Кэти Ди – Полукровка: Последняя из рода "Зов Крови" (страница 21)
Я резко обернулась и увидела их: Рой и Кэй пробивались ко мне, но моё внимание приковало другое. Неподалеку ведьма прижала Эмбер к стволу дерева, приставив к её горлу острое лезвие. Ни секунды не раздумывая, я вскинула руку. Кинжал со свистом рассёк воздух, точно поразив цель. Ведьма издала утробный рык и медленно осела на землю, выпуская мою подругу из своих когтей. Я видела, как Рой тщетно пытается пробиться сквозь стену моего пламени. Моя магия, словно живое существо, заперла нас с Онорой в непроницаемом круге, отсекая весь остальной мир. Я медленно повернулась к Оноре и хищно оскалилась, глядя на её бледное лицо.
– Передай своей новой семье: я приду за каждым из них, – мой голос вибрировал от скрытой угрозы.
Голубые искры начали медленно таять в воздухе, и я сделала шаг назад, разрывая кольцо.
– Я отпускаю тебя только ради этого послания. Но запомни, Онора Астер: я за тобой вернусь, Ты ответишь за смерть Люка. Не оборачиваясь, я оставила её одну в лесной глуши и направилась к Эмбер, чувствуя, как внутри затихает буря.
Рой мгновенно преградил мне путь, едва барьер из голубого пламени окончательно растаял. Он лихорадочно оглядывал меня с ног до головы, пытаясь найти следы крови или ожогов.
– Ты не ранена? Лина, отвечай! – в его голосе звенело неприкрытое беспокойство.
Я молчала, чувствуя, как внутри всё ещё вибрирует остаточная сила. Медленно переведя взгляд в сторону, я увидела Эмбер – Кэй буквально смял её в своих объятиях, не желая отпускать ни на секунду. Глядя на них, я ощутила странный укол горечи: их мир снова стал прежним, а мой – изменился навсегда. Рой молча и по-хозяйски вернул мой кинжал в ножны на бедре. Его уверенные движения немного привели меня в чувство. Он помог мне сесть в седло, и направил коня вперёд. Стоило нам покинуть мрачные своды леса, как магическое пламя внутри окончательно угасло, оставив после себя лишь опустошение. Меня накрыла запоздалая паника; тело пробил неконтролируемый озноб. Почувствовав мою дрожь, Рой крепче прижал меня к своей груди, делясь теплом.
– Рой … она мертва? – едва слышно прошептала я. Мне не нужно было называть о ком я говорю – он и так это понял.
– Да, ромашка, – так же тихо отозвался он, и его тёплое дыхание коснулось моего виска. – Послушай меня: не бери в голову, ладно? В тот момент другого выхода не было. Выбор стоял жестко: либо она, либо Эмбер. Ты просто спасла ту, кто тебе дорог.
Слова Роя звучали здраво, но холод в груди от этого никуда не исчезал.
– Я убила … – эхом отозвалось в моей голове, и этот шёпот казался громче топота копыт. – Я лишила жизни человека. Пусть она была ведьмой, пусть она была врагом, но она была живой. А теперь её нет. Дрожь во всем теле стала невыносимой. Весь мой мир, где я была просто человеком, рассыпался. Теперь я была той, кто способен убить. Пустота в груди, которую я так боялась, теперь казалась бездонной пропастью, поглотившей остатки моей невинности.
— Эта тьма … она просто поглотила меня. Я убила её, Рой. Убила, даже не задумавшись ни на секунду. Рука сама метнула сталь, сердце даже не дрогнуло. Чёрт, кто же я теперь такая? Я вцепилась в его руки, ища в них хоть какую-то опору, пока мой собственный мир рушился, погребая под обломками прежнюю, добрую Лину.
На протяжении долгого пути Рой хранил молчание. Он не пытался вызвать меня на разговор, давая возможность самостоятельно примириться с собственными мыслями. Оглянувшись пару раз на скакавших позади Кэя и Эмбер, я увидела, что подруга уснула в его объятиях, а Кэй лишь печально поглядывал в мою сторону, явно сопереживая моей боли.
Наконец, когда сумерки сгустились, мы остановились на ночлег в небольшой деревушке: коням и нам самим требовалась передышка. Рой не поскупился на оплату, обеспечив животным хороший корм, а нам – скромный, но уютный кров и горячий ужин. Нам выделили две смежные комнаты: в одной устроились Эмбер с Кэем, а вторую заняли мы с Роем. Парни единогласно решили, что оставлять нас одних после лесного нападения слишком рискованно. Каждый из них взял на себя роль защитника, решив лично следить за обстановкой в течение ночи. Присутствие мужчины в каждой паре казалось самым разумным решением – так мы могли чувствовать себя в относительной безопасности под их неусыпным контролем.
Ужин прошёл в тягучем молчании, после чего мы разошлись по своим комнатам. Приняв горячий душ, который лишь ненадолго унял дрожь в теле, я бессильно опустилась на кровать. Сон не шёл. Я просто лежала, не мигая глядя в окно, где в холодном ночном небе застыла бледная луна. Её призрачный свет заливал комнату, выхватывая из темноты силуэт Роя, и я снова начала прокручивать в голове события этого бесконечного дня.
Слёзы снова обожгли мои щёки, и я не пыталась их остановить. Внезапно матрас рядом со мной прогнулся под чужим весом, и я почувствовала у самого уха горячее дыхание Роя.
– Лин? – негромко позвал он.
Его рука скользнула по моей талии, властно и в то же время бережно притягивая меня к себе. Я не сопротивлялась – у меня просто не осталось сил бороться ни с ним, ни с собой. Рой жадно вдохнул аромат моих волос и уткнулся в них лицом, словно находя в этом запахе свое собственное спасение.
– Всё пройдёт, ромашка … – шептал он, и его голос вибрировал от невысказанной нежности. – Слышишь? Всё обязательно пройдёт.
Я медленно развернулась в его кольце рук, оказываясь лицом к лицу с магом. В полумраке комнаты я принялась внимательно изучать его черты, пока рука сама собой не потянулась к его шраму. Рой мгновенно напрягся, пытаясь отстраниться и вновь возвести привычные стены, но я не позволила ему закрыться. Накрыв ладонью его израненную щёку, я заставила его встретиться со мной взглядом.
– Знаешь, Рой … – тихо произнесла я, чувствуя биение его пульса под пальцами. – Помнишь, я говорила, что шрамы есть у каждого, просто не все из них на виду? Мой – глубоко в сердце. И я не могу его излечить. Смогу ли я когда-нибудь полюбить, если моя душа так истерзана? – мой голос сорвался, едва я задала этот пугающий вопрос.
Рой бережно коснулся моего лица, стирая большим пальцем очередную солёную дорожку с щеки. Его взгляд в этот миг был непривычно открытым.
– Я бы очень этого хотел, Лина … – выдохнул он.
Прильнув губами к моей влажной коже, он замолчал, понимая, что слова сейчас бессильны. Рой прижал меня к себе с такой силой, словно пытался закрыть от всего мира, и я наконец позволила себе расслабиться в его руках.
– Спи, малышка, – прошептал он в самую макушку. – Завтра нас ждёт ранняя дорога.
Какое-то время я прислушивалась к его мерному, спокойному дыханию, пока не почувствовала, что его железная хватка постепенно ослабла. Рой погрузился в сон, но стоило мне шевельнуться, пытаясь устроиться поудобнее, как он тут же, не просыпаясь, прижимал меня к себе ещё крепче. Я оставила попытки выбраться из этого плена. Позволив ему притянуть меня ближе, я уложила голову на его широкую грудь и под размеренный стук его сердца наконец уснула.
Проснулись мы на рассвете и, не теряя времени на долгие сборы, двинулись дальше. На этот раз Рой решил не рисковать и не разделять отряд, поэтому оставшаяся часть пути прошла на удивление спокойно. Спустя несколько дней переходов, коротких привалов и ночёвок под открытым небом, мы наконец достигли цели. Перед нашими взорами выросла суровая скалистая гряда, на вершине которой возвышался огромный дворец из антрацитово-чёрного камня.
– Добро пожаловать в мой дом, Каталина Эртон, – Рой улыбнулся в хищном аскале. Он пришпорил коня, и наш вороной понесся галопом прямо по каменистой тропе, навстречу распахнутым воротам.
Едва мы достигли массивных ворот, Рой бережно помог мне спуститься на землю. Я невольно задрала голову к небу и замерла: над шпилями дворца, словно живой чёрный ковер, кружили сотни воронов. Их слаженный полёт завораживал. Я ахнула, и на моих губах сама собой расцвела улыбка – это зрелище казалось мне не пугающим, а величественным.
В ту же секунду в груди разлилось странное тепло, закончившееся резким уколом. Я непроизвольно прижала ладонь к сердцу, пытаясь унять внезапную боль.
– В чём дело? – Рой мгновенно оказался рядом, его взгляд сканировал моё лицо.
– Да так, ерунда … – отмахнулась я, не желая признаваться, что само присутствие этого места вызывает во мне такой мощный отклик.
То, что произошло в следующую секунду, не поддавалось никакой логике. Один из воронов отделился от чёрного круговорота в небе и начал стремительно снижаться. Словно в трансе, я протянула руку навстречу птице, и огромный ворон уверенно опустился на моё предплечье, вцепившись когтями в кожаную куртку. Рой непроизвольно отшатнулся, словно я внезапно превратилась в ожившую легенду. Его глаза округлились до предела, а на лице застыла смесь шока и суеверного страха.
– Какого … – начал он, но слова застряли в горле, так и не превратившись в ругательство.
Он переводил взгляд с меня на невозмутимую птицу и обратно, пытаясь осознать масштаб происходящего. Ворон лишь плотнее прижал крылья к телу, будто насмехаясь над замешательством хозяина замка.
Я перевела взгляд на птицу, вглядываясь в её иссиня-чёрное оперение. Ворон был огромен – настоящий вожак стаи, древний и мудрый. Внезапно он моргнул, и в моё сознание ворвался мощный импульс. На долю секунды реальность померкла: я увидела себя со стороны, застывшую у ворот замка, словно смотрелась в живое, пернатое зеркало. Ошеломлённая, я уставилась на него, не в силах осознать случившееся. Ворон издал громкое, торжествующее карканье и, взмахнув мощными крыльями, взмыл обратно ввысь к своим сородичам.