Кэрол Гудман – Готорн (страница 53)
Я вспомнила, что, когда мы нашли её в Волшебной стране, она играла в карты и тем самым впутала себя в матрицу Волшебной страны.
— Где Натан? — спросила я.
— Мы не знаем, — ответила Беатрис с беспокойством. — Неделю назад он привёз к нам Луизу, умолял отвезти её к вам, а потом исчез.
— Луиза? — Марлин шагнул вперёд и ошарашено уставился на девушку. — Это действительно ты?
Луиза моргнула, посмотрев на Марлина, и в её пустых глазах мелькнула искорка узнавания.
— Вы знаете друг друга? — спросила я.
— Мы встречались в лесу несколько лет назад, — ответил Марлин, не сводя глаз с Луизы. — Я думал, мы подружимся, но однажды она просто перестала приходить. Я был уверен, что она отвернулась от меня, потому что я был Дарклингом.
— Луиза — девушка из Блитвуда, которая тебе нравилась? — удивлённо спросила я. — Разве ты не знал, что она заблудилась в Волшебной стране? — я повернулась к Рэйвену, который видел, как Луиза заблудилась в Волшебной стране. — Ты ему не сказал?
— Я понятия не имел, что это одна и та же девушка, — сказал Рэйвен. — Я даже не знал, что есть девушка, до недавнего времени, — он повернулся к другу. — Ты мне не говорил.
— Я был смущён, — ответил Марлин. — В то время мы не должны были разговаривать с людьми, — объяснил он остальным. А потом, оглянувшись на Луизу, добавил: — Мне жаль, что ты потерялась в Волшебной стране. Я должен был искать тебя. Я думал, ты меня бросила.
— Я была вынуждена задержаться, — сказала она вежливо и задумчиво. — Но теперь я здесь. И какой же у вас тут прекрасный отель! Вы здесь, чтобы показать мне мою комнату?
На мгновение лицо Марлина окаменело, когда он понял, что Луиза всё ещё потеряна для мира. Я увидела, как он отвёл глаза, словно предпочёл бы пошутить или сбежать, чем иметь дело с одурманенной Луизой, но потом сжал челюсти и протянул ей руку.
— Да, именно для этого я здесь, — сказал он. — Давай я покажу тебе дорогу.
— Мы разместим её в комнате Хелен, — сказала Дейзи, следуя за Марлином и Луизой. — Манон присмотрит за ними обоими.
Когда они ушли, я оглянулась на Беатрис.
— Натан не сказал, куда направляется?
Она покачала головой.
— Прости меня, Ава. Он выглядел… загнанным. Как будто за ним следили.
— И у нас не было времени беспокоиться о нём, — сказал профессор Йегер. — У меня было много дел в посольстве. А так мы едва успели опередить немецкую армию.
— Они так близко? — спросил мистер Беллоуз. — Сколько дней пути?
Профессор Йегер печально покачал головой.
— Боюсь, дело не в днях, друг мой. Немецкая армия менее чем в сутках пути отсюда. И они идут не одни.
ГЛАВА 30
В ту ночь мы с Рэйвеном летали на разведку. Нам не пришлось далеко улетать, чтобы увидеть следы армии. Мы летели над разграбленными домами и почерневшими деревнями. Пустые улицы были усеяны осколками стекла. Дороги были забиты телегами и фургонами, беженцы жались друг к другу в канавах. Мы летели над заброшенными фермами, где в амбарах жалобно мычали недойные коровы, а брошенные сенокосы освещало лунным светом. Мы пролетели над деревней, где горожане плакали на площади над грудой тел. Мы опустились там и спросили старика, что случилось.
— Когда пришли немцы, они разозлились, потому что телефонные провода были перерезаны. Они собрали всех жителей деревни, а потом застрелили каждого десятого. Мой внук…
Мужчина залился слезами. Рэйвен положил руку ему на плечо. Я видела, как он утешал умирающих, прикасаясь к ним, но вместо того, чтобы прошептать нежные слова, он сказал яростно:
— Они заплатят за это.
Он расправил крылья, не заботясь о том, что старик увидит. Когда он взлетел, я услышала, как старик прошептал:
— Ангел мести!
Ангел мести. Так вот кем мы должны стать?
Я догнала Рэйвена над Маасом.
— Разве мы не можем это остановить? — воскликнула я. — Мы не можем помочь этим людям?
— Как? — спросил он, указывая на чёрную массу на берегу реки. — Как мы будем сражаться с таким количеством?
Я оглянулась и увидела, что эта громада, простиравшаяся на многие мили, была немецким лагерем. Там, должно быть, были тысячи людей, разбивших лагерь ровными рядами палаток, пехотинцы в серо-зелёных мундирах, начищавшие сапоги и точившие штыки, кавалеристы, ухаживающие за лошадьми и мрачные молчаливые солдаты, охраняющие огромные осадные орудия. Над ними нависла чёрная туча. Сначала я подумала, что это, должно быть, дым от их костров, но потом увидела, как дым извивается и приобретает форму летучих мышей, ворон и гримасничающие лица. Тени текли над войсками, как воздушная река.
— Сумерки, — прошептал Рэйвен. — Они следуют с армией, питаются ею.
Поток пронёсся над отрядом, обвиваясь вокруг людей. Один из офицеров встал с кружкой в руке и разразился песней.
—
Я не знала немецкого, но слова были спеты на мотив «моя страна, это о тебе…», поэтому я подумала, что в словах было почти такое же настроение. Прислушиваясь слухом Дарклинга, я обнаружила, что понимаю обрывки разговоров.
— … бельгийцы задерживают нас своей бессмысленной партизанской войной…
— … если бы они не сражались, нам не пришлось бы их убивать…
— … нам приказано подавлять такие вероломные атаки…
— … они должны быть наказаны…
— …любая деревня, укрывающая диверсантов, должна быть сожжена дотла… сопротивление сосредоточено в Боулионе… мы должны искоренить и уничтожить сопротивление!
— Ты это слышал? — спросила я Рэйвена. — Они собираются напасть на Боулион. Они убьют жителей деревни. Мы должны предупредить их!
Рэйвен мрачно кивнул. Но вместо того, чтобы развернуться и полететь назад, он приземлился рядом с одной из осадных пушек, прикрывшись крыльями от глаз стражников. Я последовала за ним, пока он обходил орудие, осматривая чёрный маслянистый металл. Я видела его таким, когда он сосредоточенно смотрел на сломанные часы, но на его лице не было и следа того терпения, с каким он что-то чинил. Вместо этого его черты были наполнены убийственной яростью.
— Если бы только мы могли как-нибудь это повредить…
Но когда он протянул руку, чтобы дотронуться до дула, из его разинутой пасти, словно змея, выползло что-то чёрное и бросилось в ударе к его руке. Я оттащила Рэйвена раньше, чем тварь успела прикоснуться к нему, но его тревожный крик насторожил охранника.
— Кто идёт? — рявкнул он по-немецки, размахивая штыком в нашу сторону.
Я схватила Рэйвена за руку, чтобы он не двигался. Внезапно наши перья показались хрупкой защитой от холодной синей стали солдатского штыка. Хуже того, сумрачная змея — размером во все шесть футов — выскользнула из ружья и направилась к нам. Если мы взлетим, солдат услышит нас и выстрелит. Но если мы останемся на месте, сумрачная змея нападёт на нас. Когда она была всего в нескольких дюймах от нас, она поднялась, как кобра, её плоская голова парила в нескольких дюймах от наших лиц, красные глаза смотрели на нас. Она открыла клыкастую пасть, и из неё раздался голос ван Друда:
— Возвращайтесь к игре в рыцарей и замки, дети, и посмотрите, как ваши стены выдержат мои красивые пушки.
Змея плюнула в нас, потом опустилась на землю и поползла обратно к орудию — но вместо того, чтобы заползти обратно в дуло, она свернулась кольцом и прыгнула бедному солдату в рот. При виде того, как набухает глотка мужчины, меня затошнило, но когда глаза мужчины покраснели и уставились на нас, Рэйвен схватил меня за руку и дёрнул в воздух.
Пуля просвистела мимо моего уха, когда мы поднялись в небо. Пока мы летели над лагерем, зная теперь, что любой солдат, зараженный сумерками, может увидеть нас и сбить, я слышала одни и те же самые слова, переходящие от солдата к солдату:
— Завтра Боулион!
Мы вернулись в Боулион на рассвете. Деревня выглядела мирной, уютно расположившись в изгибе реки в тени замка. Сколько веков она простояла тут, в то время как рыцари замка отправлялись в крестовые походы и защищали страну от иноземных захватчиков? Возможно ли, что теперь придёт захватчик, который уничтожит всё это?
— Мы должны провести жителей в замок, — сказала я, когда мы приземлились во дворе. — Я попрошу Манон помочь мне.
— А я поговорю с Беллоузом и Гасом насчёт укрепления наших стен против этих пушек.
Манон дремала в кресле между кроватями Хелен и Луизы, её кружева упали на пол. Я подняла их, склонившись над ней, и хотя я была вне себя от новостей, которые несла, и меня преследовали ужасные вещи, которые я видела ночью, я была застигнута врасплох красотой того, что я держала в руке. Это была вуаль, вышитая замысловатым узором из птиц, цветов и причудливых деревенских фигур пастухов и пастушек. Как бы это понравилось Хелен!
Но Хелен продолжала дремать, беспокойно ворочаясь с боку на бок.
— Я устала играть в прятки, Натан. Выходи сейчас же. Беги полем, бык на воле!
Я положила вуаль на колени Манон и потрясла её за плечо, чтобы разбудить. Её орехово-карие глаза уставились на меня, как будто она не узнала меня, но она мгновенно проснулась, когда я сказала ей, что немцы уже в пути.
— Они накажут жителей деревни за то, что укрывали нас, — сказала я ей. — Мы должны перевести их в замок. Как думаешь, сможешь убедить их прийти?
— Я не уверена, что они меня послушают, — сказала она, вытягивая руки над головой.
Она посмотрела на кружево у себя на коленях, как будто не узнавала свою работу, а затем покачала головой, как будто пыталась избавиться от паутины. — Но бабушка вразумит их.