, чувствуя, как его пальцы мертвой хваткой впились в моё запястье. – Слишком много вопросов для одной короткой встречи.

Вместо того чтобы вырываться, я сама подалась вперед, вплотную к его груди. Он инстинктивно отшатнулся на полшага, но было поздно.

– Знаешь, я люблю игры… – прошептала я прямо в его губы.

Прежде чем он успел вскинуть свой топорик, я впилась в него поцелуем, перехватывая его руки с такой силой, что он не смог даже шевельнуться. Секунда – и я остро прикусила его нижнюю губу, слизывая выступившую каплю крови. Солёная, с привкусом адреналина и чего-то горького.

Я резко оттолкнула его, вытирая рот тыльной стороной ладони.