Кэти Ди – В объятиях Нави. Костяной сосед (страница 3)
Последние отношения Мирославы закончились ровно четыре года назад, оставив после себя выжженное поле и полное недоверие к противоположному полу. Это была классическая, болезненная история первой любви. Они встречались с десятого класса. Родной район, общие друзья, школьные обещания. Мира честно ждала его из армии, считая дни до дембеля. Когда он вернулся, они съехались, начали строить планы на будущее, и Мире казалось, что это навсегда.
Все рухнуло в один абсолютно обычный день. Мира возвращалась от родителей на день раньше, чем планировала. Она хотела сделать сюрприз:купила его любимые пирожные, тихо открыла дверь своим ключом… и застукала его с другой. Самым мерзким было то, что они кувыркались в её собственной постели, а на спинке стула висел её любимый домашний халат, который чужая девица успела примерить до этого.
Та измена переехала Миру как асфальтовый каток. С тех пор она полностью ушла в учебу, а затем и в археологию. Прошлое городище, древние черепки и раскопки были безопасными — они, в отличие от живых людей, не умели предавать.
— Эй, Мира, ты чего загрустила? — мягкий голос Ильдара вырвал её из невеселых воспоминаний. Он на секунду отвлекся от дороги и тепло посмотрел на неё. — Почти приехали. Вон там, за рекой, уже наш лагерь. Профессор вас заждался.
Мира встряхнула головой, прогоняя призраков прошлого.
Мира мягко улыбнулась Ильдару и перевела взгляд на проплывающий за окном пейзаж. Исполинские сосны-великаны уходили верхушками прямо в пронзительно-синее небо, а воздух казался таким чистым, что кружилась голова.
— Да так, просто вспомнила свою самую первую командировку на раскопки, — соврала она, решив не портить дорожную атмосферу призраками своего прошлого.
Ильдар понимающе кивнул, ловко объезжая очередную выбоину.
— Да, здесь и правда здорово, — отозвался он с улыбкой. — Хотя, признаться, за свои тридцать четыре года я в таких краях бывал всего три раза. И то раньше дальше местных магазинов не заходил.
Он негромко рассмеялся, и этот смех прозвучал на удивление уютно.
— Здесь уже девять лет живет мой отец. Он-то и рассказал профессору, что можно попробовать покопаться вон в тех краях, — парень коротко указал пальцем в сторону густой чащи, к которой они стремительно приближались.
— Как думаешь, что там может быть? — с любопытством спросила Мира.
— На самом деле, даже не знаю, — честно ответил Ильдар, на секунду нахмурившись. — Но всамой тайге, чуть дальше лагеря, мы уже нашли одну заброшенную постройку. Очень странную. Такое чувство, будто её построили в каком-то другом мире. Но при этом выглядит она так, словно её забросили всего лет тридцать назад.
— Покажешь? — тут же оживилась Алина, мгновенно вынырнув меж кресел и едва не коснувшись плеча водителя.
Мирослава краем глаза заметила, как Ильдар и Алина переглянулись через зеркало заднего вида. Парень ответил блондинке долгим, обволакивающим взглядом, и Мира всё поняла. Алинка явно ему понравилась.
Да и что греха таить — была бы Мира парнем, она бы и сама в Алинку влюбилась. Подруга была невероятной: веселая, легкая на подъем, потрясающе красивая, сексуальная, и при этом в голове у неё точно не было пусто. В отличие от самой Миры.
Мирослава в очередной раз мысленно вздохнула, мимолетно посмотрев на свое отражение в боковом стекле. На свои двадцать семь лет она по-прежнему была похожа на нескладного подростка. Худенькая, маленькая, никаких соблазнительных округлостей — одни большие зеленые глаза на бледном лице, да пепельные волосы до талии. Обычно парни с ней только дружили. Причем дружили по-настоящему, искренне, воспринимая её как «
Вот и здесь — она сидит на самом лучшем переднем сиденье рядом с потрясающим мужчиной, а он всё равно смотрит мимо неё, увлеченный яркой и манкой Алиной.
— Конечно, покажу, — Ильдар тем временем подмигнул Алине в зеркало, отчего блондинка победно улыбнулась. — Вот устроим вас в лагере, и я лично проведу вас к этой загадочной избушке. Профессор как раз просил её осмотреть.
Машина плавно затормозила, преодолев последний ухаб. Впереди, на живописной поляне у бурной горной реки, раскинулся палаточный городок. Из-за главного брезентового тента им навстречу уже спешил улыбающийся профессор, махая рукой. Мира покрепче перехватила ремень своего рюкзака.
Глава 4.
Полевой лагерь экспедиции оказался огромным, живым и удивительно слаженным механизмом. Поляну у подножия холмов пестрила десятками разноцветных палаток, над которыми лениво поднимались сизые струйки дыма от походных кухонь. Повсюду сновали люди: мужчины и женщины всех возрастов в камуфляже и штормовках громко переговаривались, спорили над чертежами, чистили инструменты и таскали тяжелые ящики с оборудованием. Каждая исследовательская группа жила своей обособленной жизнью, у каждого отряда была своя строго очерченная зона ответственности.
Их родная группа под номером восемь, как и ожидали девушки, расположилась на самом отшибе, у самой кромки дикого, глухого леса. Профессор Семен Андреевич всегда отличался нелюдимым характером и искренне ненавидел суету. «
Восьмая группа состояла ровно из десяти человек, и каждый здесь был незаменимым винтиком в системе. Трое крепких парней отвечали за тяжелые земляные работы; двое лаборантов с ювелирной точностью обметали и очищали тончайшими кистями каждую найденную мелочь; строгий геодезист чертил карты срезов почвы; хмурый парень с профессиональной зеркальной камерой непрерывно документировал каждый шаг, а опытная женщина-архивариус вела подробный полевой дневник и писала отчеты для министерства. Мире и Алине в этой цепочке отводилась роль главных полевых исследователей — именно их чутье определяло, где именно делать следующий раскоп.
По заведенной еще со студенчества традиции, девушки расположились в раздельных палатках. Мира любила побыть в тишине после тяжелого дня, а Алина частенько засиживалась допоздна со скетчбуком.
Быстро раскидав вещи по спальникам, подруги начали переодеваться в рабочую форму. Археологические комбинезоны из плотной ткани защитного цвета сели идеально. Девушки зашнуровали тяжелые походные ботинки песочного цвета и накинули кепки, чтобы защититься от слепящего таежного солнца. Алина водрузила на нос стильные солнцезащитные очки в массивной коричневой оправе, а Мира выбрала строгие, классические темные очки-авиаторы.
Выйдя из палатки, Алина критически осмотрела подругу, уперев руки в бока:
— Слушай, Мирка… Вот смотришь на тебя — ну вылитая Лара Крофт! Очки, комбинезон, ботинки. Только волосы пепельные, а не каштановые.
— Да уж, Лара Крофт, — иронично хмыкнула Мира, поправляя козырек кепки и заглядывая в свое карманное зеркальце. — Только с телом школьницы из старших классов. У Расхитительницы гробниц, помнится, формы были повнушительнее.
Алина заливисто расхохоталась, и Мира, не выдержав, прыснула вслед за ней. Настроение было отличным, несмотря на дорожную усталость. Подталкивая друг друга локтями, они направились к большому брезентовому тенту столовой, где вовсю гремела посудой остальная часть их группы.
— О, а вот и наше пополнение из столицы! — радостно басовито воскликнул профессор, отрываясь от тарелки с дымящимся супом.
Вся группа дружно обернулась. Парни заулыбались, приветственно замахали руками, посыпались искренние походные приветствия. Мира и Алина со всеми поздоровались, обменялись крепкими рукопожатиями и парами дежурных шуток про долгий перелет, после чего с удовольствием опустились на деревянную скамью.
****
После сытного, пахнущего дымком ужина солнце начало медленно клониться к горизонту, окрашивая верхушки сосен в густой янтарный цвет. Прохлада опускалась на лагерь, и девочки, прихватив свои небольшие рюкзаки, встретились у края поляны с Ильдаром. Тот уже ждал их, закинув руки в карманы куртки и о чем-то весело переговариваясь с Алиной.
Они двинулись в путь. Сначала дорога была легкой — широкая грунтовая полоса, пылящая под подошвами походных ботинок. Вокруг расстилалось бескрайнее дикое поле, заросшее высокой травой и золотистыми шапками иван-чая. Воздух здесь буквально звенел от стрекота цикад, а легкий ветерок доносил сладкие ароматы нагретой за день земли.
Но вскоре Ильдар свернул в сторону, и поле сменилось полосой густого малинника. Кусты в человеческий рост цеплялись за комбинезоны, Алина то и дело вскрикивала, когда колючие ветки задевали её открытые ноги, а Ильдар галантно придерживал для неё самые крупные побеги. Мира шла чуть позади. На душе у неё с каждым шагом становилось всё страннее. Какое-то глухое, вибрирующее чувство тревоги медленно зарождалось в груди. Ей казалось, что окружающие звуки — птичий щебет, шуршание листьев — постепенно угасают, сменяясь гулкой, неестественной тишиной.
Они осторожно перешли по скользким поросшим мхом камням маленькую, безымянную речушку. Вода в ней была ледяной, прозрачной как стекло, и журчала как-то зловеще, словно предупреждая: «