Кесвил Ли – Песнь Гилберта (страница 14)
не было. Шли часы. Ночь заботливо укрывала мраком черноту пепелища. Обессиленный Гилберт уснул прямо в зале у дорогих ему костей.
Удивительно, но рассвет всегда наступает, какая бы тёмная ночь ни была позади. Птицы пели в лесу, не зная о случившемся горе. Словно не существует в мире боли и отчаяния, как будто всегда можно начать новую радостную жизнь. Гилберт проснулся. Мгновение он пытался вспомнить, почему он весь в золе, и тут события вчерашнего дня обрушились на него. «Будет болеть, – отстранённо подумал Гилберт. – Это воспоминание ещё долго будет болеть, как потеря крыльев. Только не снаружи, а внутри. Боль, которую никогда никто не увидит. Боль, которая никому не нужна». Он всё ещё не знал, что делать с костями друга. И, тяжело вздохнув, он решил не делать ни-че-го. Оставить всё как есть. Гилберт собрал оставшиеся вещи, внезапно вспомнил про подпол и разобрал завалы к нему. На удивление, запасы в нём не пострадали от огня. Он взял сколько мог и отправился в путь. Его ожидала долгая дорога домой в одиночестве.
По ту сторону ночи
Последующие дни не отличались разнообразием. Охота, готовка, сон, дорога, и снова всё повторялось по кругу. Без крыльев расстояния казались неимоверно огромными. Требовалось гораздо больше сил и времени, чтобы преодолеть их. Гилберт ещё не встретил ни одинокого путника, ни нагруженной повозки, запряжённой лошадью. Да и сама дорога обросла травой. Очевидно, что ей пользуются нечасто. Возможно, он выбрал неверное направление? Может быть, в конце не будет населённого пункта? С другой стороны, все дороги, которые вели из города, выглядели одинаково запущенными. К тому же, по выбранному пути он шёл уже довольно долго, чтобы возвращаться назад. Да и не стоит ли теперь стремиться обходить города? Сейчас Гилберт как никогда осознавал опасность встречи с людьми. С Фергусом ему повезло по чистой случайности, удачному стечению обстоятельств. Но повезёт ли ему ещё раз? Си́рин сильно сомневался. И в то же время долго путешествовать, питаясь одной дичью, тяжело. Запасы из подпола, которые он взял с собой, уже давно закончились. Гилберта уже воротило от вида жареного мяса, которое нечем разбавить. К тому моменту, как он добрался до города, он вновь обзавёлся готовностью залезать в чужие сады. Впрочем, к своему разочарованию, он вскоре узнал, что фрукты и овощи ещё не поспели. Сжав клюв, си́рин решил, что продолжит свой путь, промышляя охотой, и вступил на новую дорогу. Указателей нет, внутренний компас сбит, как теперь понял Гилберт, из-за Теней Магов. Поэтому путь выбирал наугад. Когда си́рин дошёл до нового города, его уже периодически тошнило от с трудом добытого мяса. Ночью Гилберт предпринял свою первую вылазку в поселение. Люди в основном спали, а те немногие, что шатались по улицам, зачастую были пьяны и едва волочили ноги, норовя в беспамятстве свалиться в канаву. Си́рин без труда обходил их незамеченными. А отточенные до совершенства на охоте нечеловеческие инстинкты позволяли ему передвигаться абсолютно бесшумно. Словно тень, Гилберт скользил в темноте. Выдавали его только голубые огни глаз, светящиеся во мраке. Но когда он их закрывал, то и вовсе становился совершенно неуловимым для взгляда.
В одном из внутренних дворов си́рин увидел плащ с капюшоном, сохнувший на бельевых верёвках. Недолго думая, Гилберт надел его. Чёрная ткань помогала ещё лучше сливаться с темнотой ночи, а капюшон скрывал глаза. Идеально. Успешно прогулявшись по городу незамеченным, си́рин почувствовал уверенность и решил пойти на риск – забраться в дом. Побродив по округе, вскоре он заметил подходящее здание. Одно из его окон было едва открыто, тогда как остальные оставались закрытыми на защёлки. Вероятно, его просто забыли запереть. Через стекло виднелась комната, заставленная вещами. Людей нигде не видно. Нервно сглотнув, Гилберт распахнул окно шире и бесшумно залез внутрь. Глаза прекрасно видели в темноте, и стало очевидно, что съестных припасов в этой комнате нет. Немного поколебавшись, си́рин прошёл дальше. В коридоре на второй этаж вела лестница, а также несколько прикрытых дверей. «Какой огромный дом! – подумал сирин. – Сюда бы несколько наших с Фергусом хижин влезло! Зачем людям столько места? И где искать кухню?» Гилберт методично, но нервно исследовал чужое жилище. На втором этаже, куда его загнало нестерпимое любопытство, си́рин обнаружил спальни и людей, мирно посапывающих в кровати. Почему-то около тумбочки виднелись натянутые верёвки с колокольчиками. Похожие оставлял Фергус, когда ставил ловушки на кроликов. Гилберт уже проклинал себя за то, что пошёл на второй этаж, но любопытство толкало его вперёд, в центр звенящей паутины. Непосредственная близость людей, пусть даже и крепко спящих, заставляла сердце си́рина бешено биться в груди. Затаив дыхание, осторожно и мягко ступая по полу между натянутыми верёвками, он оказался у цели. Аккуратно выдвигая шкафчики тумбочки, Гилберт разочарованно обнаружил увесистый мешочек с золотом. Что толку от денег, если ты не можешь ими воспользоваться? Вот если бы Фергус был жив… Его друг смог бы днём что-то купить, а теперь… Это было бессмысленно. Си́рин положил мешок обратно в тумбочку и бесшумно удалился на первый этаж. Обследовав другие комнаты, Гилберт быстро убедился, что и в них нет ничего съестного: всё то же нагромождение мебели, стульев, шкафов, столов, множества безделушек. В конце концов, он наткнулся на кухню и обнаружил подпол. Облегчённо выдохнув, си́рин направился к желанной цели, но внезапно услышал какой-то шум из другой комнаты. Страх мгновенно парализовал тело, и он замер. Неужели люди проснулись? Но нет. Прислушавшись, си́рин понял, что звуки доносились из комнаты с окном, через которое он проник в дом. Там стояла только мебель. Все люди спали наверху. Тогда кто же там? Сирин натянул капюшон поглубже на глаза, чтобы оставаться незаметным, и, бесшумно ступая, отправился выяснить, в чём дело. Осторожно заглянув в комнату, Гилберт увидел двоих парней. По-видимому, они проникли в дом через то же окно, что и он. По мнению си́рина, незнакомцы производили очень много шума, особенно тот, что помоложе. Но хозяева не проснулись бы от этого. Для человеческого слуха нужно что-то погромче. Гилберт встал в плотной тени шкафа и наблюдал. Двое мужчин как можно тише начали исследовать комнату, аккуратно выдвигая и задвигая ящики комодов и шкафов. «Да это может продлиться вечно!» – подумал си́рин. Нетерпение и раздражение на внезапных шумных незнакомцев отодвинули страх и осторожность. Прежде чем Гилберт понял, что делает, он беззвучно вышел из своего укрытия и спросил шёпотом:
– Что вы тут ищите?
Парень пониже, по-видимому, ещё совсем подросток, чуть не вскрикнул от неожиданности, но старший напарник закрыл ему рот рукой. Они оба напугались си́рина, но тот, кто был повыше, сохранил самообладание и тихо задал вопрос:
– Кто ты?
– Не важно. Вы много шумите и мешаете мне. Забирайте, что хотели, по-быстрее и уходите.
Парней этот ответ сбил с толку. Не похоже, чтобы с ним разговаривал хозяин дома или кто-то из слуг. Возможно, в этом городе завёлся другой вор, о котором они ничего не знали? Но если так, значит, в этом доме уже нет добычи. Тогда зачем незнакомец задал свой вопрос? Мысли метались в голове, но решаться нужно быстро. Поколебавшись несколько секунд, парень постарше сказал шёпотом:
– Мы ищем золото.
К немалому удивлению, они услышали следующий ответ от си́рина:
– На втором этаже, в тумбочке, но будьте аккуратны: там очень много колокольчиков.
Сказав это, Гилберт направился в другую комнату. Обернувшись через плечо, он увидел, что сначала парни застыли в недоумении, но потом несмело двинулись в направлении второго этажа. «Надо убираться отсюда поскорее, – подумал Гилберт, – не нравится мне это всё. Зачем я вообще с ними заговорил?». Он пошёл по направлению к погребу, полному съестных запасов. Наполнив рюкзак до краёв, Гилберт отправился к выходу. Даже с первого этажа чуткий слух си́рина улавливал шаги двух незнакомцев. Гилберт фыркнул и направился к окну. Через мгновение послышался жуткий звон и истошные крики: «Воры! Воры! Держите их!» Громкий топот возвестил приближение незадачливых грабителей к Гилберту. Всё это сулило неприятности. Си́рин быстро выпрыгнул в окно и побежал по узкому переулку. К удивлению, через несколько шагов Гилберта обогнал старший незнакомец, но выход ему перекрыл хранитель порядка. Парень увернулся от него и тут же угодил в руки второго, выскочившего из-за угла. Си́рин, недолго думая, на ходу врезал кулаком мужчине, схватившего вора, под дых. От неожиданности тот отпустил парня, и тот, не теряя времени, тут же ринулся вслед за Гилбертом. Пробежав пару кварталов, они нырнули под мост и затаились там. Погони не было слышно. Несколько минут они тяжело глотали воздух, восстанавливая дыхание. Пока си́рин бежал, капюшон слетел с его головы, и он этого даже не заметил. Парень повернул голову и увидел создание с голубыми огнями в чёрных глазницах птичьего черепа и шарахнулся в сторону. Ему хотелось кричать от страха при виде этого жуткого создания, но голос не слушался. Словно рыба он бесшумно открывал и закрывал рот, не сводя глаз с незнакомца. Сердце ещё бешено колотилось от погони, и вид си́рина только усиливал пульс. Прошло несколько долгих мгновений, в течение которых человек ждал нападения страшного существа. Вот-вот в следующую секунду это дьявольское отродье нападёт на него, пронзит клювом или что ещё делают подобные дикие звери с людьми?! Но время шло, а Гилберт спокойно восстанавливал дыхание и не проявлял никаких признаков агрессии. Человек успокоился, и к нему стало приходить осмысление происходящего. Этот зверь, кем бы он ни был, мог разговаривать, а значит, разумен. Более того, это создание только что спасло ему жизнь, отбив у хранителя порядка. А такие вещи не проходят без следа. Особенно для таких, как он. Парень сделал над собой невероятное усилие и, почистив пересохшее горло, хрипло произнёс: