Керри Манискалко – Побег от Гудини. Охота на дьявола (страница 106)
– Поспешим. Разорвем дневники на клочки, если понадобится. Или прошерстим заметки по делу мисс Табрам. Где-то же должен быть ключ.
Я приняла руку Томаса, и он помог мне встать. Рука об руку мы вышли в коридор. Интересно, его сердце бьется так же неистово?
– Что, если…
– Не надо, Уодсворт. – Томас похлопал меня по руке. – Когда. Когда найдем информацию, мы скажем твоему дяде. Когда будем далеко отсюда, тогда и станем беспокоиться о последствиях. А пока давай сосредоточимся на безотлагательной проблеме. Я пойду поговорю с твоим дядей и изложу твою гипотезу о том, что Потрошитель уехал из Нью-Йорка. А ты займись нашими заметками или дневниками.
У подножия лестницы, крепко вцепившись в колонну, стояла Дачиана. У нее под глазами залегли темные круги. Она мало спала с тех пор, как сорвалась свадьба.
– Мы с Иляной хотим помочь. У нас хорошо получается находить спрятанные подсказки. Это… – У меня создалось впечатление, что она тщательно подбирает слова, но я слишком нервничала, чтобы задумываться над этим. – Научились в Ордене. Если хотите, мы займемся дневниками, а вы сможете взяться за последнее убийство. Будет проще разделить работу.
Томас подумал и коротко кивнул, его глаза слегка заблестели.
– Спасибо, Дачи. Дневники в комнатах Одри Роуз. Вам придется поторопиться: их… много.
С минуту брат и сестра смотрели друг другу в глаза, общаясь без слов. В следующее мгновение Дачиана подхватила юбки и бегом поднялась по лестнице, окликая свою возлюбленную.
Томас поцеловал меня в макушку и пошел искать дядю, а я принялась собирать записи по убийствам Марты Табрам и мисс Кэрри Браун. Несмотря на то что полиция арестовала Френчи номер один, я знала, что он невиновен. Виновен наш Потрошитель, и он только начал свой новый, усеянный трупами путь. Я устроилась в гостиной на первом этаже и разложила листы с заметками.
Я старалась не думать о времени, но слышала только проклятое тиканье секундной стрелки, которая отсчитывала оставшиеся часы. Время было не на нашей стороне. Казалось, что оно бежит быстрее моего пульса. В какой-то момент в гостиную вошел Томас со своей стопкой записей, которые находились в еще большем беспорядке, чем мои. Дядя согласился переехать, если мы предоставим веские аргументы. Ему тоже не давало покоя дело Потрошителя, и он хотел его закончить.
Я сосредоточила всю свою энергию на деле и мысленно приказывала часам замедлиться, но до назначенного Томасу времени остался один час. Все мышцы в моем теле напряглись так, что были готовы лопнуть. Томас откинулся на спинку и тяжело вздохнул.
– Уодсворт, мне надо собирать чемоданы. Я не могу рисковать и оставаться дольше, иначе отец обязательно заявится сюда, и я уверен, он нанял помощников, чтобы доставить меня на борт. Он не верит, что я пойду по собственной воле.
Томас поднялся на ноги. Вокруг рта залегли складки поражения. Все казалось мне неправильным. Я встала, сердце колотилось как сумасшедшее.
– Давай сбежим, – сказала я, не сдержав всхлипа.
На мгновение Томас застыл, а потом подхватил меня на руки и крепко прижал к себе. Если мы тайно поженимся, это поможет утихомирить скандал. Как и то, что мы находимся в Америке и слухи задержатся. Решение не идеальное, но сработает. Должно сработать. Тогда мы сможем по-прежнему вместе искать Джека-потрошителя.
– Ты уверен, что нам хватит времени собраться?
Томас отпустил меня и мрачно посмотрел на часы.
– Впритык. Много не бери. Встретимся через двадцать минут. Я прикажу кучеру готовить экипаж.
Он поцеловал меня в щеку и побежал к двери. Я не стала задерживаться и быстро, насколько позволяла больная нога, поднялась наверх. Пульс грохотал в такт секундам. Я бросала в чемодан платья, щетки и нижнее белье, радуясь, что большая часть уже уложена. Я послала за лакеем, чтобы вынес чемодан. У меня осталось еще несколько минут, и я нацарапала записку для Лизы и еще одну для отца. У меня не было времени попрощаться, да я и не хотела втягивать их в нашу затею.
Я уже ждала Томаса в коридоре на первом этаже. Он взялся за наши чемоданы, помогая лакею идти быстрее.
– Готова? – спросил он.
Я кивнула, боясь открыть рот. Не верилось, что мы убегаем. Правильное и неправильное перемешалось, и я больше не была уверена, что главнее. Томас, похоже, испытывал те же чувства. Он коротко кивнул и показал на черный ход.
– Быстрее. Мы же не хотим…
– Подождите!
Дачиана с Иляной, чуть не спотыкаясь, сбежали по лестнице.
– Мы нашли! – задыхаясь, сказала Дачиана. – Мы знаем, куда он направляется.
Глава 28
Собратья Сатаны
– Кто? – Томас поставил наши чемоданы. – Отец? Даже Ватикан знает, куда он направляется. Он выразился достаточно ясно.
– Джек-потрошитель, – ответила Иляна, похоже, чуть более сдержанная в своих суждениях. – Мы почти уверены. Кажется, ключи указывают на конкретный город. Вот.
Она протянула мне один из дневников Натаниэля, открытый на странице с очередной цитатой. Я прочитала и тут же узнала еще один отрывок из «Франкенштейна». Поникнув, я прочитала вслух:
– «Стоя в дверях, я внезапно увидел, как из мощного старого дуба, росшего в каких-нибудь двадцати ярдах от дома, вырвалось , а когда исчез этот слепящий свет, исчез и дуб, и на месте его остался один лишь обугленный пень. Подойдя туда на следующее утро, мы увидели, что гроза разбила дерево необычным образом. Оно не просто раскололось от удара, но все расщепилось на узкие полоски. Никогда я не наблюдал столь ».
Я передала дневник Томасу. Он поднял бровь.
– Ты определила место на основании этого? – недоверчиво спросил он. – Наверное, тебе следовало стать гадалкой. Я как раз знаю карнавал, которому не хватает такого артиста. Может, ты убедишь мир в том, что по земле бродят вампиры, ведьмы и демоны.
Иляна с Дачианой обменялись долгим взглядом, говорящим об общих секретах. Я прищурилась. Что такого им известно о вампирах и других легендах? В Румынии народные сказки их не пугали. Наконец Дачиана повернулась к нам, подавая другой дневник.
– Не делай поспешных выводов. Вот.
– «; в их глазах он был прекрасен. А я одинок и всем ненавистен».
Еще одна цитата из нашего любимого готического романа. Подчеркнутые слова не казались достойными внимания, и, честно говоря, я не разделяла воодушевления Дачианы с Иляной. Скорее наоборот – на моих плечах, словно королевская мантия, лежал тяжелый груз поражения.
Я осторожно подобрала слова:
– Это… интересно, но, боюсь, мой брат был помешан на этом романе. Он часто его цитировал.
– Поначалу мы тоже боялись, что это ничего не значит, но посмотри внимательнее, – настаивала Дачиана, подавая следующий дневник. – Читай дальше.
Я посмотрела на озаренное надеждой лицо Дачианы, желая хоть немного разделить ее энтузиазм. Я не хотела быть грубой, но мы тратим на ерунду наши последние мгновения. Нам с Томасом нужно улизнуть, пока не стало слишком поздно.
– Огонь и путешествие по снегу… Боюсь, я не вижу связи.
Дачиана повернулась к брату:
– А ты?
– Демоны, отдыхающие в городе огня? – раздраженно переспросил он. – Разве это не ад? Или такое оригинальное описание дачи?
Она забрала дневники и жестом велела Иляне расположить их в том порядке, в каком мы их читали. Как профессор перед нерадивыми студентами, она подошла к дневникам и стала показывать на них по очереди.
– Посмотрите на даты. А теперь читайте по порядку подчеркнутые слова, упоминающие путешествующих. Где в этой стране случился крупный пожар? И что еще называется «белым»?
– Крупный пожар? Как я могла…
До меня дошло. Я же читала на этой неделе в газете об участии Олмстеда в создании выставочного комплекса в Иллинойсе. Насколько этот комплекс величественный и потрясающий. Белый город. Великий [13]пожар. Мы с Томасом обменялись первым за несколько дней взглядом надежды. Я повернулась к Дачиане и наконец разделила их с Иляной воодушевление.[14]
– Чикаго. Потрошитель поехал на Всемирную Колумбову выставку.
Ну конечно. О выставке говорили уже много месяцев – о месте, где будут представлены научные изобретения и достижения промышленности, привлекая сотни тысяч посетителей. Там будет столько людей, и будет…
На меня обрушилось ужасное осознание, и азарт пропал так же быстро, как и возник. Кто бы ни наводил страх на освещенных газовыми фонарями улицах Лондона, в новом городе он разгуляется в полную силу. С Нью-Йорком он пока что покончил и устремил взор на еще большую сцену, на которой находить новые жертвы будет легче легкого. Всемирная выставка окажется самым многообещающим местом для убийств и разгула.
С тяжелым сердцем я направилась к двери.
– Попрошу дядю купить билеты до Чикаго.
Томас кивнул.
– Поторопись. Мы же не хотим наткнуться на отца и мисс Уайтхолл. Хотя было бы очень приятно смотреть на них из окна отходящего поезда.
– Нет. Даже не думай о такой глупости. – Тон Дачианы не допускал возражений. – Я отправлюсь на корабль и скажу отцу, что ты следуешь за мной. Так он не сразу поедет сюда, и вы выиграете немного времени. Вам обоим нужно быть на следующем чикагском поезде, или ты не покинешь Нью-Йорк по собственной воле. И тебе нельзя натыкаться на отца, иначе он схватит тебя и притащит обратно.