Кеннет Дун – Красное озеро (страница 8)

К тому же, хотя дедушка и отремонтировал дом, жизнь там была далека от комфорта. Вода из озера, которую нужно качать специальным насосом, дровяная плита, дровяной котел для нагрева воды, отсутствие электричества. Не думаю, что за эти годы там что-то кардинально изменилось. Ну, может, электричество провели. И почему эта несчастная женщина не хочет с помощью своих друзей подыскать себе уютную квартирку или кондо поближе к нормальному городу, где ей и ребенку будет намного комфортнее и безопаснее?

Стоило признать, что у этого вопроса был свой свой резон.

– Я слышал, что Пьетро Гаспари за десять лет серьезно модернизировал дом.

– Что-то ты слишком много слышал во время одной беседы с приятелем в городе.

– Я потом… еще говорил по телефону, уточнял детали. К тому же говорят, что Гаспари превратил дом с какое-то подобие произведения искусства. Теперь он считается местной достопримечательностью, вот почему художники так возмущаются.

– Вот этого я больше всего и боялась. Что мне больше никогда от него не избавиться. Я позвоню мистеру Чиппингу завтра, – устало сказала Эми. – Попрошу уладить этот вопрос.

– Ты не хочешь поговорить с вдовой Гаспари? – спросил я. – Может, стоит прийти с ней к какому-то соглашению?

– Даже не подумаю. Ты как юрист должен меня понять. Дедушка всегда предпочитал решать вопросы с глазу на глаз, но отец твердо вбил мне в голову: не берись за то, что не по плечу. Надо сформулировать задачу, а решение предоставить профессионалам. Чейни, Чейни, ну куда же ты побежал, глупый пес?

Мне едва удалось спасти собаку, которая, погнавшись за птицей, перепрыгнула через кусты на дорогу и чуть не попала под машину.

В понедельник утром нам перезвонила секретарша Брана Чиппинга сообщить, что ее босс скоропостижно скончался.

Глава шестая. Что случилось с Джаспером

– Я найму другого поверенного, – глаза Эми подозрительно блестели. – Или мы пошлем в Джаспер-Лейк одного из юристов фирмы. Это же плевое дело. Ну почему этот городишко опять протянул ко мне свои липкие ручонки?!

– Да, мы именно так и поступим! – снова вернулась она к разговору после пары чашек чая. – Отправим туда адвокатов, а сами уедем на Кейп. Ты же обещал мне отпуск, дорогой. Или отправимся в круиз, как тебе такая идея? Уже осень, я не против провести ее на Багамах.

– Нет, мне не хочется оставлять Чейни одного, – заявила Эми еще через полчаса. – А давай поедем в Висконсин? Ты же оттуда родом?

– Из Миннесоты.

– Прекрасно. Поедем в Миннесоту. Ты возьмешь свои удочки и снасти, мы найдем симпатичное бунгало на озере. Может, даже купим его…

– Эмс, перестань. У меня есть идея получше. Давай просто съездим в Джаспер-Лейк. Нам не нужен никакой адвокат. Ведь я дипломированный юрист. Я разберусь с контрактами Чиппинга и встречусь с представителями этой компании. Думаю, мы быстро сумеем завершить сделку. И в чем-то твой дед был прав. Некоторые вопросы лучше решать прямо на месте, лицом к лицу.

– Но я не хочу туда ехать!

Эми вдруг рухнула на колени, прижала кулаки к животу и завыла. Чейни было бросился к ней, но остановился в футе, лег на пол и стал тихонько поскуливать. В дверном проеме я заметил мелькнувшее на секунду любопытное лицо экономки.

– Ты не представляешь… этот дом. Я больше не могу его видеть. Каждый раз, когда я думаю о нем, я представляю Джаспера, висящего там… прямо у входа. Это я… я… нашла его, понимаешь?

Я сел рядом и обнял Эми, став тихонько покачивать. Пес тихонько приполз и положил морду мне на колено.

Подобным образом я утешал и Миранду после смерти нашего сына. Тогда надо было просто молчать, сжимать ее в объятиях и укачивать так, чтобы ее не стошнило двумя выпитыми бутылками вина.

***

– Когда мы поступили в колледж, Джасперу совершенно снесло крышу, – начала рассказывать Эми.

Мы по-прежнему сидели обнявшись на полу.

– Он как будто стал другим человеком. Не тем братом, с которым я вместе выросла. У него появились девушки. Не девушка, понимаешь, а девушки. Много, много подруг. Конечно, Кембридж и в 50-е отличался достаточно свободными нравами, в особенности для парней. Но не настолько же. Джаспер собирался изучать историю искусств. Для отца это был как плевок в лицо, он почти перестал разговаривать с братом, но надеялся, что тот перебесится. Перебесится… именно так он к этому относился. Его даже веселило, что Джаспер… часто меняет подруг. Да что я говорю. Он совершенно помешался на сексе. И на алкоголе. И на кое-чем покрепче. Никто не понимал масштабов катастрофы, пока Джаспера не отчислили из колледжа. За прогулы, за аморальное поведение. Папа закидал всех деньгами, чтобы Джаспера вернули на испытательный срок, обещал отправить его в специальную клинику, но брат послал всех к черту. Он и меня не слушал. Правда, и я уже сама его не совсем понимала.

Он не поехал в клинику, куда его записал отец. А вместо этого уехал в Джаспер-Лейк. Дед умер за год до этого и завещал дом нам с братом. Хотя мог бы завещать его только Джасперу, мне он был не нужен. Брат обожал озеро, обожал сам дом, постоянно тусовался с местными художниками. С детства участвовал в постановках в «Доме искусства», а я их ненавидела. Он позвонил мне перед отъездом и сказал, чтобы я не волновалась, что с ним все будет хорошо. И я уехала на каникулы на Кейп. Отлично проводила там время с друзьями, мы развлекались, загорали, плавали… Отец со мной не поехал, он работал, как всегда. В доме была только прислуга.

Все было прекрасно, пока… я вдруг почувствовала, что со мной происходит что-то нехорошее, будто я проваливаюсь куда-то и мне нечем дышать. У меня даже пошла носом кровь.

Я знаю, что мысленная связь близнецов никем не доказана, к тому же мы не были идентичными. Хотя я правша, а Джаспер был левшой. Но мы даже внешне были не слишком похожими. Как обычные брат и сестра, не больше. И мы никогда не умели читать мысли друг друга или заканчивать друг за другом предложения… но в тот момент я абсолютно ясно осознала – что-то случилось с Джаспером. Что он умирает…

Эми тихонько всхлипнула.

– Я прибежала в дом и позвонила отцу, но он лишь отмахнулся от меня, попросил его не отвлекать своими девчачьими бреднями. Бросилась к своим друзьям за помощью, но они подумали, что я чего-то перебрала. На папиных церберов надежды было мало. Так что я просто… угнала машину из гаража. Я меня были права, но я никогда не водила на дальние расстояния, и понятия не имела, как доехать от Кейп-Кода до Нью-Гемпшира. Я поехала из города, но от волнения неправильно переключила передачу, и мотор заглох. К тому же, как оказалось, бензин был совсем на нуле, а я ни разу в жизни сама не заправлялась. Так что я просто остановилась посреди дороги и… расплакалась.

Казалось, Эми было наиболее мучительно признаться именно в своей беспомощности.

– Вдоль дороги шел человек. Он подошел узнать, все ли со мной в порядке. Он походил на бродягу, в другое время я бы, увидев такого, задраила все двери и стала жать на клаксон, чтобы вызвать помощь. Да, это был Пьетро Гаспари. Оказывается, у него был контракт с одним местным рестораном для росписи фрески на стене, он закончил работу, но решил остаться на летний сезон, предлагая свои картины на пляже. Хотя было утро, Пьетро был уже, скажем так, нетрезв. Но он выслушал все мои рыдания и сразу согласился помочь. Завел машину и доехал до ближайшей заправки. Как оказалось, у меня с собой совсем не было наличных, поэтому Пьетро заплатил за бензин из своих скудных запасов. Потом он сел за руль и ехал четыре часа, не задав мне ни единого вопроса. Останавливался только, чтобы спросить дорогу. Наконец… мы приехали в Джаспер-Лейк.

Эми замолчала.

– Не продолжай, если не хочешь.

– Нет, я расскажу. Ты был прав. Прошлое никуда не денется. Давай только пересядем наконец на диван, а то у меня ноги затекли.

– У меня не было с собой ключей от дома деда, но оказалось, что дверь не заперта, а просто прикрыта. Так что я вошла внутрь. И сразу же увидела Джаспера. Он висел на веревке, привязанной к балясине верхних перил на втором этаже рядом с лестницей. Дальше я помню все, как в тумане. Кажется, я схватила стул, встала на него и попыталась поднять Джаспера за ноги, чтобы ослабить петлю. Пьетро сменил меня и закричал, чтобы я нашла нож и срезала веревку сверху, а он будет держать брата. В итоге мы спустили его, но он был уже давно мертв. Наверное, я потеряла сознание, потому что потом помню, как Пьетро вернулся с какими-то людьми и местным шерифом. И еще доктором. Тот сделал мне укол и уложил на диван. Когда я очнулась, тела брата уже не было, зато был мой отец, который сказал, что обо всем позаботится. Я не хотела его видеть. Я больше не верила никому, кроме Пьетро. Бросилась его искать, оказалось, он околачивался неподалеку. Шериф его допросил, но у него не было денег и машины, чтобы уехать из поселка. Правда, он быстро нашел там новых друзей. Отец в конце концов его спровадил. Выписал щедрый чек за помощь и распорядился, чтобы шофер отвез его подальше, пока тот не напился и не начал болтать. Потом были похороны… в закрытом гробу. Мы с отцом почти год после этого не разговаривали.

– Но ты простила его?

– Не то чтобы простила. Просто примирилась. С ним, со своими друзьями с Кейпа. Я осознала, что никто не мог бы помешать Джасперу… сделать то, что он сделал. Даже я не отнеслась серьезно к тому, что с ним происходило. Единственное, с чем я не могла жить дальше – с самим домом в Джаспер-Лейк. Меня начинало буквально колотить, когда я только думала о нем, и о том, что я увидела, открыв дверь. Как ты понимаешь, я не могла ничего сделать, пока мне не исполнился двадцать один год. Я решила, что как только вступлю в наследство, то немедленно продам дом или распоряжусь сравнять с землей.