Кеннет Робсон – Морской волшебник (страница 24)

— Могут ли они изъять его законным путем?

— Нет, сэр! Мы поручили юристам провести тщательное расследование, прежде чем мы купили это место.

На завод вошел мужчина. Он казался взволнованным. Отведя Бенджамина Гилстейна в сторону, парень заговорил быстрым шепотом, которого никто из журналистов не мог расслышать.

Монк внимательно наблюдал. Его невзрачное лицо стало немного бледнее, чем тот выбеленный оттенок, который придавала маскировка. Док Сэвидж умел читать по губам, а Монк изучал это искусство у бронзового человека. Он не был экспертом, но понял часть того, что было сказано.

Посыльный сообщил: — Мы только что поймали человека по имени Хэм, одного из ассистентов Дока Сэвиджа.

Монку не удалось добиться остального.

Монк хлопнул себя рукой по подмышке. Охранник, стоявший рядом, вздрогнул и начал поднимать пистолет. Он замер, обнаружив, что смотрит на круглое дуло супер-пистолета, который достал Монк.

— Хватай облако! — Монк проскрежетал зубами и выплюнул свою черную сигару.

Бенджамин Гилтштейн закричал: — Что это значит?

— Это будет большая вечеринка, если вы, ребята, не будете делать то, что я вам говорю! — сказал Монк с сердитой твердостью в своем детском голосе. — И это значит, что я найду, что за этим стоит, даже если мне придется все разнести!

У Монка была одна черта характера, которая иногда брала над ним верх. Ему нравились жестокие действия. Когда он попадал в затруднительное положение, у него была привычка срываться с места и прокладывать себе взрывной путь наружу. Сейчас он решил начать взрыв.

Бенджамин Гилтштейн попытался заговорить, но он был так взволнован, что мог только заикаться.

Монк снял увеличительные очки и отбросил их в сторону. Они разбились о бетонный пол.

Репортер незаметно отвел руку с золотым кубиком, очевидно, намереваясь швырнуть им в Монка.

— Если ты чувствуешь, что ты пуленепробиваемый, давай, брось это, — посоветовал ему Монк.

Писец вздрогнул и уронил свой золотой кубик.

Гилстейн, указывая на Монка, сумел выдавить из себя несколько слов. — Этот человек — не газетный репортер! Мне следовало с самого начала заподозрить его! Охрана, застрелите его!

Грохнул пистолет Монка. Гилтштейн высоко подпрыгнул в воздух и упал обратно на пол. Он перекатывался снова и снова, прижимая руку к боку.

Репортеры видели, как кровь сочилась сквозь пальцы пресс-агента, и никак не могли знать, что рана была лишь поверхностной, нанесенной пулей милосердия. Когда Бенджамин Гилтштейн неподвижно распростерся на полу, они подумали, что он мертв.

— Ты убийца! — заорал один из них на Монка.

Монк заметил снаружи охранника, работающего у одного из окон. Он выбил стекло из окна, но охранник увернулся, затем сунул свою винтовку внутрь и начал беспорядочно стрелять.

Газетные репортеры сбивали друг друга с ног, пробираясь за громоздкий железный резервуар для извлечения золота.

Другой охранник попытался воспользоваться замешательством и застрелить Монка. Монк выставил вперед кулак, с которого была сбрита обычная щетина размером с гвоздь. Охранник прокрутился несколько раз, без чувств стоя на ногах.

Монк мог разогнуть большую подкову двумя голыми руками, и ему это удалось сравнительно легко.

Мужчина все еще яростно стрелял в окно. Монк подбежал, схватился за горячий ствол винтовки, вырвал его из рук парня, затем высунулся в окно и ткнул мужчину прикладом в голову, как будто делал бильярдный удар.

— Три! — Монк фыркнул.

Затем он спокойно довел общее количество до семи, скосив еще четверых охранников свистящей очередью пуль милосердия из пистолета-пулемета. Они все еще прыгали и падали без чувств, когда химик-обезьяна выскочил на послеполуденное солнце.

Было сомнительно, что Монк верил в шанс победить Остров Магна в одиночку, но он начал так, как будто это и было его намерением.

Двое охранников, стоявших у двери, в упор прицелились в Монка из автоматов.

С точностью человека, не раз смотревшего в дула пистолетов, Монк увернулся. Его суперпистолет засвистел, когда он падал. Звук был такой, словно кто-то яростно дергал струну контрабаса.

Удары пуль милосердия отбросили двоих назад. Пистолеты выпали из их разжатых рук, и прежде чем они успели опомниться, мощное химическое вещество, содержащееся в пулях, одурманило их.

— Девять! — сказал Монк, продолжая считать.

Казалось, в непосредственной близости от золотодобывающего завода больше никого не было. Монк прислушался.

Внутри здания испуганные репортеры переговаривались вполголоса, спрашивая друг друга, не пострадал ли кто-нибудь, яростно комментируя кровожадность Монка. Вдалеке прибой шумно бил о скалистый берег, и неизбежные чайки кружились и пищали высоко над головой.

Со стороны деревни донесся крик. — Почему там стреляют?

— Забудь об этом! — рявкнул Монк в ответ. — Охранники разыгрывали представление.

Затем невзрачный химик побежал в направлении деревни. Он держал голову высоко, а супер-пистолет наготове. Там была тропинка, и он пошел по ней, распугивая певчих птиц, которые прятались в кустах и низко свисающих ветвях деревьев.

За спиной Монка зашелестели кусты. Чей-то скрипучий голос произнес: — Ты! Стой!

Монк знал, что лучше не пытаться уклоняться от пуль из пистолета, которого он не мог видеть. Он остановился, медленно повернулся и посмотрел на человека, который его остановил. Этот персонаж вышел из кустов у тропинки. Это был невысокий мужчина, ничем не примечательный, если не считать уродливых глаз.

Он выставил автоматический пистолет и потребовал: — Кто ты такой, парень? И что здесь происходит?

— Я из газетной шайки, — быстро ответил Монк. — Я пришел за помощью.

— Почему? — прорычал другой.

— Один из этих проклятых журналистов сорвался с места, как дикий человек, — заявил Монк. — Он застрелил четы или пять человек. Может быть, он пытается завладеть тем золотом, которое у вас есть на острове.

Все это было не совсем правдой, но и не совсем соответствовало фактам. Однако, к отвращению Монка, человек, с которым он столкнулся, не казался особенно легковерным.

— Иди помоги им! — рявкнул Монк. — Я позову дополнительную помощь.

Тот нахмурился и многозначительно повел автоматом.

— Это звучит неубедительно, парень, — прорычал он. — Брось этот забавный пистолет, который ты носишь!

Монк быстро выронил пистолет. Он держал его прямо перед животом, когда тот упал, затем быстро поднял руки. Другой двинулся вперед.

Монк пнул его правой ногой. Супер-пистолет, который он уронил, приземлился ему на ногу, и от удара его отбросило вперед.

Другой мужчина попытался увернуться, частично потерпел неудачу и отшатнулся в сторону, оглушенный ударом летящего оружия сбоку в его голову.

Мгновением позже сильный удар кулака Монка свалил его с ног.

— Десять! — Радостно перечислил Монк.

Продолжая бежать, Монк свернул с тропинки, не желая так неожиданно столкнуться с другими врагами. Он услышал несколько возбужденных криков из окрестностей деревни, и это указывало на то, что его враги встревожились. Кроме того, с завода газетные репортеры выли во весь голос, усугубляя всеобщее замешательство.

Монк ухмыльнулся, ослабил ремень и вытащил прокладку, из-за которой у него выпирал живот. Он снял рубашку, а также пиджак и жилет и выбросил их. Затем очень туго затянул пояс.

Монк считал, что дела у него идут очень хорошо, и в его небольшой голове не возникало сомнений относительно будущего. В этом отношении Монк обладал психологией идеального бойца. Он никогда не задумывался о последствиях, как только начинался конфликт. Он шел на самые невероятные риски и, соответственно, имел привычку добиваться результатов.

Отряд его врагов спускался по тропинке. Они шли быстро, производя много шума. Монк спрятался за дерево и пропустил их. Он оглядел их. Никого из них он раньше не видел.

Монк продолжал, намереваясь найти Хэма и освободить его. Но он сделал не более дюжины шагов, а затем остановился.

По тропинке быстро шлепали ноги. Очевидно, кто-то из отставших спешил присоединиться к только что прошедшей группе.

Монк выбрал куст поближе к тропе и присел там на корточки.

У отставшего был широко открыт рот, чтобы легче дышать, и от этого казалось, что у него нет подбородка. Он издал овечье блеяние, когда Монк выскочил из-за куста и присел прямо на него. Они кружили снова и снова, и когда остановились, Монк сидел верхом на своей добыче.

У пленника слезились глаза, и Монк слегка ударил в левый глаз дулом своего супер-пистолета.

— Где Хэм? — требовательно спросил он.

— Черт возьми! — поперхнулся тот. — Не стреляйте...

— Где Хэм, придурок? — Монк скрипнул зубами.

— Четвертый дом от входа в чертову деревню! — сглотнул пленник.