Кэролайн Пекхам – Общество психов (страница 75)

— Да, Найл, — прошипела я, пихая его в грудь, и он пихнул меня в ответ. Затем мы вступили в войну толчков, где я толкала его в грудь, а он пихал меня, и я продолжила, начав пинать его по голеням. Он выругался, схватил меня и швырнул на кровать.

— Последнее предупреждение. — Он указал на меня, когда я как ниндзя, вскочила на колени, и оскалила на него зубы. — Веди себя хорошо, Паучок, или не видать тебе Pops сегодня. Ясно?

— Объясни, — перебил Джек, подойдя к нему, и Найл удивленно посмотрел на него.

— Ого, сегодня слова из двух слогов, а, здоровяк? — спросил он громко и медленно. — Умный мальчик. — Он погладил его по голове, а Джек бросил на него холодный взгляд, прежде чем снова обратить внимание на меня.

Я шмыгнула носом, посмотрев на Эй-Джея, а затем на Матео, когда они все окружили кровать, загнав меня в угол. Я вытерла слезы тыльной стороной ладони, пытаясь взять себя в руки.

— Если у самки хорька начнется течка и она не спарится, она умрет, — выдавила я, и все они переглянулись, прежде чем снова обратить свои взгляды на меня.

— Что-что, любовь моя? — Спросил Найл, нахмурив брови.

— Самки хорьков! — Взвизгнула я, спрыгнув с кровати и, схватившись за занавески, сорвала их с окна. Я скомкала их в руках, распахнула окно и выбросила их наружу. А затем начала хватать все, что попадалось под руку, и швырять все это вслед за занавесками под дождь, который не переставал барабанить снаружи. Следующей я схватилась за тумбочку Найла, оттаскивая ее верхний ящик со всем содержимым к окну, как раз в тот момент, когда он налетел на меня сзади и попытался вырвать его из моих рук.

— Нет, — процедила я сквозь зубы. — Это мое. Отпусти!

— Это мои вещи, ты, маленькое исчадье ада, — прорычал он, и я посмотрела на все, что у него там было: от модного маленького ножичка марки «Stanley» до блестящей броши с выгравированным на ней надписью «Король Сумасшедших», а еще там была ручка в форме кальмара, картофелина и маленькая игрушечная сова.

Я отпустила одну руку с ящика, ударив его тыльной стороной ладони по носу, и он отпрянул назад с ругательствами, слетевшими с его губ. Затем я выбросила все из окна, включая маленькую сову, и Найл рванулся вперед, пытаясь поймать ее, но его татуированная рука сомкнулась вокруг пустоты.

— Совливер! — закричал он, когда игрушка шлепнулась в грязь.

Матео обнял меня и прижал к своей груди.

— Дело явно не просто в каком-то хорьке, chica loca.

— Вам все равно! — пожаловалась я, кусая его за запястье, пока он не отпустил меня, затем я перепрыгнула через кровать, нырнула под огромную руку Джека, когда он попытался схватить меня, и выбежала в коридор.

Я помчалась вниз по лестнице, рыдая, потому что вспоминала мордочку пушистого хорька на видео, когда работник зоопарка рассказывал об их ужасной участи. Если он знал об этом, значит где-то там была леди-хорек, которая была возбуждена и нуждалась в своей паре, но он так и не пришел за ней. Или, может быть, он был где-то пойман в ловушку, отчаянно пытаясь добраться до нее, но не мог выбраться, и знал, он знал в своей маленькой душе хорька, что его пара умрет, если он не вернется к ней. А потом он, вероятно, тоже умер от разбитого сердца.

Я распахнула входную дверь и выбежала под дождь, одетая только в большие черные «бабушкины» трусы и блестящую укороченную майку с изображением веселой ласки. А ласки, по сути, это те же хорьки, только менее причудливые. Нееееееет.

Дождь хлестал по мне, промочив до нитки, пока я бежала к озеру, а грязь хлюпала между пальцами ног, пока я мчалась к подножию холма. Я рухнула на колени у кромки воды и уставилась в серое небо, думая обо всех возбужденных маленьких хорьках, которых постигла такая несправедливая судьба.

— Почему?! — Не выдержала я, наклонилась вперед и уперлась руками в грязь, а мои волосы упали вперед, закрыв лицо. У меня болел животик, и все, чего я хотела, это свернуться калачиком и есть шоколад вместе с постельным хлебом, но теперь мой постельным хлеб был испорчен, а вчера вечером я съела весь шоколад, который был в доме. Это было несправедливо.

— Что тебе нужно, Рук? — Джек опустился на колени рядом со мной и приподнял завесу волос, закрывавшую мое лицо, чтобы он мог заглянуть внутрь. Шмыгнув носом, я оглянулась через плечо и обнаружила, что Матео и Найл спорят в доме, в то время как Брут лает на них.

Еще раз всхлипнув, я уставилась на озере, по поверхности которого от дождя расходилась рябь.

— Мне нужно, чтобы ты меня обнял.

Джек привлек меня к себе, и он был таким большим, что легко прижал меня к своей груди, поднимаясь на ноги и держа меня, совсем как в тот раз, когда Найл выгнал его из дома. Я уткнулась носом в его шею, его мужской аромат окутал мои чувства и успокоил беспорядочное биение моего сердца.

— Может быть, тебе стоит снять майку с хорьком и надеть что-нибудь другое, детка, — предложил Джек, используя нашу особую мысленную связь для общения со мной, и я снова вдохнула его аромат.

— Это ласка, — сказала я.

— О… Ну, я различаю только их и горностаев, — сказал он, и я посмотрела на него, нахмурившись.

— Что ты имеешь в виду? — Спросила я.

— Ну ласка — это ласка, а горностай по-горностаевски отличается, — сказал он, и его губы приподнялись в улыбке от шутки, а мои глаза расширились, прежде чем я расхохоталась.

— О боже, это так забавно. — я схватилась за бока, заливаясь смехом, а Джек с ухмылкой понес меня обратно к дому.

Найл и Матео замолчали, увидев, как я смеюсь, и Матео выдернул край своих джинс из пасти Брута, который играл с ним в «кусь-кусь».

— Теперь ты в порядке, mi sol? — С надеждой спросил Матео.

— Да, — радостно сказала я. — Джек рассказал мне анекдот. Расскажи им анекдот, Джек.

— Он не может связать слова в предложение, — усмехнулся Найл. — Он тебе ничего не рассказывал, Паучок.

— Рассказал! Там были ласка и горностай. И он сказал, что ласки по-горностаевски крутые или что-то в этом роде, да? Скажи им, Эй-Джей! — взволнованно воскликнула я, подпрыгивая в его руках, но Джек только одарил меня плутоватым взглядом, и я чмокнула его в нос, поняв, что он хочет сохранить наш секретный язык мыслей между нами.

— Бедняга, он и двух слов не может связать, — сказал Найл, печально качая головой. — Правда, здоровяк? Но ты хороший мальчик, да? Хочешь перекусить? — Он достал из кармана протеиновый батончик. — Возьми, тебе нужно поддерживать свои мускулы красивыми и большими, чтобы защищать моего Паучка. — Он бросил батончик Джеку, и тот прилетел ему прямо в лицо, а потом упал в грязь. Джек даже не вздрогнул.

— Может, я попробую рассказать анекдот? — Сказала я, потянув за свободную майку Джека, прежде чем снова повернуться к остальным. — Кажется, там было что-то о хорьке. Хорьки — это хорьки, или… Черт, я не могу правильно рассказать. О нет, — выдохнула я, вспомнив ужасный факт, который узнала ранее, и у меня перехватило горло, а мое настроение резко упало, как самолет с неба, в который попала ракета.

— Леди-хорьки и их похотливые смерти, — прошептала я, и моя нижняя губа задрожала.

— Иди сюда. — Найл потянулся ко мне, и я позволила ему забрать меня из рук Джека, после чего он прижал меня к своей груди, заходя внутрь, а Матео посмотрел на меня через плечо.

— Может, мы соберем всех самочек хорьков, у которых нет мужей, и найдем им пару? — Спросила я Матео. — Мы могли бы создать приложение.

— Не уверен, что это сработает, mi sol, — серьезно сказал он, и Найл бросил на него сердитый взгляд, когда я взвыла.

— Заткнись, Матео. Начинай работать над этим приложением сию же гребаную секунду, — скомандовал Найл, но Матео просто последовал за нами в гостиную, где Найл уложил меня на диван.

Я приложила тыльную сторону ладони ко лбу, всхлипывая от горя, когда они втроем столпились вокруг меня и начали стаскивать с меня мокрую одежду. Я продолжала рыдать, даже когда Найл снял свою футболку и натянул ее на меня через голову, а Матео уютно укутал меня одеялом.

— Тебе что-нибудь принести? — Спросил Матео, заправляя волосы мне за уши.

— Мне нужен шоколад, — фыркнула я, сворачиваясь калачиком, как кошка. — И грелка, и кусок свежего хлеба, и Coco Pops, и стакан молока, и орешки, чтобы погрызть, только не дурацкий миндаль, он даже орехом не считается, о, и журнал о садоводстве, чтобы успокоить душу, и чтобы кто-нибудь читал мне его с немецким акцентом, потому что это самый успокаивающий акцент из всех. И я хочу пончик с вишневой начинкой и посыпкой, и кокос. Не для того, чтобы съесть, а для эмоциональной поддержки. И я хочу подарок-сюрприз. По-настоящему хороший. А потом я хочу, чтобы вы все меня крепко обняли, пока мы будем смотреть тот диснеевский фильм, где герой застрял на работе и работает, работает, работает, а потом понимает, что может воплотить свои мечты в жизнь.

— «Золушка»? — Предположил Матео, и я, нахмурившись, покачала головой.

— Ты знаешь этот фильм. Они там выходят по ночам и делают все, что действительно хотят, но не могут никому рассказать.

— «Суперсемейка»? — снова попытался угадать Матео.

— Нееет. — Я с досадой откинула голову на подушку позади себя.

— О, ты имеешь в виду «Американского психопата» — понял Найл, и я оживилась.

— Да! Этот. Про человека с ножом, который живет своей мечтой, — сказала я с улыбкой.