Кэролайн Куни – Ключ к прошлому (страница 25)
Дженни отпустила свои волосы, пряди которых рассыпались вокруг головы, и потом потрясла кудрями. Кэтлин перегнулась в сторону Рива через трех членов семейства Спринг.
– Так что же ты сделал, дорогуша Рив? – сладким голосом спросила она.
XVI
Они ушли с гонок задолго до их окончания.
Девушки направились в комнату Кэтлин, чтобы привести себя в порядок и переодеться перед ужином. Пока Кэтлин сушила волосы феном (чего Дженни ни в коем случае не могла делать со своими волосами, потому что иначе у нее бы на голове образовалась пирамида рыжих волос), Дженни сказала: «Мне нужно письмо отправить. Я отнесу его в почтовый ящик в студенческом центре. Встретимся в общаге у Стивена».
– Не торопись, – ответила Кэтлин. – Мне еще надо будет позвонить по поводу заказа столика. Посмотри, чтобы мальчики презентабельно выглядели. Мы все-таки не в пиццерию собираемся.
«Как будто у меня нет других дел, кроме как следить за соблюдением дресс-кода», – подумала Дженни.
Она вышла из комнаты Кэтлин, аккуратно захлопнула за собой дверь, но не пошла на лестницу, а прошла по коридору в общую для всех студентов гостиную и одновременно рабочую комнату. Это было освещенное солнцем приятное пространство, в котором стоял телевизор, было несколько подключенных к интернету компьютеров, пара диванов и несколько вендинговых автоматов.
В комнате никого не было.
Большинство студентов уехали на лето. В комнате было жарко. В воздухе висела атмосфера ожидания, а мебель была покрыта слоем пыли.
Дженни села за одну из одинарных парт с наклонной крышкой. Это были парты старого образца, которые использовали до появления компьютеров вообще и ноутбуков в частности. Ноутбук кладется на ровную, а не наклонную поверхность. За этими партами читали книги или писали от руки. Она открыла свою сумку.
В сумке был конверт с адресом и уже наклеенной маркой. У нее было три чистых листа бумаги на тот случай, если она сделает ошибку и придется переписывать.
Дженни вынула шариковую ручку и сняла с нее колпачок. Потом, подумав, убрала ручку и достала карандаш. С карандашом она почему-то чувствовала себя более безопасно.
«Перестань, – подумала она. – Это даже не письмо, а инструкция. Я напишу ей, где и когда. Все, что связано со словом «почему», а также личностью автора послания, мы не упоминаем. Когда будем разговаривать – тогда совсем другое дело».
Она отогнула сверху листа ровную полоску шириной приблизительно сантиметра три, провела по линии сгиба ногтем и оторвала часть листа с обращением «Дорогая Ханна».
Она решила не писать печатными буквами. В использовании печатных букв было что-то порочное, словно Дженни собиралась просить за что-то и кого-то выкуп.
Идея написать о том, хватает ли Ханне денег, пришла к Дженни ночью и показалась ей гениальной. Как Ханна может отказаться от предложения большей суммы денег?
Что может быть безопасней библиотеки?
В библиотеках много людей, которые переходят от полки к полке и из одного зала в другой. На общем фоне они с Ханной не будут выделяться. Вопрос: во сколько назначать встречу? Если у Ханны есть работа, то она освободится только в пять или шесть часов вечера. Но в это время Стивен вернется с работы, мальчики будут голодными. И Кэтлин будет прыгать на них, как кошка на мышей.
«Разговор идет о деньгах, – напомнила себе Дженни. – Деньги для нее – вопрос важный. Она не может его игнорировать. Если ей нужны деньги, она отпросится с работы».
В половине второго Дженни скажет, что чувствует себя усталой из-за перелета в другой часовой пояс и хочет отдохнуть в комнате Кэтлин. Рив ей поверит и не усомнится в том, что она говорит правду. Поэтому она написала:
Ее руки тряслись. Почерк был корявым, и написанное плохо читалось.
Ее руки были настолько мокрыми от пота, что она умудрилась оставить на странице отпечаток своей пятерни. Ей придется переписать письмо, а этот лист использовать в качестве промокашки, чтобы не испортить следующее послание.
А как Ханна узнает нужного ей человека в журнальном зале библиотеки?
Бесспорно, у Дженни была отличительная черта – ее рыжие волосы. Но стоило ли об этом, а также о ее возрасте и внешнем виде что-нибудь писать? Как только они начнут говорить, то Ханне станет понятно, что перед ней ребенок, которого она украла много лет назад. Но пока не стоило об этом упоминать, чтобы ее не спугнуть. Потом Дженни вспомнила, что они будут встречаться в журнальном зале. Значит, можно выбрать какой-нибудь журнал в качестве опознавательного знака.
Она написала:
Она переписала заново весь текст письма, положила его в конверт и заклеила его. Она спустилась по дальней от комнаты Кэтлин лестнице, вышла из дверей и по тропинке через газон, под кронами деревьев и вдоль кустов, дошла до синего почтового ящика с полукруглой крышкой.
Была суббота, семь часов вечера. Согласно информации на прибитой к ящику табличке, почту должны из него будут вынуть в восемь утра в воскресенье.
Над прорезью для приема корреспонденции был предохраняющий от погодных условий полукруглый колпак. Она кинула свою сумку на землю и правой рукой приподняла ручку и открыла колпак.
Ее левая ладонь непроизвольно мяла конверт. Она постояла некоторое время, продолжая держаться за ручку, до тех пор, пока в голове не прояснилось и головокружение прошло.
«Давай, – сказала она себе, – ты сюда ради этого приехала. Не трусь. Давай!»
Мальчики долго принимали душ, чтобы смыть с себя грязь и дать мускулам расслабиться. Приняв душ, Стивен побрился, надел шорты и майку. Точно так же оделись и Рив с Брайаном. Одним из неоспоримых преимуществ колледжа было то, что можно одеваться как угодно на любые мероприятия.
– Кэтлин выбрала место, где мы будем ужинать, – сказал Стивен. – Я бы просто заказал пиццу, но она любит рестораны.
– Как ты все это можешь себе позволить? – удивился Брайан.
– Если честно, то я не уверен, что могу себе это вечером позволить. Вполне возможно, что мне придется наложить вето на ресторан, который она выбрала.
– У меня есть деньги, – сказал Рив. – Если ресторан не очень дорогой, то я заплачу.
Они пересчитали имеющуюся наличность и неожиданно почувствовали, что умирают от голода. Для них в мире перестали существовать любые другие интересы, кроме еды, причем в большом количестве. Они кубарем скатились вниз по лестнице и выбежали из дверей общаги.
На проходящей через кампус асфальтированной дороге не было ни души.
Не было видно ни машин, ни людей.
Тени были длинными и темными.
Небо было мрачным и тяжелым, цвета удушья.
Вдалеке на узкой тропинке показалась Дженни. Она была совершенно одна. На ней было длинное хлопковое платье почти до земли, в ткани которого цеплялись ее лодыжки. Платье было белого цвета с узором из вышитых белых цветов. Она недавно вышла из душа, ее волосы окончательно не высохли, и концы каждого отдельного локона завивались вверх.
Она притягивала взгляд, ее было видно издалека.
Она настолько выделялась, что за нее становилось немного страшно.
«Она так же выделялась, когда ей было три года, – подумал Стивен. – Именно поэтому Ханна Джавенсен ее и выбрала. Она была как красивая кукла, которую хотелось взять и унести с собой».
Стивен внутренне напрягся. Он остро ощутил, что несет за нее ответственность, словно что-то должно было произойти. Он, как птица перед бурей, чувствовал, что погода должна измениться. В худшую, а не в лучшую сторону.
На лице Дженни было странное выражение – как у маленького ребенка, который знает, что сделал что-то не так, и ждет, что его накажут.
По проходящей по кампусу автодороге медленно ехал автомобиль. Мощный мотор машины был отлично откалиброван и работал почти бесшумно. Это был черный представительский «Линкольн Таун Кар» с тонированными стеклами.
Они втроем повернулись в сторону машины. Стивен смотрел на автомобиль с неопределенным, но в целом плохим предчувствием, Рив напрягся как струна, Брайан глядел голодным взглядом. Дженни продолжала идти, словно находилась где-то в совершенно другом месте.
Автомобиль остановился в паре метров от парней. Дженни находилась от машины чуть дальше. Стивен узнал водителя и почувствовал, что планы на сегодняшний вечер его и гостей с другого побережья могут сильно измениться. Это, видимо, и было наказанием, которого подсознательно ожидала Дженни, а именно очередной вопрос.
– Что вы здесь делаете? – потребовал Стивен. Не спуская глаз с машины, он боком прошел в сторону Дженни и встал между ней и автомобилем. Он понимал, что не поступает рационально. В голове был сумбур. – Уезжайте отсюда, – добавил он.
Пассажирская дверь открылась, из нее показалась Кэтлин.
– Стивен, – с удивлением произнесла она, – что с тобой стряслось? Папа совершенно случайно оказался в городе. Он приглашает нас на ужин.
– Агенты ФБР нигде не оказываются совершенно случайно, – ответил Стивен. – Уезжайте. Моя сестра не будет с вами разговаривать.