Кэти Ди – Лимб (страница 22)
Паника накрыла её с головой. Ведомая чистым инстинктом самосохранения, София бросилась вглубь душевой зоны. Из-за плотной шторки одной из крайних кабинок валил густой, горячий пар и доносился ровный шум падающей воды. Была не была!
София рванула занавеску и влетела внутрь, тяжело дыша и сразу зажмурив глаза от дикого смущения. Под струями воды, полностью обнажённый, стоял Грач. Увидев, как в его личное пространство бесцеремонно врывается девчонка, он от неожиданности замер и, хмуро вздёрнув брови, раздражённо рявкнул:— Ты чё, совсем охренела, Громова?! Ты берега попутала?! Сейчас мужское время!
София, превозмогая стыд, всё же открыла глаза и уставилась на него умоляющим, затуманенным от боли и слёз взглядом. Она стояла, согнувшись, и судорожно держалась обеими руками за живот — точно за то место под дыхом, куда минуту назад пришёлся жестокий удар Марата. Её губы посинели, лицо было бледным.
— Помоги мне... — судорожно, едва слышно прошептала она, теряя равновесие.
И в этот самый момент в общую душевую со звонким, оглушительным грохотом ударила входная железная дверь. По кафельным стенам раскатился бешеный, звериный ор Марата:— Где ты, сука?! Вылезай, мразь, всё равно найду!
Илья мгновенно изменился в лице. Услышав этот крик и заметив, в каком состоянии находится София, он без лишних слов пошёл наперекор всем своим правилам одиночки. Он сделал шаг вперёд и резко притянул Софию к себе, руками подхватывая её под бёдра и хрипло приказывая: «
София пискнула от неожиданности и дикого смущения — её мокрая одежда мгновенно прилипла к его горячему, обнажённому телу. Но Илья тут же жёстко закрыл ей рот ладонью, прижимая её спиной к бетонной стене в противоположную от брызг воды сторону, чтобы струи не заливали ей лицо и не выдали их шумом. Они замерли в тесном пространстве кабинки, практически слившись в одно целое. Сердце Ильи бешено стучало прямо напротив её груди.
Тяжёлые шаги Марата зазвучали совсем рядом, шторки соседних кабинок с треском разлетались в стороны. Амбал искал жертву. Наконец он остановился прямо напротив их занавески, тяжело дыша.
Илья, удерживая Софию одной рукой на своих бёдрах, второй рукой резко отодвинул край шторки, демонстрируя Марату своё злое, мокрое лицо из-под стекающих капель воды.
— Слышь, — ледяным, смертоносным тоном процедил Грач, буравя амбала глазами. — Если «сука» — это ты в мой адрес сейчас заорал, то тебе лучше этого никогда больше не повторять. Понял меня, качок?
Марат от неожиданности даже попятился на шаг, утирая пот со лба. Наглый запал силовика Руслана перед злым Грачем заметно просел.— Да я... я это... Громову ищу, — хмуро буркнул Марат, зыркая по сторонам. — Эта тварь сюда прибежала, я точно знаю.
— Её здесь нет, — жёстко отрезал Илья, и для вида он слегка отпрянул туловищем назад, загораживая Софию своей широкой спиной и делая вид, что просто выглядывает за шторку по пояс.
Марат застыл в проходе, тяжело дыша и упрямо пытаясь заглянуть за его плечо. Илья окончательно набычился, его челюсть выдвинулась вперёд, а голос упал до опасного, хриплого баса:— Чего вылупился, придурок? Или хочешь зайти ко мне и лично проверить? Любишь на чужие члены смотреть, извращенец?
Марат от такой хлёсткой пацанской предъявы мгновенно вспыхнул, густо покраснев от злости и стыда. Найти аргументы против Грача он не смог.— Еблан, — злобно буркнул амбал под нос, резко развернулся на пятках и пулей вылетел из душевой, со звенящим грохотом захлопнув за собой входную дверь.
В помещении снова воцарился лишь мерный, монотонный шум падающей воды. Но София так и осталась висеть на Илье, судорожно сжимая пальцами его мокрые плечи и боясь сделать даже мизерный вдох.
В помещении снова воцарился лишь мерный, монотонный шум падающей воды, смывающий остатки дикого адреналина. София вся сжалась, тяжело и прерывисто дыша через нос. Она зажмурилась так сильно, что заболели веки, и наотмашь уткнулась лицом в его мокрую, горячую шею, прячась от всего мира.
Илья её ещё какое-то время крепко держал, прижимая к бетонной стене и чутко прислушиваясь к затихающим шагам Марата в коридоре. Наконец, когда угроза окончательно миновала, он плавно разжал свои мощные руки, убирая ладони с её бёдер.
Но София от пережитого ужаса и парализующего смущения даже не сообразила, что её больше ничего не держит. Вместо того чтобы спуститься на пол, она так и осталась висеть на нём, инстинктивно вжимаясь в его обнажённое тело ещё сильнее и цепляясь пальцами за его широкие плечи. Её мокрая роба липла к его коже, а кудри хаотичным водопадом рассыпались по его груди.
Илью откровенно забавляла эта комичная ситуация. На его смуглом лице появилась ленивая, насмешливая ухмылка, а в глазах плясали чертята. Он расслабленно опустил руки вдоль туловища и хрипло, с издевкой прошептал ей прямо на ухо:
— Слушай, Громова... Если тебя вообще не смущает, что я голый, то можешь повисеть на мне ещё пару часиков. Я, в принципе, не против такой компании.
До Софии наконец-то дошёл смысл его слов. Она тут же в ужасе вытаращила глаза, осознав, в каком двусмысленном положении оказалась.
— Ой! — пискнула она, заливаясь пунцовой краской до самых ушей, и судорожно попыталась слезть, отталкиваясь от его груди.
Но Илья соскользнуть ей уже не дал. Его ладони резко вернулись на её талию, фиксируя девушку на месте. Насмешливая ухмылка мгновенно испарилась с его лица. Грач сильно нахмурился, заметив, как из-под мокрого ворота её робы, отчётливо проступают свежие, наливающиеся синевой багровые следы от чужих пальцев.
— Чё натворила? — жёстко, с опасным басовым нажимом спросил Илья, буравя её взглядом. — Кто это тебя так приложил?
— Ничего... — судорожно проговорила она, пытаясь сглотнуть ком в перехваченном горле и уводя взгляд в сторону. — Я не знаю... Он просто напал в тупике. Марат. Сказал, что я какой-то заговор против него строю...
— Ладно. Разберёмся с этим качком, — процедил Илья сквозь зубы, и его челюсти сжались с такой силой, что на щеках заходили желваки.
Он всё же аккуратно опустил её ноги на скользкий кафельный пол, наконец разжимая хватку, но продолжая удерживать её за плечи, чтобы она не упала от слабости. Илья выключил воду, и в наступившей тишине его взгляд снова скользнул по её лицу. Под струями душа он окончательно разглядел нежную кожу и ту самую россыпь мелких золотистых крапинок на аккуратном носу.
— Пошли, Веснушка, — тихо, с какой-то новой, непривычной хрипловатой нежностью произнёс он, делая шаг к выходу из кабинки. — Пока я не сорвался сам.
София от этого внезапного, интимного прозвища и двусмысленной фразы застыла на месте, испуганно захлопав ресницами.
— Что?.. — тут же растерянно проговорила она, окончательно теряя дар речи.
Илья остановился у шторки, обернулся и снова лениво усмехнулся, окинув её насмешливым взглядом:
— Ты так усердно тёрлась по мне последние пять минут, знаешь ли... Любой нормальный мужик на моём месте уже бы задумался о продолжении.
— Я... э-э-э... Ты... придурок! — София от дикого стыда мгновенно начала заикаться, не зная, куда деть руки и как прикрыть мокрую, облепившую тело ткань комбинезона.
— Да шучу я, расслабься, — Илья весело хохотнул, сдёргивая с крючка своё большое сухое полотенце и быстро закручивая его вокруг бёдер. — Я не настолько слаб, чтобы набрасываться на испуганных девчонок. На выход, Громова.
Илья вышел из душевой зоны первым — уже полностью переодетый в свежую, сухую тёмно-серую робу. Он шагал уверенно, на ходу низко надвигая козырёк чёрной кепки на лоб. Следом за ним всё ещё мелко подрагивая от пережитого озноба, робко семенила София.
В казарме обстановка мгновенно накалилась добела. Марат сидел на своей кушетке, нервно потряхивая ногой, а Камила, развалившись на соседнем матрасе, лениво пилила свои ногти пилочкой, стараясь казаться максимально безучастной. Но стоило этой парочке увидеть, как София и Илья выходят из общего душа вместе, как амбал буквально подскочил со своего места, дико оскалившись от нахлынувшей уличной ярости.
— Ах ты ж сука! — бешено заорал Марат, делая широкий шаг к Грачу и сжимая кулаки так, что вены вздулись канатами. — Ты чё, Грач, вообще за дурака меня держишь?! Ты же мне только что, блядь, втирал, что её там нет! Соврал мне в глаза, урод?! На ходу девку прятал?!
Илья замер по центру бокса, лениво засунув руки в карманы робы. На его лице не дрогнул ни один мускул.
Марат, окончательно потеряв остатки страха и разума от уязвлённого эго, резко перевёл свой злой взгляд на Софию и отвратительно, громко хохотнул, брызжа слюной:
— Ну и как тебе его член, шлюха?!
Договорить он не успел. В следующую же секунду в тишине казармы раздался оглушительный, хлёсткий удар. Грач молниеносно, без лишних предупреждений снова всадил Марату своим тяжелым рабочим кулаком точно в челюсть. Удар был такой силы, что амбал с глухим стоном отлетел назад, с грохотом сбивая железную тумбочку и заваливаясь прямо на свою кровать, сплёвывая кровь на серый матрас.
— Повтори ещё раз, убогое существо, — леденящим, глухим басом проговорил Илья, нависая над хнычущим качком и даже не разжимая окровавленных костяшек. — Ну? Давай, вякни ещё хоть слово про неё, и я тебе эту челюсть вправлю прямо здесь.