Керриган Берн – Дьявол в ее постели (страница 21)
Только не с виновником резни в Мон-Клэре!
– Я не стану давать таких обещаний и, мало того, все еще не пойму, почему вы так этим озабочены. Мы с вами почти незнакомы, хоть и обменялись… знаками близости.
Чандлер смотрел на нее как завороженный. Тонкие ноздри ее раздувались, взгляд сверкал гневом, и, казалось, вокруг нее сгущается и потрескивает извлекаемая из эфира убийственная энергия, которая вот-вот направится на него. Такую не соблазнишь. Не запугаешь. Мало того – у нее поразительно сильный для хрупкой женщины хук правой!
Да и не только для женщины, надо сказать.
Как же ее заставить?
Чандлер решил сменить тактику – применить оружие, которым почти никогда не пользовался.
Сказать правду.
– Франческа… вы меня не знаете, но я чудовище. Я человек с сомнительными связями, неограниченными возможностями, обладающий властью почти в любом углу этого города, от самого грязного притона до тронного зала. Понимаете меня?
Взгляд ее вспыхнул, но она кивнула – и молчала, видимо, ожидая продолжения.
Власть, вспомнил он. То, к чему ее влечет. Ее соблазняет власть.
– Я опасен, понимаете? Богат, и моя валюта – не только деньги, но и тайны, и кровь. Понимаете ли вы, о чем я?
– Хватит спрашивать! Я не идиотка. – Она попыталась вырвать у него руку, но на этот раз он ее не отпустил. – Вы пытаетесь меня запугать?
– Да, черт побери! – И он слегка ее встряхнул. – Потому что вы должны испугаться!
– Вас?
– Если понадобится. – Он отпустил ее, хотел запустить руку в волосы, но вовремя вспомнил, что на нем парик. – Если такой человек, как я, говорит, что от Лютера Кенуэя надо держаться подальше, ваше дело – подчиниться.
– Под-чи… что? – Франческа упрямо выдвинула челюсть, сжала в кулаки маленькие руки в перчатках, и повторила, словно не веря своим ушам. – Подчиниться?!
– Франческа, он преступник. Быть может, я чудовище, но этот человек – просто ночной кошмар. Вы не представляете, на что он способен. Он разорвет вас на куски, просто чтобы посмотреть, что внутри.
Но вместо страха на лице у нее отразилось… любопытство.
– Откуда вы знаете?
– Он пройдет по вам, как буря, оставляя на своем пути смерть и разрушение, – продолжал он, не обращая внимания на ее вопрос. – Женщина для него – не человек. Даже не постельная игрушка. Просто… насекомое. Возможно, бабочка, которую можно наколоть на булавку и засушить.
Не в силах удержаться, он снова сжал ее плечи, на этот раз сдержанно, не причиняя боли, которой она не заслужила.
– Пожалуйста. Прошу вас. Даже если вы никогда не подчинялись распоряжениям мужчин – один раз в жизни измените своему правилу! Никогда не оставайтесь наедине с лордом Кенуэем. Ни на одну минуту. Я не допущу…
– Не допустите? – Она напряглась, словно готовая сопротивляться. – Да кто вы такой, что указываете мне, что делать?
Он уронил голову, прижался лбом к ее лбу – невероятно интимный жест для незнакомца. Если, конечно, их все еще можно назвать незнакомцами.
Она права. Разумеется, он не вправе ей указывать. И все же, черт возьми, он не допустит, чтобы она, как и многие другие, пала жертвой лорда Кенуэя!
– Франческа…
– Нет! – Она вывернулась из его рук. – Теперь вы, лорд Дрейк, отвечайте на мои вопросы. О чем вы не хотите говорить? Почему для вас это так важно?
– Потому что хочу… – Он в растерянности уронил руки, не понимая, как и в чем признаться.
– Хотите заняться со мной любовью? Да, этого сложно не заметить.
Чандлер изумленно моргнул, на долю секунды пораженный этим грубым и откровенным словечком в ее устах, а затем рявкнул:
– Хочу вас защитить! Вы не понимаете, с какой опасностью имеете дело!
– Так объясните. Четко и не увиливая, чтобы я поняла. – Она сделала приглашающий жест, а затем скрестила руки на груди. – Расскажите, что вы знаете о лорде Кенуэе.
– Могу сказать только одно. Знаю я достаточно, чтобы вас предостеречь: не пытайтесь делать то, что делаете!
Никогда еще он не чувствовал себя настолько связанным по рукам и ногам, никогда так не проклинал обет молчания, наложенный на него профессией тайного агента!
– Я пытаюсь отпраздновать будущее рождение ребенка своей подруги. Пытаюсь пользоваться титулом, деньгами и свободой, чтобы жить как хочу в мире, где каждый встречный пытается засадить меня в какую-то клетку. – Она шагнула к нему, и взгляд ее смягчился. – А если вы прекратите каждые чертовы две секунды отдавать мне приказы, попытаюсь соблазнить одного подозрительного шотландца!
Он застыл, как вкопанный.
– Вы… что?
– Говорите, вы сильны и опасны? – И она улыбнулась широкой вызывающей улыбкой. – Докажите, лорд Дрейк. Покажите, на что вы способны!
Глава 10
В глазах Дрейка Франческа видела бушующий шторм, тайну. И все ее инстинкты кричали, что эту тайну нужно разгадать.
К счастью, за прошедшие несколько лет она отточила до совершенства умение узнавать секреты мужчин, якобы обладающих силой и властью.
Однако этот мужчина был не таким, как прочие. Не было никаких сомнений в его силе и власти – они бросались в глаза, каждая клеточка его тела их излучала.
Эту силу он сдерживал сейчас из последних сил, до боли впиваясь пальцами в плечи Франчески.
– Миледи, вы уверены в том, что предлагаете? Стоит вам впустить меня в свою постель – это все изменит!
Франческа остолбенела. Впервые в ответ на ее соблазны раздалось предостережение, и весьма загадочное. Но почему мужчины так часто заблуждаются? Разумеется, это изменит все – по крайней мере, для нее!
– Что ж, – протянула она, вздернув уголки губ в отработанной игривой улыбке, – я скорее надеялась, что вы пустите меня к себе в постель!
– Черт побери! – прорычал он и потащил ее следом за собой вниз по лестнице к воротам, где ожидали своих хозяев и хозяек экипажи.
Франческа летела за ним, не чуя ног, словно мифический Икар. Как и герой древнегреческих мифов, она решилась подлететь слишком близко к солнцу – и теперь надеялась не рухнуть с небес, пока не достигнет своей цели.
И ближайшая ее цель – выяснить, кто такой этот лорд Дрейк. Человек с «сомнительными контактами», «неограниченными возможностями», чья «валюта – не только деньги, но и тайны, и кровь». Человек, знающий лорда Кенуэя достаточно хорошо, чтобы предостерегать от близости с ним, несмотря на его безупречную репутацию.
Предостерегать так, словно ему в самом деле не все равно, что с ней станет – хотя, скорее всего, это обман.
И все же… от него исходило ощущение искренности. Не только в разговоре – в поцелуе.
Уста мужчин лгут часто, но тело не лжет.
Он целовал ее так, словно не мог удержаться! Вот и отлично. Это оружие Франческа использует теперь против него.
Хоть собственное тело грозит ее предать.
Почти бегом они приблизились к воротам. В животе порхали сотни бабочек; и все же Франческа задержалась у своего экипажа: приказала кучеру передать Алекс и Сесил извинения и сообщить, с кем она уехала.
Достаточно демонстративно, чтобы лорд Дрейк заметил ее предосторожность.
Если с ней что-то случится, оставшиеся Рыжие проказницы сделают все, чтобы за нее отомстить.
Впрочем, она и сама вполне способна постоять за себя.
В кармане у нее пузырек сонного зелья, на теле скрытое оружие, приготовленное специально для таких случаев.
Дрейк подхватил ее на руки и даже не внес – скорее, вбросил в свой элегантный экипаж. Одним плавным движением опустился на сиденье с желтой бархатной обивкой, подхватил Франческу, усадил на себя и завладел ее губами прежде, чем она успела возразить.
Впрочем, возражать она и не собиралась.
Франческа привыкла к нетерпеливым мужчинам – именно поэтому соблазнять предпочитала в собственном экипаже. Но на этот раз все было иначе. Она старалась ни на миг не выпускать Дрейка из поля зрения: вдруг ускользнет?
Или сдадут нервы у нее самой?
А если честно – какая-то ее часть на это и надеялась. На этого мужчину. На поцелуй. На жажду. На головокружение. На опасность, которая лишь усиливает желание.
Хоть она и сидела у него на коленях, главным здесь оставался Дрейк. Он контролировал их страсть. Отвлекая поцелуем, раздвинул коленом ее бедра, и пышные юбки легли вокруг багровым озером, готовым поглотить их обоих.