Кеннет Робсон – Смерть в серебре (страница 25)

В сорока футах от них, в конце переулка, стояла урна. Док успел спрятаться за ней до того, как Улл и его серебряные люди вышли в переулок.

Серебристые капюшоны были более громоздкими, без сомнения, из-за противогазов, которые надели Улл и его товарищи. Группа побежала в направлении протекающей неподалеку реки. Бросив один испытующий взгляд по сторонам, они не оглянулись, а сосредоточили все внимание на том, чтобы убраться подальше до прибытия полиции.

Когда они вышли из переулка, Док последовал за ними. Он держался в укрытии, используя свое величайшее мастерство, потому что хотел последовать за этими серебряными людьми к тому месту, где держали Пэт и Лорну Зейн. В спешке добыча производила шум, и это упрощало Доку выслеживание их.

Склады проступили из тумана, превратившись в сырые, возвышающиеся груды; в воздухе стоял запах загрязненной воды залива, шум волн и крик безутешной чайки.

Док ускорил шаг. Он заметил серебряных людей, все еще в их странных масках. Они обогнули склад и выбежали на причал, где скрылись из виду за складом инструментов.

На пирсе лежали старые механизмы, сваи, бревна. Док скрывался за ними, большую часть времени на четвереньках. В дюжине футов от склада с инструментами он затаился и прислушался.

Не было слышно ни звука.

Бронзовый человек вскочил и бросился к конструкции с инструментами, в одной руке у него была дымовая шашка, в другой - граната.

Как только он оказался возле сооружения, вся его мрачная торопливость оставила его, а огромные мускулы расслабились, так что он внезапно показался вялым и усталым. Его движения, когда он убирал гранаты в карманы, были медленными.

Чайка, издававшая шум, закружилась низко над головой, затем улетела прочь, напуганная фантастической нотой, жутким, неопределимым звуком, который мог быть порождением тумана. Звук был пронзительным, мелодичным, но лишенным мелодии, жуткая интонация, которая длилась всего мгновение, затем подошла к концу, такому же фантастическому, как и ее начало.

Губы Дока не шевелились, когда он издавал этот звук; он обладал таким свойством чревовещания, что близкий наблюдатель не смог бы сказать, откуда он исходил, не зная этого наверняка.

Склад инструментов представлял собой открытый сарай. В нем никого не было, ни на пристани, ни в воде, которая, жирная и угрожающая, бушевала у ног бронзового человека.

Док заглянул под причал. Серебряных людей там не было. Он долго прислушивался. Никакая лодка не смогла бы увезти их в тумане так тихо, чтобы он не услышал их отплытия.

Серебряные люди исчезли таким же странным образом, как и их костюмы.

У ветхого, грязного — а теперь наполовину разрушенного — здания, где была расставлена ловушка для Дока, собралась толпа полицейских. Они задавали вопросы гигантскому бронзовому человеку, одетому в гротескную, подбитую войлоком одежду уродливого нищего.

— Ловушка, — просто сказал Док и достал шарманку, которую носил, когда играл роль нищего.

Ручной орган держал, тщательно спрятанный в его внутренностях, ультрафиолетовый фонарь. Большие темные очки, которые Док надевал, играя в нищего, были очками, которые помогали при дневном свете обнаруживать флуоресцирующий свет. Таким образом, он проследил за расплывчатыми мазками вазелина до здания.

Док направился к своему грузовику, но свернул, чтобы присоединиться к толпе на ближайшем углу. Там полиция оттесняла толпу от тела, распростертого на тротуаре.

Офицер снимал с него облегающее серебряное одеяние. Мертвец был дородным, со злым лицом, и на его теле было не так уж много алого, потому что он был убит выстрелом точно между глаз. Рядом с трупом лежал пистолет.

— Я завернул за угол и столкнулся с ним, а он вскочил и ударил меня своим стволом, — объяснил один из полицейских. — Но он был немного медлителен.

Док ничего не сказал и выражение его лица не изменилось, хотя смерть крепкого мужчины закрыла источник возможной информации, потому что этот парень был тем, кто вышел и пнул Дока, когда тот изображал попрошайку.

— Я возьму серебристый костюм, — сказал Док.

Полиция передала его без возражений. Они знали, что этот бронзовый человек, с его научными способностями, с его отвагой, которая иногда казалась безумием, вероятно, мог бы добиться большего в деле угрозы Серебряных Черепов, чем вся городская полиция.

На мертвом человеке были дорогие наручные часы. Док взглянул на них, затем на свои собственные наручные часы. Другие отставали ровно на две минуты и пятнадцать секунд.

Док Сэвидж двинулся было прочь, но остановился и сделал то, что для него было редкостью. Он передумал. Затем он вернулся и снял дорогие наручные часы с руки мертвеца.

Он надел часы и носил их вместо своих собственных.

Глава 14. ЗЕЛЕНАЯ ТРОПА

Док Сэвидж сменил свой бронированный грузовик доставки на темный, мрачный седан, который, в своем роде, был таким же неприступным, как и грузовик, и таким же обманчивым. Замена произошла в штаб-квартире небоскреба.

Хэм и Рапид Пейс вместе с Доком заняли просторное переднее сиденье. Монк и Хью Маккой разместились сзади, нагруженные большим количеством металлических ящиков с оборудованием. Времени на объяснения не было.

— Давай, — приказал Док, затем выдал цепочку цифр. Цифры соответствовали цифрам, начертанным на коробках с оборудованием, которые Док держал наготове в небоскребе.

Но теперь бронзовый человек заканчивал краткий обзор того, что произошло в конце вазелинового следа.

— Конечно, это была ловушка, — сказал он. — Итак, Хэм, что ты узнал о Бедфорде Берджессе Гарднере? Было время чему-нибудь узнать?

Хэм перекатил трость-шпагу между наманикюренными пальцами. Он сменил одежду и выглядел щеголеватым, опрятным, совсем не так, как если бы всю ночь находился в безумном водовороте смерти, разрушений и тайн.

— Я узнал достаточно, — сказал он, и в его голосе оратора прозвучала мрачность.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Год назад Бедфорд Берджесс Гарднер возглавил второсортную судоходную компанию, — заявил Хэм. — Ровно год назад велись переговоры о слиянии мелкой компании Гарднера с более крупной и солидной компанией. Один человек выступил против объединения — президент правления другой компании. Той ночью президент был убит грабителем, которого он застал за обыском своего дома. Слияние состоялось.

— Звучит скверно, — быстро сглотнул Рапид Пейс. — Да, сэр, действительно звучит скверно!

— Три месяца спустя рассматривалось второе слияние, на этот раз между компанией Гарднера и еще одной. Двое мужчин из другой компании выступили против объединения. Частная яхта взорвалась, и они оба погибли. Слияние состоялось.

— Да черт возьми! — Хью Маккой взорвался громким голосом на заднем сиденье. — Это было слияние концерна Гарднера и Восточных пассажирско-грузовых перевозок.

— Совершенно верно, — сказал Хэм. — Несколько недель назад произошло еще одно слияние, и при этом тоже были подозрительные обстоятельства.

— Кто-нибудь еще убит? — Спросил Монк своим характерным тоненьким голоском.

— Нет, — сказал Хэм. — Было  затопление лайнера Аваллансия.

— Эй, — рявкнул Монк. — Мы читали об этом во вчерашней газете. В газетной статье говорилось, что Аваллансия принадлежала компании Бедфорда Берджесса Гарднера.

— В момент потопления это было не так, поправил Хэм. — Он принадлежал другой компании, небольшому концерну, и его потеря поставила их в такое тяжелое финансовое положение, что им пришлось объединиться с корпорацией Гарднера. Гарднер сделал вид, что уже произошло слияние. Это было сделано для того, чтобы Уолл-стрит не подумала, что более мелкая компания находится в финансовом затруднении, и не попыталась сбить цену своих акций .

Док Сэвидж резко спросил: — Были ли эти слияния связаны с финансовыми манипуляциями на фондовом рынке?

— Все, — отчеканил Хэм. — И прямо здесь мы вытаскиваем кота из мешка.

— Послушай, — сказал Монк. — Говори простым английским, ладно?

— Бедфорд Берджесс Гарднер заработал за последний год более миллиарда долларов, медленно и отчетливо произнес Хэм. — Это звучит как простой английский?

— Похоже, это чертовски большие деньги, — пробормотал Монк.

Разговор не занял много времени, но большой седан ехал быстро. Теперь они были на берегу, скользя мимо хмурых фаланг складов на пристани.

— Акции растут? — Док спросил, не поворачивая головы.

— Совершенно верно, сказал Хэм. — Рекапитализация при каждом слиянии и размещение огромных выпусков акций, которые были доведены до сведения общественности.

— Еще раз, — сказал Монк, — не мог бы ты использовать простой английский.

— Вот простой пример, — отрезал Хэм.

— Сделай это очень просто, — кисло сказал ему Монк. — И не прикалывайся по поводу моего невежества.

— У тебя есть лодка стоимостью в тысячу долларов, и у меня есть лодка стоимостью в тысячу долларов, — объяснил Хэм. — Мы оба перевозим пассажиров и грузы. Мы непримиримые деловые конкуренты. Мы делаем все, что в наших силах, чтобы перерезать друг другу горло.

— Я понимаю, как это могло быть, — проворчал Монк.

— В результате ни один из нас не зарабатывает много денег, — продолжил Хэм. — Я предлагаю слиться, ты отказываешься, и я разрушаю двигатель в твоей лодке, так что тебе придется слиться, что является другим названием продажи мне.

— Совершенно ясно, — фыркнул Монк.