Кеннет Робсон – Корпорация Правосудие (страница 11)
***
Вскоре выяснилось, что он был жертвой. Жертва!
Женщина средних лет с бешеными карими глазами появилась в дверях, когда Бенсон попросил мистера Хикока принять его.
— У вас есть новости? — спросила она, голос дрожал почти до истерики. — У вас есть новости от моего мужа?
— А разве его здесь нет? — возразил Бенсон.
Миссис Хикок уставилась на мертвое лицо, заглянула в серые, как туман, глаза. Затем над ее собственными глазами словно опустилась пелена.
— Его сейчас нет дома, — сказала она хрупким голосом, который с огромным усилием контролировала.
— Вы знаете, когда он вернется?
— Скоро, я думаю. Я могу принять любое ваше сообщение и передать ему, когда он придет. Это личный или деловой визит?
Бледные глаза Бенсона пристально вглядывались в затянутые пеленой карие. Этими глазами можно было читать закрытые книги. Впрочем, и этот человеческий документ был не слишком закрыт.
Хикока нет дома. Его жена была вне себя от горя. Спрашивает, не было ли у него — весточки от ее мужа. Это было одно зловещее слово — то самое, которое срывает все эмоции и которое обычно скрывают от полиции, пока не становится слишком поздно.
Похищение!
— Это деловой визит, — ровно ответил он. — Я приду позже.
Бесполезно пытаться расспрашивать миссис Хикок. Она откажется отвечать, пока сохраняет самообладание, и будет слишком истерична, чтобы ответить связно, если ее будут допрашивать. Бенсон ушел.
Но дошел он только до угла.
Там он достал маленькое зеркальце и подправил линии мертвой плоти своего лица. Он пришел сам собой. Теперь он стал мужчиной с худыми щеками и тяжелыми щеками, губами прямыми и немного жестокими над челюстью с выпуклым кончиком. Он откинул край шляпы спереди вниз, по бокам и сзади, так что она стала похожа на то, что может надеть рыбак, приехавший на берег в отпуск. Он надел пиджак изнаночной стороной наружу и представил миру безвкусный галстук.
Он вернулся на территорию Хикока и прошел мимо дома. Возле гаража на цветочной клумбе работал садовник. Он подошел к нему. Слуга, который впустил Бенсона к миссис Хикок, выглянул из заднего окна и увидел его, но совершенно не узнал в нем того, кто только что ушел.
***
Слуга взглянул на него, с любопытством разглядывая прерванную работу.
— Ну что? — спросил он.
Бенсон сказал: — Я пришел сюда, чтобы получить, если можно, немного больше информации о вашем работодателе, мистере Хикоке.
Мужчина просто смотрел на него, лицо его было скрытным. Было ясно, что он может держать под контролем и себя, и своего работодателя.
— Мне сказали, — продолжил Бенсон, — что вы были одним из последних, кто видел мистера Хикока перед тем, как он ушел на днях — и не вернулся.
— Кто вам сказал? — недоверчиво спросил мужчина.
Бенсон дернул головой в сторону большого дома. Мужчина сделал естественный вывод. Его лицо потеряло свою скрытность. В его глазах появилось что-то похожее на облегчение.
— О! Значит, они наконец-то решили сообщить копам, и вас послали! Это хорошо. Я не думаю, что люди должны замалчивать такие вещи.
— Очень опасно, — согласился Бенсон. — Расскажите мне, что вам известно об этом исчезновении?
— Полагаю, большую часть вам рассказали в доме, — сказал мужчина, пожав плечами. — Три утра назад мистер Хикок ушел в офис. По дороге он собирался заехать в дом мистера Джона Лэнсинга. Мистер Лэнсинг позвонил за завтраком и попросил его об этом. Во всяком случае, так утверждает вторая горничная. Мистер Хикок уехал на своей машине, и это был последний его визит.
— Он не приехал в офис после звонка мистера Лэнсинга?
— Нет. Он уехал отсюда — и исчез, вот и все. Но звонок от мистера Лэнсинга, должно быть, был уловкой. Я слышал, они звонили туда уже дюжину раз. Дома никого нет. Сам мистер Лэнсинг сейчас во Флориде, уже три месяца. Его дом, похоже, полностью закрыт.
— Они, конечно, затянули с вызовом полиции, — невыразительно заметил Бенсон.
Мужчина снова пожал плечами.
— Вы же знаете, как это бывает. Его семья дикая. Его друзья и парни, которые на него работают, тоже чокнутые. Но все боятся сказать хоть слово копам, опасаясь, что это сильно заденет Старого Айронсайда. Они просто сидят и ждут, когда за него потребуют выкуп, я думаю. Насколько я знаю, пока такого не поступало.
— Значит, он отправился в дом Джона Лэнсинга, — повторил Бенсон.
Он уехал, чтобы отправиться туда самому.
Он приехал как раз в тот момент, когда большой городской автомобиль с гигантским мужчиной в шоферской ливрее за рулем выехал от подъезда и, словно комета, понесся прочь от этого места. Он запомнил номер машины.
Через пять минут, осмотрев разгромленную входную дверь заведения Лэнсинга и убедившись, что заведение закрыто и без хозяев, он позвонил в автобюро и выяснил, что городская машина принадлежит Арнольду Леону.
Через пятнадцать минут его машина — быстрый родстер, который он купил рано утром, — остановилась перед домом Леона. Он увидел городской автомобиль перед гаражом, а когда направился к нему, то увидел, как из задней двери дома спешит огромный шофер, на ходу сбрасывая ливрейный плащ.
Бенсон остановился перед ним. — Минутку, — сказал он.
Мужчина остановился и пристально посмотрел на него.
За тринадцать лет до этого, на Аляске, Бенсон знал человека по имени Булл Ред. Он был чуть ниже семи футов ростом, с рыжей гривой и гнул ломы голыми руками, не утруждаясь при этом упереть их в колено. Со времен Булл Реда Бенсон не видел таких размеров, как сейчас, в этом шофере.
— Ладно, чего тебе надо? — огрызнулся огромный парень, перекинув пальто через руку.
— Вы шофер мистера Леона? — сказал Бенсон.
В глазах гиганта плескалась черная ярость. И что-то еще. Обычный человек увидел бы в нем лунолицего парня с мягкими фарфорово-голубыми глазами, который был настолько же глуп, насколько и огромен. Но Бенсон видел глубже. Он увидел быстрый мозг, скрытый под флегматичным, полным лицом, и большой интеллект в глубине фарфорово-голубых глаз.
— Я был водителем у мистера Леона, — огрызнулся мужчина. — Меня только что уволили!
— Оу? — сказал Бенсон. — Вы имеете в виду, когда вы вернулись из дома Лэнсинга?
Гигант оскалился. — Откуда вы знаете, что я там был? И какое вам до этого дело?
— Я знаю, что вы там были, потому что я вас видел, — спокойно ответил Бенсон. — А для меня это так: в том доме есть какая-то тайна, и я хочу ее разгадать.
Гигант слегка присел, как будто эти слова были ударом.
— Так! — сказал он. — Ты полицейский! Ну, за исчезновение босса ты меня не получишь!
Он бросился к Бенсону, пока тот говорил.
Бенсон был уверен, что, глядя на всю эту огромную массу, он будет настолько мускулистым, что его ловкость будет примерно как у снегоуборочной машины. Булл Реда тормозила мускулатура. Но этот человек бросился на него так быстро и уверенно, как если бы он был боксером-легковесом!
***
Как ни был быстр Бенсон, он успел лишь подставить правую руку и дернуть головой в сторону, как мимо него пронесся кулак, похожий на говяжий бок. Повезло, что он успел подставить руку, потому что огромная рука гиганта схватила его за левое плечо.
Здоровяк успел лишь коротко сжать свои огромные пальцы, но это уже почти добило шустрого серого лиса с мертвым, неподвижным лицом. Затем свободная правая рука Бенсона вцепилась в складку плоти и мышц под левой подмышкой гиганта полицейским захватом, от которого любой человек готов завыть. Он скрутил пальцы из стальной проволоки.
Здоровяк вздохнул и отпустил его. Рука Бенсона поднялась из подмышки к горлу. Он выгнул спину, как быстрая серая кошка, и гигант, словно лавина, перекатился через него и рухнул на посыпанную гравием дорогу.
Для большинства это было бы приемлемо, но этот мужчина поднялся так ловко, словно весил втрое меньше. Он снова метнулся к Бенсону, на этот раз менее безрассудно, с чёрной яростью в глазах, полнейшей, но с чем-то вроде уважения. Из дома позади них раздался женский крик.
— Полиция! Вызовите полицию! Он похитил моего отца! А теперь он кого-то убивает! Полиция!
Бенсон уклонялся от огромных рук, тянувшихся к нему; но как ни был он быстр, здоровяк был почти так же быстр. Он схватил правое запястье Бенсона в костедробительный захват и вывернул ему руку за спину.
Затем он обхватил Бенсона своей огромной, как гибкий ствол дерева, правой рукой, упершись раздвоенным кулаком в середину его спины, и начал разламывать седого человека с мертвенно-белым лицом на две части.
***
Качество мышц, как и их количество! Гигант весил почти вдвое больше Бенсона, и он выкладывался на полную катушку, пытаясь сломать Бенсону позвоночник. Но в стальных тросах сухожилий седого человека бурлила та взрывная, таинственная сила, которая делает мышечные волокна редких людей намного превосходящими, унция за унцией, мышечные волокна обычных людей.
На несколько секунд он действительно прекратил это ужасающее давление на спину. Словно стальной прут, гнущийся до упора и не более, он дрожал в сокрушительной хватке здоровяка. Но это могло продлиться всего несколько секунд, и Бенсон знал это. Поэтому он рискнул всем в одном броске.
Намеренно подвергая себя еще большему ужасному давлению, он извернулся, чтобы освободить левую руку, и поднес ладонь к шее гиганта. Там, когда чернота затуманила его мозг, а последний запас сил почти иссяк, он глубоко надавил большим и вторым пальцами по обе стороны позвоночного столба.