Кэти Ди – Полукровка: Последняя из рода «Зов Крови» (страница 13)

После той ночи на балу между нами выросла стена. Каталина избегала встреч, и я не стал её преследовать. Я не требовал объяснений и не просил продолжения, хотя память о той нежности до сих пор обжигает. Я всё ещё чувствую вкус её губ и тепло её объятий, но если она решила закрыть эту дверь – я приму её выбор.

– О чём ты сейчас думаешь? – Голос Каталины прозвучал неожиданно мягко, вырывая меня из омута собственных мыслей.

Она сидела рядом на той самой толстой ветке, где мы прятались в день её приезда. Это место стало нашим убежищем – единственным местом, где мир вокруг переставал существовать.

– Думаю о том, с чего начать наше следующее занятие, – ответил я, стараясь придать голосу будничный тон.

Она тут же поморщилась, не скрывая своего разочарования. За то время, что я был её наставником, она научилась усмирять бушующие внутри эмоции и даже подчинила себе капризную магию огня, но любовь к дисциплине в ней так и не проснулась.

– Твои мысли всегда заняты только тем, как бы поинтереснее меня помучить, верно? – Она с вызовом сложила руки на груди, но в глазах промелькнула искорка прежнего задора.

– На самом деле, всё совсем иначе, – усмехнулся я. Я легко спрыгнул на землю и обернулся, глядя на неё снизу вверх. – Идём, пора собирать вещи. Если, конечно, ты всё ещё намерена ехать со мной и не передумала.

Каталина замерла. Она смотрела на меня в упор, не моргая, и в этом молчании была какая-то пугающая сосредоточенность. Казалось, она взвешивает само наше будущее. Каждая секунда её раздумий отдавалась во мне тупой болью. Моё тело непроизвольно напряглось, пальцы сжались в кулаки; я кожей чувствовал, как внутри натягивается струна. Я до смерти боялся услышать «нет».

– И с чего бы мне вдруг передумывать? – отозвалась она, легко спрыгнув с ветки. Каталина приземлилась совсем рядом, так что я почувствовал едва уловимый аромат её волос.

– Я слышал ваш разговор с моим братом, – я намеренно отвернулся, разглядывая лесную чащу. Мне не хотелось, чтобы она заметила вспышку раздражения, которую я не успел подавить при одном упоминании Алана.

– Вы только посмотрите на него! – в её голосе зазвучали лукавые, издевательские нотки. – Великий и ужасный чёрный маг, Рой Корвус, опустился до того, что подслушивает чужие секреты под дверями, точно дворцовая сплетница.

– Это вышло случайно, – я резко развернулся, уязвлённый её нелепым сравнением. Мой тон был суше, чем хотелось бы.

– Ну конечно, я тебе верю, как же иначе, – она звонко хихикнула. Прежде чем я успел вставить хоть слово в своё оправдание, Каталина шутливо толкнула меня кулаком в плечо и зашагала по тропинке в сторону дворца.

– Я не подслушивал! – крикнул я ей в спину, чувствуя, как внутри закипает азарт. Но она лишь обернулась на бегу, показав мне язык, и продолжила настаивать на своём, выкрикивая какие-то колкости.

В одно мгновение я использовал магический рывок. Пространство схлопнулось, и я возник прямо перед ней. Каталина не успела затормозить, и я, перехватив её за талию, одним ловким движением забросил её себе на плечо, как добычу. Она вскрикнула от неожиданности, по инерции ударив меня кулачками по спине, но уже через секунду её испуг сменился заливистым смехом. Я же, не обращая внимания на её шуточное сопротивление, развернулся и быстрым шагом направился ко дворцу, чувствуя, как её радость наконец-то вытесняет мою тревогу. Ещё один магический скачок – и мы оказались в самом центре цветущего сада. Я замер, не успев сделать и шага. Прямо перед нами, словно каменное изваяние, стоял Алан. Ситуация до боли напоминала наше прошлое столкновение. По его лицу было видно: то, как мы дурачились, привело его в ярость.

Я медленно и осторожно поставил Каталину на землю. Прежде чем отстраниться, я нарочито спокойным жестом разгладил складки её юбки, задравшейся во время бега. Она тут же шутливо хлопнула меня по руке, явно смущённая такой неуместной на глазах у Алана нежностью.

– Алан? Как дела? – Каталина попыталась разрядить обстановку, переводя на него растерянный взгляд.

– Всё в порядке, – его голос прозвучал сухо, почти безжизненно. – Хотел было спросить, как дела у тебя, но вижу, что всё замечательно.

– Брат, ты сегодня не в духе? – я позволил себе лёгкую усмешку, прекрасно понимая причину его желчи. – Или отец снова завалил тебя государственными делами?

– Уверен, у тебя работы будет не меньше, как только ты переступишь порог родного дома, – бросил он напоследок холодный, колючий взгляд и, резко развернувшись, зашагал к дверям дворца.

Каталина проводила его недоуменным взором, а затем тихо спросила, повернувшись ко мне:

– Что это с ним? Почему он такой … раздражённый?

– Всё просто: ты разбила ему сердце, – я буднично пожал плечами, словно речь шла о погоде, и двинулся следом за братом.

– Я? Но я этого не делала! – в её голосе послышалось искреннее, почти детское удивление.

– Именно это ты и сделала, – бросил я через плечо, не оборачиваясь.

Я направился в свою комнату, оставив её одну среди цветов разбираться с тем горьким послевкусием, которое всегда оставляет после себя неразделённая любовь.

Наступило время сборов. Мне предстояло упаковать не только те вещи, с которыми я прибыл сюда, но и всё, что накопилось за эти месяцы – книги, артефакты и воспоминания. Ещё на прошлой неделе я получил весточку от матушки: она писала, что дом полностью готов к приёму гостей. Это известие позволило мне выдохнуть – мы могли возвращаться со спокойной душой. Я заранее распорядился подготовить для Каталины покои на этаже для особо важных персон в нашем семейном крыле. Мысль о том, чтобы поселить её в общем корпусе для приезжих магов, казалась мне не просто неудачной, а пугающей. Я не мог допустить, чтобы она находилась среди чужаков, вне зоны моего контроля и защиты.

Когда с основными вещами было покончено, мой взгляд случайно зацепился за край пожелтевшего листа, торчащего из-под кровати. Я нахмурился и вытянул его. Видимо, он выпал из того древнего фолианта, который мама прислала мне из закрытых архивов отца. Я начал бегло просматривать строки, и с каждым словом мои глаза округлялись всё сильнее. Дыхание перехватило, а по спине пробежал неприятный холодок. Я был по-настоящему шокирован содержанием этого документа. Сердце забилось в бешеном ритме от осознания: как я мог не заметить этот лист раньше? Почему судьба подбросила мне его именно сейчас, когда мы уже стоим на пороге дома?

«… послание то … открыть лишь ключом … который у наследницы … синий камень … стена … руны … шар …»

Я вглядывался в пергамент до рези в глазах, но многие слова были безнадёжно размыты временем или сыростью. Смысл ускользал. О каком синем камне идёт речь? Что за послание оставил отец и, главное, где, в каком забытом углу королевства его искать?

Месяц назад нам с Каталиной наконец удалось завершить перевод манускрипта, который я с таким трудом добыл у Паука. Тогда всё казалось проще: я выяснил, что у выжившей наследницы рода Кэйли, остался некий артефакт-ключ. С его помощью она должна открыть тайную дверь и пролить свет на истинные причины гибели своего дома. Но отец в своих записях был невыносимо скрытен – ни слова о том, как выглядит этот ключ и где находится та самая дверь. Если наследница действительно жива, её родовая магия обязана была пробудиться в ту же секунду, когда сердце моего отца перестало биться. Ведь наложенная магия должна была исчезнуть вместе с ним. Я перерыл сотни архивов, проверяя каждую девочку. Единственной одарённой сиротой в списках значилась Онора Астер, но её кандидатуру я отсёк почти сразу. Тщательное расследование показало: за ней нет великой тайны. Обычная дочь полукровок, чьи родители закончили жизнь бесславно и глупо, связавшись с тёмными ведьмами. Больше ни одного ребёнка с магическим даром в сиротских приютах не числилось. Девчонка словно испарилась, растворилась в воздухе. И как, чёрт возьми, со всем этим связано пророчество о чёрных воронах и их владыке?

Вопросы множились, а ответов по-прежнему не было. Спрятав загадочный лист в стопку других записей, я с глухим щелчком закрыл чемодан. До отъезда оставались считанные часы, и тратить их на бессмысленное самокопание было выше моих сил.

Чтобы хоть немного отвлечься, я направился к Кэю – проверить, как продвигаются его сборы (а заодно и подколоть его напоследок). По старой привычке я вошел без стука, совершенно бесцеремонно, но тут же замер на пороге. Картина была красноречивой: Кэй впечатал Эмбер в постель, и их объятия явно вышли за рамки приличия.

– Если ты решишь её съесть прямо сейчас, имей в виду: я не смогу объяснить Каталине, куда внезапно исчезла её лучшая подруга, – подал я голос.

Они подскочили как ошпаренные. Эмбер в мгновение ока стала пунцовой и юркнула за широкую спину Кэя, а тот уставился на меня дикими, напуганными глазами.

– Я вообще-то стучал, – соврал я, картинно закатив глаза.

– А ну проваливай! – взревел Кэй и запустил в меня подушкой. Та угодила мне прямо в лицо, заглушая мой смешок.

Оставив влюбленных наедине, я спустился по лестнице, раздумывая, чем занять образовавшееся окно в графике. Ноги сами привели меня к тренировочному залу – физическая нагрузка всегда помогала прояснить ум. Однако стоило мне переступить порог, как я снова наткнулся на то, что видеть не желал.